Сейчас

- Повернись, - тихо и хрипловато выдыхает Клинт в самое ухо Старку, ведет вверх от бедер по бокам сильными пальцами и останавливается на ребрах, разворачивая его, как надо. Тони улыбается, до сих пор едва веря, что его и правда впустили в святая святых. Это волнительно, и живот сладко сжимает нечто, очень похожее на возбуждение. Бартон пихает носком кроссовка правую пятку Старка, потом – его левую ступню и бросает: - Колени мягче. И ноги шире. Что, прямо сейчас? – хочет немедленно отреагировать на двусмысленность Тони, но у него за спиной увлеченный Клинт, оказавшийся в своей стихии. Старк боится разрушить очарование этого момента. Бартон вкладывает ему в ладонь пистолет, холодящий металлом кожу, подхватывает его руку под запястье, плавно тянет вверх, и Тони выпрямляет локоть. - Тяжелый, - вырывается у него через пару секунд, раньше, чем он успевает себя остановить, но он и в самом деле удивлен – буквально минуту назад Клинт с такой легкостью вогнал на место обойму и передернул затвор, словно пистолет ничего не весит. Бартон с коротким смешком берет его свободную руку и подносит к вытянутой правой, заставляя зафиксировать кисть левой ладонью. - Беретта, - произносит он так, словно для Тони это должно все объяснить. – 92FS… Не поднимай плечи, - он проводит по напряженным мышцам, от шеи и дальше, нажимая, расслабляя. У Старка сбивается дыхание. - Смотри сюда, - спокойный, даже расслабленный Клинт постукивает по вертикальной прорези прицела, а потом, гладя, чуть ли не лаская черный ствол, совершенно неприлично скользит пальцами вдоль него и останавливается на мушке. – Ты должен видеть ее посередине. Тони судорожно сглатывает, но кивает. Бартон подается вперед, почти соприкасаясь грудью с его спиной, кладет ладонь поверх ладони Старка и медленно опускает его палец на курок. - Выбери точку на мишени, - продолжает он вкрадчивым полушепотом, от которого у Тони бегут мурашки и начинает твердеть член. – Целься в ее нижнюю границу и стреляй. Держи крепче, отдача у этой модели относительно мягкая, но все равно бьет назад и вверх. Старк изо всех сил пытается слушать, что он говорит, а не тонуть в обволакивающем тембре его голоса, но не получается. В итоге, когда Тони жмет на курок, для него оказывается сюрпризом, что одновременно с резким звуком выстрела, от которого он тут же зажмуривается, ствол едва не вырывается из рук, да еще и больно бьет его по пальцу. Клинт обхватывает руки Тони, держащие Беретту, своими и медленно, чувственно целует его в шею, а потом, не прекращая и не поднимая головы, всаживает в самый центр мишени все оставшиеся четырнадцать патронов и привычным точным движением прячет оружие в кобуру на бедре. Старк не двигается, одинаково оглушенный выстрелами и поцелуями, и часто дышит. Клинт, еще раз коснувшись губами его кожи, отстраняется с понимающей улыбкой. Его самого оружие тоже возбуждало, пока не стало неотъемлемой частью работы – теперь смертоносная прохладная тяжесть в ладони или упругость тетивы на пальцах будят внутри трепет, будоражат, но это совсем не похоже на сексуальное напряжение. А вот Тони, у которого с неприличной очевидностью стоит, вызывает вполне однозначные желания и мысли… Впрочем, Клинт не успевает даже двинуться, потому что Старк разворачивается, пару секунд скользит по его лицу почти черным, лихорадочно блестящим взглядом, а потом подается вперед – и в следующий миг Бартон ощутимо прикладывается затылком о пол. Тони набрасывается на него, как… Клинт не придумывает ни одного достойного сравнения, потому что нависший сверху Старк принимается целовать его – быстрыми, жадными поцелуями, везде, где может дотянуться, и сорвано шепчет: - Твою ж мать… Бартон с усмешкой косится на него, подставляя шею под горячие ненасытные губы. Тони резко давит коленом, заставляя развести ноги, вжимается бедрами, кусает, зализывает укусы, сжимает, оставляя на коже Клинта полукруглые лунки от коротких ногтей. Дыхание то срывается с его губ стонами, то превращается в рычание. У Бартона, кажется, секунду назад была в голове какая-то мысль, что-то похожее на «ну не сейчас ведь». Теперь он рывком переворачивается так, что лежащим на полу оказывается Старк, слегка ошарашенный быстрой сменой положения. Клинт выпрямляется, садясь на его бедрах, стягивает майку и снова наклоняется, собираясь лечь сверху. Но Тони приподнимается и встречает Бартона на половине пути, целует ямку между ключицами и тянется к ремню его брюк, нетерпеливо дергает, поднимает взгляд и, восхищенно задохнувшись от горящего в серых глазах желания, сжимает его бедра и подается вперед, снова укладывая Клинта на спину. Они целуются так, словно это их последний поцелуй или первый после долгой разлуки, переворачиваются, сражаются за