Хозяйка

Тихий стон вырывается из искусанных сухих губ. Откликаясь на него, из кресла вскакивают две фигуры. Люси вглядывается, узнавая Роуга и Стинга. Она облегчённо выдыхает и пытается сесть, но тот же со стоном падает обратно на подушки. Эвклиф кладёт теплую ладонь ей на лоб. — Тише, лежи, — ласково шепчет он и Хартфелия видит, как его словно накрывает полупрозрачное белое покрывало, а от этого «покрывала» отделяются ленты и тянуться к ней. — Что это? — хрипло спрашивает девушка, наблюдая, как к белым лентам примешиваются чёрные, стремящиеся к ней от Роуга. — Это наши магические силы. Они питают твой истощённый баланс, — отзывается Стинг. — А почему он истощён? — с подозрением спрашивает Хартфелия. — Потому что ты все свои силы позавчера вбухала в Роуга, да и из меня выкачала порядочно, — почти нежно отзывается светлый убийца драконов, но девушка видит, что он на крайней границе бешенства. — Ничерта не помню, — выдыхает Заклинательница и Стинг сжаливается. — Бой с Альптраумом? — спрашивает он и девушка кивает. — Когда ты отразила заклинание зеркальцем… кстати, не знал, что так можно. Откуда ты узнала? — В книге прочла, — хмыкает Люси. — Работает только с техниками, нацеленными не на физический урон. — Понятно, — Эвклиф кивнул. — Так вот, после того, как ты отразила атаку Альптраума зеркалом, он всё же дотянулся до тебя заклинанием и отчалил в дивный мир своих грёз. А ты приказала мне спасать Роуга ценой своей жизни и принялась выкачивать из себя и меня всю магическую силу. Собственно, благодаря этому он и смог переломить заклинание Альптраума. Когда наш с тобой общий друг очухался, я был уже в состоянии полутрупа, ну, а ты на грани. Он нас и вытащил. — Хм, ясно, — смущённо отозвалась Хартфелия. — Пойду налью чаю, — произносит Стинг и, бросая на Чени нечитаемый взгляд, стремительно уходит на кухню. Как только за ним закрывается дверь, Люси осмеливается поднять взгляд на Роуга, замершего каменной статуей. — Пожалуйста, забудь то, что я сказал тебе тогда в отеле Клевера, — негромко произносит Чени. Хартфелия замирает. Эти слова больнее заклинания Альптраума. — Роуг, я… — начинает она, но прерывает себя. — Хорошо. Но скажи одно: почему? — Я тебя не достоин, — отвечает парень и Люси давится глотком воздуха. — Что? — словно не услышав, шепчет она. — Я не смог тебя защитить, а потому не достоин, — повторяет Роуг и Хартфелия медленно осознаёт его слова. — Ты совсем идиот? — очень спокойно произносит девушка и Чени вздрагивает от этого голоса. — Люси, ты спасла меня, — тихо говорит он. — Ты едва не погибла сама, но сделала всё, чтоб спасти меня. Я… я не знаю, что сказать. Спасибо. — А ты знаешь, почему я это сделала? — вкрадчиво спрашивает Заклинательница. — Почему? — Потому что ты нужен мне, — из карих глаз брызгают слёзы. — Не плачь, пожалуйста, — сбивчиво прошептал Роуг, бросаясь к ней. Тонкие пальчики вцепились в плечи и солёные губы прижались к его. — Люси. — выдохнул он в эти губы, целуя очень нежно, но в то же время требовательно. Она таяла под его руками, задыхаясь от жадных поцелуев. — Роуг… Роуг, остановись, — прошептала Люси, пытаясь отстранится. Парень оторвался от её губ и вопросительно посмотрел в глаза цвета горького шоколада. — Т-ты можешь раздеться? Мгновение он удивлённо смотрел на краснеющее личико Заклинательницы, а затем кивнул и поднялся. Он развязал ленту, стягивающую края плаща и тот соскользнул на пол. Следом за ним отправилась рубашка, широкий пояс. Роуг стоял в одних шароварах и сапогах, когда Хартфелия снова потянула его к себе. Он лёг рядом с ней и холодные пальчики заскользили по его торсу, нежно гладя, вызывая у парня волны мурашек. Люси села рядом и аккуратно подобрала волосы, убирая с лица чёлку. — Что? — не выдержал Чени, глядя в её сияющие глаза. — Ты такой красивый, — выдохнула девушка и Роуг стремительно покраснел. — Да н-нет… — выдавил он, но Хартфелия прижала к его губам палец. — Очень красивый, правда, — она принялась обследовать его тело, вычерчивая одной ей ведомые узоры и убийца драконов тихо млел от этих трепетных прикосновений. А девушка влюблённо смотрела на него, заглядывая в поблёскивающие алые глаза. Она огладила его плечи, скользнула по сильным рукам и вновь поднялась выше, трогая пресс, осторожно царапая ноготками ребра и грудь. Очерчивая сосок и скользя выше к шее, мимо кадыка, касаясь подбородка, Заклинательница обхватила ладонями его лицо и погладила скулы. Аккуратно провела пальцем вдоль шрама, пересекающего нос Роуга, и вновь взлохматила мягкие тёмные волосы. — Ты бесподобен, — прошептала девушка, не в силах отвести взгляда. — Самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела. Чени тихо выдохнул и слабо улыбнулся. Его губы шевельнулись, беззвучно шепча «я люблю тебя» и Хартфелия поцеловала его, выпивая эти слова, нежно касаясь горячих губ. Через мгновение она отстранилась и снова заглянула в его глаза. — Роуг, я… мы со Стингом видели твой кошмар, — тихо проговорила она. — О боже, — парень прикрыл лицо ладонями. — Я хочу, чтоб ты знал: я никогда не предам тебя, слышишь? И Стинг тоже, — пылко прошептала Заклинательница, отводя его руки. — Просто вы самое дорогое, что у меня есть, — отозвался Чени. — Я боюсь вас потерять, Люси. — Ты не потеряешь нас, — уверенно сказала девушка. — Я вас не достоин, — проговорил парень, но тут же был остановлен мягкими губами, припавшими к его в страстном поцелуе. Люси обхватила парня за шею и легла ему на грудь. — Не смей так говорить, — строго сказала она, оторвавшись от его губ. — Я одного только не могу понять, — Роуг отрешённо посмотрел в окно. — Почему я так просто поддался его заклинанию? — Во-первых, Альптраум очень сильный маг, а магия, связанная с нашими страхами самая подлая, какая только может быть. А во-вторых, в этом виновата и я, — отозвалась девушка и на непонимающий взгляд Чени продолжила: — После нашего разговора накануне ты был… ну, смятённый что ли. Твоя душа была неспокойна и Альптраум это почувствовал. — Да, он быстро почуял, где моё слабое место, — кивнул Роуг. — Прости меня. И за ту мою истерику тоже. Я была не права, — проговорила Люси, глядя в алые глаза, а Чени просто привлёк блондинку к себе, тихо улыбаясь. — Ты так сильно ревновала, что это даже потешило моё самолюбие, — произнёс он, а Хартфелия фыркнула. — Я видела, между прочим, как ты кружку сломал, когда Грей меня поцеловал, — проворчала девушка, тоже улыбаясь и склоняя голову ему на плечо.