Пуля

Как бы мне хотелось облегчить его боль, перетянуть на себя, но я способен сейчас только на одно — сидеть рядом, поддерживать и умолять не кричать. Динь, я знаю, пуля в плече, да и не только в нем иногда — это невыносимая боль. Потерпи, милый. Открывает глаза, полные невыносимого страдания, и я ловлю себя на мысли, что мои пальцы уже долгое время покоятся на его шее. Медленно поглаживаю вспотевшую кожу, чуть улыбаюсь и под вопросительным взглядом девушки наклоняюсь, чтобы коснуться губами лба Дениса. Еле слышно шепчет слова благодарности, перехватывает мою руку и сжимает ее в ладони, умещая на своей груди. У него тяжелое дыхание, и я вопросительно смотрю на Веру. — Выживет он, выживет. Она улыбается. А я хмыкаю. Кажется, ей все стало понятно без слов. — Его надо перенести на диван. Сам сможешь? Так чтобы рану не тревожить. Я ее, конечно, зашила, но разойтись она может очень и очень быстро. Киваю. Распрямляюсь. И поднимаю Диню на руки. Он не тяжелый, но я устал, поэтому максимально быстро перекладываю его на временную постель. Ладонью провожу по лбу, скольжу пальцами по щеке и губам. Денис потянулся было за прикосновением, но потом зевнул и отвернулся к стене. Я всю ночь пил с братом девушки. И заснул под утро. А потом меня очень грубо разбудили. Динь, че с тобой? Вера разрешила проблему не выспавшегося мозга. Ну, теперь то хотя бы ясно, почему он так реагировал на колбасу, воду, машину и ключи от нее с брелоком-обезьянкой. Наркоман хренов. А поделившись комичной ситуацией в матизе, с улыбкой на лице слушал его смех. Хочу, чтобы это уже все закончилось. Слава богу, не долго осталось.