главенство, перекатываясь по полу, сплетаясь в клубок из двух тел. - Клинт… - стонет Старк, когда тот все-таки оказывается сверху и принимается вылизывать его шею мокрыми бесстыдными поцелуями без намека на нежность, и вдруг со сдавленным рыком резко подминает Бартона под себя. Тот кидается вперед, и Тони снова оказывается лежащим на спине. Клинт падает на него, целует солоноватую от пота кожу, а потом останавливается, приподнимаясь и глядя Старку в глаза. Тони прищуривается, дергается несколько раз, пытаясь вновь поменяться с ним местами, но дело, наверное, даже не в том, что Клинт сильней него. Ощущение тяжести горячего тела сверху заставляет Старка выгнуться, ему хочется больше, ближе, и он инстинктивно подается бедрами вверх, прижимаясь. - Только представь… - Бартон инстинктивно повторяет его движение, жесткие швы усиливают ощущения, - как это будет, когда… - он коротко и низко стонет, - внутри… Старк замирает, схватившись за широкие плечи и вопросительно вскинув брови. До него внезапно, со всей пугающей ясностью доходит – он понятия не имеет, что и как должно быть дальше. - Агент Бартон, мистер Старк, - раздается привычно спокойный голос Коулсона, и они оба вздрагивают, ошарашенно поднимая глаза. – Прошу прощения за беспокойство, но я был бы вам очень признателен, если бы для подобных сугубо личных дел вы нашли другое место. Желательно, вне базы. Агент Бартон, вас, кстати, хочет видеть директор Фьюри. Не беспокойтесь, это по другому поводу. Тони едет домой, и у него слегка кружится голова – скорее от беспокойства, чем от возбуждения. Он думает, Коулсон пришел очень вовремя. Сквозь сумбур и неразбериху в мыслях всплывает – Клинт был с Локи, ему, вероятно, известно больше. Старк ненавидит чего-то не знать и первым делом, переступив порог, дает задание Джарвису, хоть и признает самым краешком сознания: он готов просто довериться Бартону, просто позволить ему вести. Джарвис бесстрастно переспрашивает, правильно ли понял, какого рода материалы Тони хочет найти, и интересуется, не получит ли тот моральную травму в процессе просмотра. Старк и сам не уверен, что ему понравится видео про двух волосатых мужиков, поэтому, настороженно устроившись перед большим экраном в гостиной, на всякий случай держит палец на кнопке «stop». Парочка на экране только начинает целоваться, и он ловит себя на том, что ни разу не видел этого со стороны, да и увидеть никогда не хотел. Он даже не слышит, как возвращается Клинт. - Тони?.. – удивленно окликает тот, войдя в гостиную и услышав приглушенные постанывания из динамиков. – Что… - он натыкается взглядом на экран, где двое неторопливо раздевают друг друга, отвлекаясь на поцелуи и поглаживания. – Что это? - Справочная информация, - ослепительно улыбается Старк, чувствуя, что у него, кажется, выступают красные пятна на скулах. Он собирается поставить видео на паузу, но в этот момент один из парней берет член второго в рот, и пульт выпадает у Тони из рук, а внизу живота вдруг становится горячо. Клинт, неопределенно кашлянув, садится на диван рядом с ним, поднимает с пола пульт и вопросительно смотрит на Старка – выключить или оставить. Тот пожимает плечами, едва сдерживаясь, чтобы не закрыть лицо ладонью, и мечтая провалиться сквозь паркет прямо в мастерскую. Бартон смотрит на него еще несколько мгновений, а потом откидывается на спинку дивана, устраиваясь поудобней. Старку хочется обратить все в шутку, но подходящие слова никак не находятся. - Боже… - морщится он через несколько минут. – Что он делает? - Зачем он это делает, - добавляет скривившийся Клинт. – И почему мы вообще на это смотрим? Тони вдруг неловко и необъяснимо стыдно, и он поднимается на ноги. - Я… - начинает он, отступая к выходу и надеясь только, что его уход не будет слишком явно выглядеть бегством. – Мне надо… Да… В общем, мне надо. Клинт провожает его непонимающим взглядом. Старк прикрывает за собой дверь, останавливается на первой ступеньке лестницы, ведущей в мастерскую, и чувствует себя полным идиотом. - Тони… - секунду спустя Бартон подходит к нему со спины и, обняв, целует выступающий позвонок на его шее. Тот резко выдыхает – мягкие губы дразнят прикосновениями, щекочут кожу, сильные ладони гладят вдоль тела, проходятся по сгибам локтей, плечам… Тони чувствует, как ноги мгновенно становятся ватными, и, прижимаясь, будто в поисках опоры, не сдерживает стон. Клинт вдруг рывком разворачивает его лицом к себе и, подавшись вперед, вжимает собой в стену. У Тони сердце в груди подпрыгивает от его шального, безумного взгляда, и он только ошарашено хлопает ресницами. Бартон скользит пальцами ему под волосы и, мученически сведя брови, шепчет: - Черт… Я не могу… Он впивается в губы Старка так яростно, так жестко и агрессивно, что тот