Без рук !

I want your bite Wanna feel your teeth on my neck Wanna taste the salt of your sweat Gonna rock your body all night It's lust at first sight

Chris Crocker – I want you bite

      Домой Зак возвращался поздно. Босс задержал на работе - надо было обсудить какой-то проект, причем безотлагательно. С работы мужчина смог вырваться только в восемь и конечно же сразу поехал домой. Единственное, о чем он думал в тот момент - как Ник отреагирует на его опоздание? Телефон отключился еще в пять вечера, не заряженный забывчивым хозяином. Выхода в интернет не было.       Зак подозревал, что Ник будет рвать и метать. Он и так был зол за демонстрацию трепетных чувств у ворот универа, а за опоздание без любого предупреждения вообще голову свернуть мог. Зак помнил, как год назад так же забыл позвонить брату, когда его задержали на работе. Ник его тогда встретил пинком по колену и разложенным на полу в ванной спальным комплектом. Это было... Не мило. И очень жестко. А еще холодно. Вспоминая о той ночи, Зак всегда невольно вздрагивал и морщился. Ух, хоть бы Ник его сегодня простил. Ну, или хотя бы выслушал.       Подъезжая, Зак специально смотрит на окна их с братом квартиры. Естественно, свет горит. Надежда на то, что Ник лег спать рано и Заку удастся избежать кары испарилась. И чем он только думал? Глупо было даже надеяться на подобную чушь. Зак ведь знал, что Ник раньше полуночи не ложится - делает домашние задания. Приходится просто смирится с тем, что сегодня Заку придется пережить скандал.       В квартиру он поднимается нарочно медленно. Даже скорее неохотно. У дверей он еще и замирает, набираясь храбрости. И лишь после минуты убеждений себя в том, что Ник ему ничего не сделает, Захари наконец тихо открывает дверь, мышкой проникая в квартиру. Он только прикрывает дверь, а сзади уже знакомый голос тихо кашлянул, привлекая внимание. - Привет, Никки. - Зак улыбается и медленно оборачивается. Взглядом он спешно пробегается по расслабленной фигуре брата, что спиной прижался к косяку двери и теперь молча стоял и ждал чего-то. Угрозы Зак не чувствует и решает начать извинятся прямо сейчас. Пока еще не поздно. - Прости, что опоздал. Задержали на работе. И телефон как назло разрядился. - Зак нервно хохотнул, Ник плотно сжал губы и сильно нахмурился. - Извинения приняты. - выдавливает из себя брат и отлипает от косяка, тут же исчезая за поворотом на кухню. Зак не верит своему счастью. Надо же, Ник научился держать себя в руках ! Чудо !       Зак снимает с себя куртку, разувается и спешит на кухню к брату. Руки он может помыть и на кухне, а вот поговорить с Ником надо сейчас, без всяких отлагательств.       Ник сидит за столом и медленно цедит чай, ложкой ковыряя нелицеприятные остатки шоколадного кекса. Он весь ссутулился, надул губы, нахмурил брови. Заку такой Ник, домашний и забавно фырчащий в обиде, словно хомячок, нравится. Впрочем, одного колкого и злобного взгляда хватает, что бы развеять всю хрупкую милашность вокруг фигурки любимого младшего брата. - Никки, мне правда жаль. - Зак моет руки и старается не смотреть на брата, опустив взгляд. - Я должен был тебе позвонить. - Говорю же, я тебя простил. Можешь не извиняться. - Ник вовсе не выглядел как человек простивший. Скорее как глубоко уязвленный. - Ник, ну я же все вижу и понимаю. Не надо мне лгать. - Зак подходит к столу с другой стороны и садится напротив брата. И снова глаза в глаза, контакта не разрывать. Ник должен сорвать с себя маску, если довести его до точки кипения. - Ну что ты на меня пялишься !? - да, Николас