Хозяйка

Люси напряженно смотрела на раскладывающую в каком-то мудрёном гадании карты Кану. Гадалка увлечённо меняла, перекладывала и убирала карты, пока, наконец, не кивнула сама себе, удовлетворённо хмыкая. Шатенка отодвинулась от стола, откидываясь на спинку стула, и подняла взгляд на подругу. — Мальчик, — уверенно произнесла Альберона и Заклинательница радостно подскочила, а потом мягко улыбнулась, опуская ладонь на уже довольно-таки большой живот. — Пинается, — пояснила девушка, поворачиваясь к Роугу. Брюнет тут же опустил руку на живот. — Ну вот, опять… — разочарованно мотнул головой парень. Кана приподняла брови и Люси со смешком пояснила: — У нас скрытный малыш: не даёт никак папочке его почувствовать. Только Роуг руку кладёт, тут же затихает, — блондинка потрепала убийцу драконов по плечу. — Недотрога! — усмехнулась Альберона, прикладываясь к бутылке с вином. Хартфелия тут же поморщилась, отворачиваясь. — Ладно-ладно, пойду я, не нюхай, — шатенка подмигнула болезненно сморщившей носик девушке и поднялась со стула, сгребая карты. Удивительно твёрдой походкой, как для человека, выпившего шесть бутылок вина за час, Кана пошла к барной стойке, кивая Мире, чтоб налила ещё. — Думаешь, правда мальчик? — поинтересовался Роуг. — Конечно, — уверенно кивнула Люси. — Кана в таких вещах не ошибается. — И как назовём? — спросил Чени, подавая девушке руку и помогая подняться. Заботливо поддерживая её под локоток и тихо улыбаясь её смешной походке, убийца драконов вёл Хартфелию к выходу. — Так, как скажу я, — фыркнула Заклинательница и на удивлённый взгляд парня пояснила: — Ему от тебя и так фамилия достанется, дай хоть имя я выберу. Мне же его рожать, в конце-то концов! Роуг громко рассмеялся, откидывая голову назад. — Как скажешь, — кивнул он, улыбаясь своей клыкастой улыбкой. Парень заботливо поправил на Заклинательнице свой собственный старый плащ, который она наотрез отказалась возвращать и теперь носила постоянно. Тёплый майский ветерок растрепал длинные волосы Хартфелии и она с наслаждением повела носом, вдыхая запах цветущих возле гильдии персиков. — Недолго осталось, — произнесла девушка, нежно поглаживая живот и Чени счастливо улыбнулся. — Интересно, какая у него будет магия? — вдруг спросил Роуг и Люси задумалась, прижимая пальчик к подбородку. Пара медленно шла в сторону дома. — Хм, я где-то читала, что магия Заклинателей выступает как доминантный ген, — медленно произнесла Хартфелия. — Как я получила магию от матери. Хотя… отец-то у меня не маг. Даже не знаю. — Можно будет завтра у Мастера спросить, — предложил парень и Люси кивнула. — И у Леви — она столько читает, что не удивлюсь, если она и о наследственной магии знает. На следующий день парочка уже донимала отбивающегося от них Макарова. — Да не знаю я, чего пристали, неугомонные! — проворчал Мастер, но, заглянув в пытливые глаза Хартфелии и заметив упрямое выражение лица Роуга, вздохнул, сдаваясь. — Говорят, что драконья магия непредсказуема… Ты, малец, первый из драконьих детей, кто сам заделал потомка. Так что предсказать, кем будет ваше дитя я не берусь… Это в такие дебри магической генетики нужно углубляться, что мне и подумать дурно. Но вы, конечно, можете расспросить Полюшку, она-то точно разбирается в этом, — хитро улыбнулся Третий. — Нет, спасибо, — буркнула Люси. — Спасибо за ответ, Мастер! — Да не за что, — Макаров ухмыльнулся и подцепил