лишается всякой способности сопротивляться, его словно парализует это неистовое желание. Он не испуган – напротив, его вдруг мощным приливом накрывает возбуждение, дикое и неконтролируемое, похожее на прыжок с высоты тем, что уже нельзя ничего остановить. Клинт терзает его рот грубо и ненасытно, до боли, прижав к холодной стене, и у Тони стоит так, что он готов скулить. От такого Бартона – властного, настойчивого, заставляющего подчиниться – напрочь сносит крышу. - О господи… - одними губами произносит он, когда Клинт с нажимом ведет руками вниз и, одним рывком притягивая к себе еще ближе, стискивает его задницу. - Я хочу тебя… - отзывается тот. – Сейчас… Старка бросает в жар, но одновременно это отрезвляет, и он рычит: - В кровать, быстро. Они добираются до спальни, оставив почти всю одежду разбросанной по пути. Окна закрыты ставнями, и едва они переступают порог, их окутывает густая темнота, разбавленная только тусклым свечением реактора, но Тони даже в голову не приходит попросить Джарвиса включить свет. Он толкает Бартона на постель, тут же опускаясь следом, целует напряженный живот и ниже, сквозь тонкий хлопок, прежде чем стянуть его с бедер Клинта. Старка ведет от желания прикоснуться везде и сразу и от мысли, что тот позволяет все это. Он, пожалуй, рад, что они почти не могут видеть друг друга сейчас. Бартон тянет его вверх и снова целует – с силой, судорожно сжимая в своих руках, а потом отпускает его губы и принимается целовать колючий от щетины подбородок. - Клинт… - шепчет Тони, инстинктивно прогибаясь под шершавыми ладонями. – Клинт… Можно я?.. - Да, - отвечает тот, даже не дослушав. Старк на ощупь прижимается к нему, гладя горячую кожу, целует местечко возле правой ключицы – и осторожно, будто снова спрашивая разрешения, опускается ниже. Бартон втягивает воздух сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как дыхание Тони скользит по груди, а потом по животу. Он видит только ореол его волос, подсвеченных реактором, и это усиливает ощущения – раньше они всегда смотрели друг на друга, когда… Клинт сбивается с мысли, потому что Старк опускает ладонь ему на бедро, чуть поглаживая, и обжигает шумным выдохом нежную кожу, под которой наливается горячая твердость. Он медленно обводит большим пальцем головку, сдвигая крайнюю плоть, и Бартон чуть не до крови прикусывает губу, сдерживая стон, но все равно издает тихий, очень чувственный звук, от которого Тони вздрагивает – теперь он сомневается, что сможет не отвлекаться на себя. Ему немного страшно, но он думает, даже если у него не получится – это не будет ничего значить. Тони быстро и нервно облизывает губы, наклоняясь ниже и заставляя Клинта зажмуриться, когда случайно касается волосами его бедер с внутренней стороны. Осторожно поцеловав оголенную головку, он замирает и задерживает дыхание, услышав сорванный шепот: - Тони… Ты не… Не должен… - Бартон, кажется, борется с собой и не может решить, остановить его или попросить продолжить. Для него это тоже слишком. - Я хочу, - коротко шепчет Старк, развеивая сомнения, его и свои. Он снова прикасается губами к чувствительной коже, не давая Клинту возможности опять начать думать. Обводит языком вокруг, и тот теряется в ощущениях, рефлекторно запуская ладонь ему в волосы. С его губ слетает выдох с полустоном, когда Тони приоткрывает рот и медленно вбирает головку, облизывая ее и начиная легонько посасывать. Бартон запрокидывает голову и цепляется за покрывало, а потом рефлекторно выгибается навстречу. Старк скользит губами ниже, забирая глубже, и тот едва держится, чтобы все не закончилось прямо сейчас. С кем угодно другим это было бы только начало – с Тони это так сильно, что темнеет в глазах. Он удивляется, как справляется сам Старк. Тони тут же, будто в ответ, отпускает его бедро и тянется к себе, невольно и едва ли осознанно. Он возвращается обратно и снова скользит вниз, пытаясь двигаться быстрее и недоумевая – ему все это нравится. Нравится, как дышит Клинт – часто, срываясь на стоны, нравится чувствовать его ладонь на затылке, знать, что сейчас он поджимает пальцы на ногах. Нравится чувствовать его языком и нёбом, ласкать его ртом и сжимать себя внизу. Старк увлекается и не сразу чувствует, как Бартон стискивает его плечо. - Тони… - хриплым и непривычно низким голосом предупреждает тот. – Я… Тот отстраняется, заменяя рот ладонью, дурея от того, какой здесь Клинт горячий и мокрый от его слюны. Он даже не запоминает, кого из них накрывает первым. Когда зрение, слух и остальные чувства возвращаются к нему, Тони обнаруживает, что лежит на груди Бартона, и тот поглаживает его по щеке. Он приподнимается, целует Клинта в губы и внимательно смотрит на него в полутьме. - Я хочу еще… - шепчет Старк, едва отдышавшись.