никогда не умел играть в гляделки. Не выдерживал давления. Слишком уж слабые нервы. В этом есть и вина Зака, так что терпеть приходилось. Хотя скорее даже не терпеть, а откровенно наслаждаться порывистостью и вспыльчивостью. - Говорю же, не обижен ! Вернее, не за опоздание. - За тот шлепок? - мужчина улыбается одними уголками губ. - И все? - И все !? - снова Ник срывается на крик. Светлые длинные пряди спадают на острое, узкое лицо. Маленькая фурия, не иначе. - Ты опять опозорил меня ! Опять заставил пройти через это ! Да тебе руки за это мало оторвать ! - Ха - ха, Никки, не обижайся, я ведь любя. - в глазах Зака вспыхивает азартный огонек. Вот сейчас они подерутся, а потом... Потом Захари будет наслаждаться своим любимым тонким тельцем и звонкими стонами прекраснейшего лично для него голоса. - Я тебе сейчас любя глаза выцарапаю. И тоже попрошу не обижаться. - угрожающий рык клокочет в горле младшего брата, а костлявые ладони сжимаются в кулаки. - Не - не - не. Ты меня лучше обними. - Зак раскрывает объятия и улыбается ласково и тепло.       Грохот падающего на пол стула глухо звучит в ушах, словно сквозь вату. Ник подлетает к брату одним рывком и Зак успевает увидеть, как гневом горят голубые глаза. В следующий момент он уже летит на пол, а Ник вцепляется брату в волосы, рыча и скалясь. Это чертовски больно - когда худые пальцы тянут волосы вверх, почти выдирая их. Зак не станет сопротивляться. Просто потому, что Нику действительно нужно справить свой гнев хоть куда-нибудь. Пусть по злится, пусть изобьет Захари до крови - лишь бы не дулся и был доволен жизнью. Лишь бы больше никогда не наступала та кризисная ситуация трехлетней давности.       Ник замирает в тот момент, когда рука его находится буквально в считанных сантиметрах от лица Зака. Весь его кулак дрожит, вся его рука дрожит, да и сам он тоже сотрясается в приступе. Лицо Ника все скривилось, ноги плотно обхватили бедра. Младший брат буквально сидел на Заке и пыхтел, кусая губы, борясь с желанием вдарить как следует по улыбающейся морде провокатора. Зак просто обожал такого Ника - взъерошенного, с безумным взглядом. Он страстно любил такого Ника, желал его такого. И конечно желание брата Ник вполне себе почувствовал. Трудно не почувствовать что-то твердое, что откровенно упирается тебе в ягодицы по вполне ясным причинам. Ник раскраснелся и в следующий момент рука его сильной затрещиной опустилась на щеку старшего брата. Голова Зака мотнулась в противоположную удару сторону, внутри все вздрогнуло. Возбуждение становилось лишь сильнее, злой и взбудораженный Ник становился самым лакомым кусочком во всем этом мире, сузившимся до размеров их маленькой квартирки. - Ты чего это лыбишься, идиота кусок? - Ник кулаками упирает брату в грудь и чуть опускается вниз так, что бы лицо его было как можно ближе к лицу Зака. - Ты бы видел себя. Как же я тебя люблю, ты даже себе не представляешь. - Зак несет откровенный бред, наслаждаясь пламенем гнева в широко открытых глазах. - Придурок. Точно папаша тебя в детстве головой вниз уронил. - Ник выдыхает и выпрямляется. Он все еще раздражен, но выглядит уже иначе. Спокойнее, приняв все с огромной затратой слишком малого терпения. - Никки, хорош уже выпендриваться. Иди ко мне в объятия, я все еще жажду их. - Зак снова раздвигает руки в стороны, но на этот раз Ник не гневается, а лишь закатывает глаза и цокает языком, что бы потом с размаху опустится на брата всем тщедушным тельцем.       