пивную кружку за ручку, подтаскивая к себе. Заклинательница тут же поморщилась и быстро ретировалась, утаскивая за собой Роуга. Парень мягко коснулся её виска губами, спускаясь со второго этажа. На них тут же налетели дерущиеся Нацу и Стинг. Чени рявкнул на них Рёвом, отталкивая девушку себе за спину. Парни отлетели к стене и тут же подскочили, возмущённо глядя на Роуга. — Нарываешься, тёмный?! — задорно крикнул Драгнил, покрываясь огнём, и тут же сник, заметив выглядывающую из-за спины брюнета Хартфелию. — Я те щас вмажу, — нежно пообещала Люси и Саламандр счёл за лучшим поверить. Всё же беременная девушка — это маленькая атомная бомба локального действия: — лучше не трогать, иначе, если рванёт, то огребут все. — Люси! — оскалился Стинг, подлетая к девушке и обнимая её. — Ты как? — Хорошо, — улыбнулась Заклинательница, обнимая друга в ответ. — Как там мой крестник поживает? — нежно улыбнулся блондин, осторожно поглаживая живот девушки. — Эй, блонди, это мой крестник! — возмутился Нацу и Хартфелия расхохоталась. — Блонди… — едва выдавила она сквозь хохот, взъерошивая волосы светлого убийцы драконов. Тот недовольно нахохлился. …А началось всё в тёплый июньский вечер. В тот день Роуг только вернулся с двухнедельного задания и парочка никак не могла насытиться присутствием друг друга. Они расслабленно лежали в постели, когда Хартфелия вдруг подскочила, болезненно морщась. — Тянет… — тихо проговорила она в ответ на испуганный взгляд алых глаз. — Так может, это снова подготовительные схватки? — спросил парень и Люси кивнула, аккуратно опускаясь на подушки. — Н-наверное… — кивнула Заклинательница, осторожно поглаживая себя по животу. Малыш вёл себя беспокойно, изо всех сил пинаясь и Хартфелия нахмурилась, а затем снова поморщилась, закусывая губу. — Опять. — Может, за Полюшкой? — предложил Роуг. — Давай, лучше пускай посмотрит меня, — кивнула Люси и парень принялся поспешно одеваться. Через пару минут хлопнула входная дверь и Хартфелия, натянув плед до подбородка, свернулась калачиком, поглаживая живот. Когда запыхавшаяся целительница вбежала в квартиру вслед за Роугом, девушка испуганно сидела на абсолютно мокрой кровати. — Я… я не знаю, как так получилось… — краснея, пробормотала она, пытаясь прикрыть мокрые простыни. — Да у тебя же воды отошли, дурёха! — рявкнула Полюшка и рывком развернулась к побелевшему убийце драконов. Огромные алые глаза ярко выделялись на меловом лице, губы тряслись. Женщина вздохнула, про себя медленно считая до десяти, чтоб не наорать на этих и так перепуганных придурков. Чётко и медленно она произнесла, обращаясь к молодому папочке: — Таз с тёплой водой, побольше чистых полотенец и ножницы. Брюнет решительно кивнул и рванул в сторону кухни, но на пороге вдруг остановился, оборачиваясь к целительнице. — А зачем ножницы? — испуганно спросил он. — В-вы что её резать будете? — Пуповину будешь резать, дурень, — фыркнула женщина, ставя на прикроватный столик свою позвякивающую склянками сумку. — Я?! — ещё больше побледнел Роуг, хотя, казалось бы, больше и некуда, и она закатила глаза. — Ну не я же. Чей сын — твой или мой? — Мой, — уверенно кинул сам себе Чени, вдруг успокаиваясь, и скрылся на кухне. Полюшка что-то пробормотала себе под нос и повернулась к трясущейся Заклинательнице. — Ну что, готова? — спросила она и блондинка быстро помотала головой. — Ну и ладно, всё равно рожаешь уже!