Втайне

              Они лежали, обнявшись, в полной тишине. Каждый думал о своём. Пират с замиранием сердца ждал, когда Эмма снова скажет, что ей пора уходить, а Свон размышляла, разбилась ли бутылка вина в опрокинутом пакете. Был только один способ это проверить.        Она высвободилась из объятий мужчины и поднялась с кровати. - Куда ты? - он сел на постели. - За вином. Если оно, конечно, уцелело.        У Джонса отлегло от сердца. Он наблюдал, как обнаженная блондинка подходит к двери и наклоняется за пакетом. Зрелище было таким соблазнительным, что пират снова ощутил прилив желания. - Хорошие новости! — выпрямившись, Эмма обернулась с бутылкой в руках и улыбнулась, перехватив устремлённый на неё взгляд — Вино у нас всё-ещё есть, вот только… - она сорвала с горлышка защитную плёнку и растеряно огляделась — Как мы его откроем? - А в чём проблема? - В отсутствии штопора! Совсем о нём забыла. - Дай сюда!        Киллиан поковырял остриём крюка пробку и сунул бутылку подмышку. Сняв крюк, он вставил крепление в проделанное отверстие, с усилием провернул и потянул. Пробка с тихим хлопком вылетела из горлышка. - Ого! Браво! - Эмма поаплодировала и забрала у него бутылку.        Приладив крюк на место, пират шутливо поклонился. - Говорю же, я умею с ним обращаться! Полезная штука, если использовать воображение. - он ухмыльнулся - Хотя руку, конечно, не заменит.        Джонс похлопал по манжету, охватывающему левое предплечье, и Эмме подумалось, что она столько раз видела его без одежды, но без манжета — ни разу. Киллиан никогда его не снимал, и пресекал любые её попытки сделать это самостоятельно. Увечье явно было слабым местом бесшабашного капитана, и многочисленные шуточки, которые он отпускал в собственный адрес, служили тому подтверждением. Так дети иногда смеются над тем, что их тревожит. Свон неожиданно ощутила, как в ней просыпается тихая нежность к этому трёхсотлетнему мальчишке.        « Она его за муки полюбила...»        « Вот только давай без Шекспира, Дездемона!» - Стаканов у нас нет! - Эмма смущённо улыбнулась — О них я тоже как-то не подумала. Придётся пить из горла.        Она протянула ему вино. - Ещё раз, с новосельем!        Мужчина сделал глоток. - Чему ты улыбаешься? - Да так, вспомнилось… В одном из приютов, где я жила, была девчонка, которая не позволяла никому пить с ней из одной чашки. Кто-то сказал ей, что если доесть или допить за кем-либо, то можно узнать его мысли. - Эмма усмехнулась — Я однажды предложила ей допить мой сок, и сказать, о чём я думаю. - И? - Она выпила и говорит: «Ты думаешь, что это всё суеверия и полный бред!» - Угадала? - Ага!        Отсмеявшись, Киллиан неожиданно серьёзно взглянул Свон в глаза. - Не боишься узнать, о чём думаю я? - тихо спросил он, передавая ей бутылку. * * *        Снежка терпеливо пережидала припадок мужней ярости. - Крюк?! - Милый, успокойся! - Я спокоен! - заявил Принц, энергично кивая головой. - Наша дочь встречается с этим мерзким ублюдком, но я абсолютно спокоен! Ты ведь так спокойно об этом говоришь! - Дэвид… - И давно? - Это имеет значение? - Просто ответь! - С тех пор, как она оживила его. - Я с удовольствием убью его заново! - прорычал принц, сжимая кулаки. - Не убьёшь. Она его любит. - Да как она может его любить? Он же пират! Он опасен! Она просто не понимает… - Дэвид внезапно осёкся, шокированный запоздалой мыслью — То есть, она сейчас у него?! С ним? Наша дочь?        Снежка закатила глаза. - Ты не забыл, что ей тридцать лет, и у неё самой уже есть ребёнок? - Именно! Ей тридцать, а она ведёт себя, словно… озабоченный подросток! - Вот и отлично! - воскликнула Мэри-Маргарет — Эмма счастлива, неужели ты не видишь? - Сейчас — да! А если он сделает ей больно?        Белоснежка пожала плечами и серьёзно посмотрела мужу в глаза. - От этого никто не застрахован, думаю, Эмма справится! Мы не можем уберечь её от любви. - сказала она, беря его за руку. - Но, если это случится, - после паузы добавила Снежка — я не стану возражать, если ты всю душу из мерзавца вытрясешь! * * * - Прочтёшь мои мысли? - Да знаю я, о чём ты думаешь! - Свон лукаво усмехнулась - Об этом я постоянно думаю в твоём присутствии, - губы мужчины тронула улыбка, но взгляд остался серьёзным — Я о другом.        Эмме вдруг стало не по себе. - И о чём же? - она глотнула вина, чтобы скрыть волнение. - Я думаю о том, что наш договор меня больше не устраивает!        Внезапно, бутылка показалась Свон ужасно тяжелой. Поставив её на тумбочку, Эмма обернулась и взглянула на пирата. - Что ты имеешь в виду? - голос не дрогнул, в отличие от сердца. - Я так больше не хочу. - Не хочешь… - эхом повторила Свон, глядя ему в лицо. - Я больше не хочу таиться! Лазать в окно, видеться в укромных уголках… - мужчина повысил голос - Не хочу! Я хочу иметь возможность целовать любимую при свете дня, на глазах у всех. Поскольку, сдаётся мне, я люблю тебя, Эмма Свон! - выпалив это, он резко осёкся и замолчал, глядя на остолбеневшую Спасительницу.        Эмма смотрела на него во все глаза. Это было настоящее признание. Конечно, Киллиан иногда называл её «любимой» (а ещё красоткой, принцессой, крошкой, и так далее), но звучало это, как одно из тех словечек, которыми он щедро сыпал в адрес каждой, мало-мальски привлекательной особы женского пола, в пределах видимости.       «… я люблю тебя, Эмма Свон!»        В этот момент Джонс нарушил молчание. - Снова сбежишь? - спросил он, отводя взгляд — Валяй, попутного ветра! Я сказал всё, что хотел. - процедил пират, глядя в сторону. - А что, если сегодня я останусь? - тихо спросила Эмма.