И Захари не капли не тяжело. Приятно, жарко, до дрожи возбуждающе - но ни капли не тяжело. Он обнимает брата осторожно, словно боясь посильнее сдавить тонкое тело и случайно сломать что-нибудь. Ник тихо бурчит что-то себе под нос, когда горячие ладони Зака касаются его лопаток, обжигая жаром даже сквозь слой ткани. Старший брат лишь довольно улыбается, опускаясь ладонями ниже, к пояснице, пальцами иногда надавливая на выпирающие позвонки. Николас ощущает, как пылают щеки и внизу разгорается желание. Зак умел возбудить его парой движений, парой слов, нежностью и лаской в ответ на грубость. Его любимый старший брат, готовый все стерпеть и подарит в ответ только безграничную любовь и заботу. Который... Настойчиво лезет пальцами под резинку шорт? Ник выпутывается из крепких объятий с возмущенным пыхтением и шипением. Вернее, пытается. Кто бы его так просто отпустил? - Зак ! Не смей ! - хрипит мальчишка, извиваясь в кольце рук и дергая ногами и руками, пытаясь по-больнее ударить. - Ты у меня сегодня ничего не получишь ! - Правда? А почему тогда нижнее белье так нагло проигнорировано? - Зак не может сдержать смешка, мозолистыми подушечками пальцев касаясь кожи округлых ягодиц. И где только Ник таким бесстыдным стал? Нет, конечно Зак понимал, где. Не тому, ой не тому Николас у старшего брата учился эти три года. - Т - ты... Выпусти меня ! - шипит Ник. Нет, сегодня он поклялся себе, что накажет брата за дурость. Но если Зак будет настаивать... Нику придется прибегнуть к крайнему методу. - Не сегодня, мое солнце, не сегодня. - и тут же Зак поддался вперед, прерывая поток возмущений поцелуем.       Ник захлебнулся очередным возмущенным воплем и затих, обмякнув в крепко сжавшем его кольце рук. Зак целовал его нежно, легко, почти невесомо, так, как умел только он. Дразняще, маняще, разжигая пламенные чувства, которые Ник так старательно прятал в себе на протяжении дня. Он давал ему время успокоится, расслабится, разнежится и лишь затем медленно углублял поцелуй, языком слегка проходясь по расслабленно приоткрытой линии губ. Ник тает от таких нежностей, но ни на секунду не забывает о плане мести, позволяя языку брату проникнуть в его рот. И даже отвечает, настойчиво сплетая свой язык с языком Зака, шумно постанывая и старательно ерзая на бедрах брата. Зак довольно продолжает движение ладоней под резинкой шорт, уже без всякого стеснения оглаживая ягодицы и несколько грубовато сжимая пальцы, пощипывая, оставляя свои следы. Ник этого не любит, но терпит, пока еще позволяя брату распускать руки. О, скоро настанет его очередь издеваться.       Зак времени не теряет. Разрывая поцелуй, он одним стремительным движением меняется с братом позициями. И вот уже Ник лежит на лопатках, смотря на брата с насмешкой и вместе с тем - страстью. - Может, мы хотя бы до комнаты доберемся? Кухня, как мне кажется, не лучшее место для секса на полу. - Николас противоречит сам себе, обнимая брата за шею и настойчиво тянясь за еще одним сладостным поцелуем. - Не могу спорить с тобой. - Зак мимолетно чмокает брата в щеку и отстраняется.       Ник не желает подниматься сам, поэтому Зак несет его на руках до комнаты, снова целуя по пути, двигаясь почти интуитивно. Младший брат отвечает со всей страстью, тонкими пальцами зарываясь в жесткий ежик волос. У Захари уже кружит голову от запаха имбирного печенья и яблочного шампуня, которым пахнут светлые прядки длинных волос, настойчиво лезущие в лицо. Он вообще удивляется, как это ему удается дотащить брата до комнаты не разу не уронив. И только когда тощее тело Ника оказывается на так и не заправленной с утра кровати, Зак может полностью отдаться дикой страсти, что кружила ему голову.       Николас задыхается под настойчивыми движениями брата. Щеки, подбородок, веки, шея, плечи, оголенные ключицы. Зак своими шершавыми горячими губами касается всех открытых участком тела, оставляя на тонкой коже шеи и ключиц пятна - засосы, что уже завтра заалеют, показывая всем принадлежность Ника лишь одному человеку. Руки Зака под майкой, двигаются почти невесомо, хаотично проходясь по чуть выпирающим ребрам, впалому животу, родинке чуть выше пупка, переходя на соски. Ник никогда не был чувствителен там, но Зак все равно пару секунд ласкает их пальцами, тут же, впрочем, возвращаясь к бокам, уходя к пояснице. Ника немного потряхивает. Брат давно знает, что там, на пояснице, у него находится чувствительное местечко, словно бы отмеченное еще одной родинкой. - Сними же, ну, что ты копаешься? - Ник пытается снять с себя майку, тонкими пальцами комкая тонкую ткань. - Сейчас, сейчас, подожди чуть-чуть... - Зак дергается, нервно и неаккуратно снимая с брата элемент одежды и отбрасывая его куда подальше. Бледнокожая грудь, испещренная алыми пятнышками - метками, приковывает внимание, чарует. Еще до того, как Ник нетерпеливо напоминает брату о движении, Захари сам губами вновь ведет линию, обновляя метки, особое внимание уделяя местечкам рядом с темными родинками.       Ник тихо постанывает, ерзая, выгибаясь, требуя от брата ласк и проявлений любви. Желанной, дорогой любви, от которой перед глазами пляшут черные точки и где-то в ушах часто-часто стучит кровь. Зак давит на чувствительную зону, покусывает кожу внизу живота, целует там же, зализывая следы зубов, и Нику кажется, что сознание его куда-то утекает, теряется в страсти и терпких ощущениях почти-единения.       Он уже теряет связь с реальностью, когда брат пытается перевернуть его на живот. О нет. Не сегодня. Ник с необычайной в данной ситуации прытью подскакивает, толкает брата в грудь и, когда тот покорно опускается на кровать, вновь седлает бедра. Рубашка брата тоже летит в глубины комнаты, штаны вместе с шортами - туда же. Ник остается голышом, Зак - в одних боксерах. Младшему это кажется исключительно нечестным, поэтому нижнее белье он тоже неловко и торопливо снимает. Зак пытается помочь, как-то выпутаться сам, но Ник фырчит и пыхтит, поэтому старший отступает, позволяя брату проворачивать то, что он сам хочет. А хочет Ник многого. Член брата - больше всего. Он уверен, что растяжка и смазка ему сегодня не нужны. Хотя бы потому, что к приходу брата он уже порядком подготовился, не только растянув себя, но и смазав. Никаких проволочек и замедлений. - Ник, а тебе больно не будет? - Зак приподнимается на локтях, наблюдая, как младший брат медленно опускается, направляя в себя его член. - Ты думаешь, я не готовился? - Ник ухмыляется, а затем одним движением насаживается до конца, легко принимая в себя.       Член у брата не то что бы крупный, да и Ник давно уже к сексу привык, но все равно резкое растяжение мышц немного неприятно. Парень закусывает нижнюю губу, упираясь ладонями брату в грудь и шумно дышит с придыханием, давая себе время привыкнуть. Зак тянет к нему руки, пытается коснуться боков в ласковом жесте, но тут же получает удар. - За что? - изумленно выдыхает он, чувствуя, как брат внутри сжимается, плотно обхватывая его достоинство. - Без рук ! Я все сделаю сам. - Ник с удовлетворением наблюдает за сменяющимися в глазах брата удивлением и легким разочарованием, а затем совершает первое движение. Вверх, так, что бы внутри осталась только головка, а затем резко вниз. Громкий стон вырывается из горла, по телу проходит дрожь. Сразу по простате и сдерживать себя становится просто невозможно.       Ник сразу берет быстрый темп. Подниматься трудно, ноги быстро устают, но юноше на это все равно. Он полу-стонет полу-кричит, вновь и вновь поднимаясь вверх и опускаясь вниз. Наблюдать он уже ни за чем не успевает - только процесс заботит его в данный момент. Только удовольствие, что затмевает разум и заставляет тело содрогаться в сладостной истоме. Зак кусает губы, хрипит сквозь зубы, до хруста сжимает простыни, бедрами подмахивая брату, но требование Николаса выполняет беспрекословно - и пальцем не касается любимого , с отчаянием наблюдая, как раскачивается худое тело, как дрожат тонкие плечи, как опадают на грудь светлые волосы. Стонущий голос сводит его с ума, он едва держится, контроль утекает словно вода сквозь пальцы. - Ник.. - тихо выдыхает Зак. Как же ему хочется сейчас прижать это тело к себе, а еще лучше - завалить на спину и хорошенько отыметь самостоятельно, пальцами лаская аккуратный член, проходясь прикосновениями по нежной коже.       Ник не слышит его голоса - лишь шум крови в ушах и судорожная сосредоточенность на хаотичных и прерывистых движениях. Двигаться, двигаться, двигаться... Отвлечется хоть на секунду и прервется, потеряет эту упрямость, с которой так старательно насаживался на член брата толчок за толчком. - Никки... - Зак стонет и Ник окончательно теряется, ошарашенный басовитым гудящим звуком, вырвавшимся из горла брата.       Зак пользуется - нагло и бездумно. Прижимает Ника к себе, носом утыкаясь в ароматные чуть мокрые от пота волосы на висках, и окончательно перенимает инициативу, двигаясь сразу быстро, выбивая из младшего брата судорожные задыхающиеся крики и отрывистые " еще, быстрее, прошу, еще.". Ник болтлив только тогда, когда совсем теряет разум, находясь уже на грани перед оргазмом. Зак знает это как никто лучше, потому право рукой тянется вниз, вклиниваясь между животами, ладонью на ощупь находя прижатый, влажный от смазки член брата. Николасу хватает еще пары движений рукой, что бы с протяжным "За~к..." кончить, тут же обмякая на груди брата, судорожно хватая открытым ртом раскаленный воздух.       Зак тоже доходит до грани - ровно в тот момент, когда ладонь обжигает горячим семенем, а член крепко сжимают часто - часто сокращающиеся мышцы. Выйти Зак не успевает, с громким рыком изливаясь прямо в брата, на периферии сознания слыша его недовольное мычание. Грудь Зака вздымается, он дышит глубоко, но рвано. И пытается прийти в себя, медленно возвращаясь к реальности. Ник тоже приходит в себя, уткнувшись носом брату в шею. - Зак. - наконец говорит он. Голос тихий и немного хриплый. Не удивительно, Ник ведь так стонал. - Я же тебя просил. Это должно было быть твое наказание. - Ник даже поднимает голову и в голубых омутах его он видит возмущение и обиду. - О, ты порядком наказал меня, братик. Не дуйся. - Захари легонько чмокает брата в уголок раскрасневшихся губ. - И иди давай мыться. Время уже позднее, наверное. - Позже. - бурчит Ник, снова возвращая голову в исходное положение. - Сейчас я хочу полежать с тобой еще немного. - Если это такое признание в любви, то знай - я тебя тоже люблю в ответ. - мужчина обнимает брата, на этот раз совершенно без подтекста, и позволяет тому расслабленно замереть, удобно расположившись на нем.       Это их маленькая идиллия - тихая ночь после страстного секса, и размеренное дыхание друг - друга и биение сердец, разделенные напополам.       Их самое яркое проявление чувств, когда любая мысль - одна на двоих.