Красная Нить

      Идя по улице, Арсений видел людей. Много людей. И на запястьях взрослых версий людей он видел ниточки. Красные нити, которые тянулись от их запястий куда-то в неизвестность, соединяясь только с найденной человеком его истиной пары. Подростки или люди до 25-и редко ходили с таковыми. И Попова очень удивляло это, когда он видел подростков лет 14-16 с красной ниточкой на запястье. Сейчас Арсению Попову 34 года, и он все еще без своей собственной красной ниточки. И не то, чтобы его это смущало или обижало. Нет. Ему это нравилось, было много преимуществ, как ему казалось. Он все еще мог гулять, и никто его за это не будет упрекать.       А есть Антон Шастун, которому 26 и его напрягает факт отсутствия красной полосы на его руке, потому что все его знакомые и друзья уже ходят с такими нервущимися нитками, а он, как белая ворона, со своими все еще с голыми запястьями. Он замещает отсутствие этого опознавательного знака множеством разнообразных браслетов, которые болтались на его руках.       Шастун писатель. Молодой, достаточно популярный, писатель. Он пишет истории про подростков, про то как они справляются с проблемами, дерутся, гуляют, ругаются, влюбляются. В общем, просто живут. Его предыдущий редактор отказался от него, и перенаправил его к другому редактору, его другу. Как высказался Стас: «Пусть теперь он терпит твои недосдачи. Сеня сильный, он вытерпит.» Но так как этот его друг летом был в отпуске, то и у Антона появился импровизированный отпуск, длиною в месяц. И теперь Шаст шел вдоль дороги к зданию, где работал этот редактор.

***

      С утра в понедельник Арсению на телефон пришло sms от его друга и по совместительству коллеги, работающим в другой редакции. Sms гласило о том, что «Мол, Сеня, друг мой родной. Забыл тебе сказать, к тебе придет мой юный и очень перспективный писатель. А придет он к тебе потому что уж очень не в стиле нашей редакции такие книги выпускать.» И Попов готов крыть Шеменова самым отборным русским матом, проклиная друга и его забывчивость, надеясь, что тот помрет от икоты. Но делать нечего, а мужчине все равно надо вставать на работу       Сентябрь начался с 20-и градусного тепла и Арсения это не могло не радовать. Он спокойно пил кофе в своем кабинете, когда к нему в кабинет стучатся, а после в дверном проеме появляется голова со светлыми волосами, оттопыренными ушами и зелеными глазами. Следом за головой появляется и остальное тело парня. Очень высокое, худое тело парня.       — Здра-а-а-авствуйте. — он улыбается от уха до уха и приветствует мужчину, как мальчик в начальной школе своего любимого учителя       — Привет. Так значит, ты и есть тот самый очень перспективный писатель. — Арсений принялся рассматривать своего нового подопечного, от чего Шастун слегка смутился, находясь под столь пристальным взглядом мужчины. — Как тебя звать-то, чудо зеленоглазое? — Спросил редактор, все также не отрывая взгляда от парня.       — Антон. Антон Шастун. — Гордо ответил парень, смотря на главного редактора. — А вас?       — Ну так, Антон Шастун, меня зовут Арсений Сергеевич, а теперь давай будем смотреть, за что же тебя так любят современные подростки. Точнее, ты оставишь это здесь, а послезавтра придешь часов эдак в 11-12 и я буду указывать на твои ошибки. — Произнес Арсений, хлопнув в ладоши, поднялся из-за стола, направляясь в сторону двери. Он открыл дверь, показывая жестом, чтобы Шастун шел на выход.       Антон был не очень доволен таким исходом событий. Но Арсений ведь профессионал, ему лучше знать. Поэтому, ничего не говоря, Шастун вложил флешку с книгой в руку мужчине и покинул кабинет главного редактора, слегка кивнув тому головой.

***

      Антон пришел домой и сразу же свалился на диван. Ему лень что-либо делать. Хотя он обещал Позову, что приберется во всей квартире, пока того не будет четыре дня дома, но ему так чертовски лень это делать. Шастун знал, что Дима будет ругаться, но давайте завтра. Сейчас он должен немного поваляться, потому что потом ему будет выносить мозги Ира. Они с девушкой расстались около трех или двух месяцев назад, но та по-прежнему ему выносила мозги, хотя после нескольких лет отношений с ней Антон уже думал, что там уже нечего выносить, но каждый раз убеждался в обратном.       По истечении пары часов безделья телефон Шастуна начал разрываться от сообщений от той самой Иры. Она писала о том, что Антон опоздал. Парень и без того это знал, он специально опаздывал на их встречу. Сейчас он еще немного подумает и напишет девушке, что не может прийти, потому что у него появились важные дела, которые не потерпят того, что их отложат на час другой. Да и мозги Шастуна не потерпят, что их вынесут часа эдак на четыре, а то и больше. Поэтому парень отключает звук на телефоне, чтобы трель от гневных сообщений Иры не мешала его существованию. Он достает из кладовки тряпку с ведром, включает музыку, настолько громко, насколько это тоже возможно и идет улыбаясь, подпевая группе «Звери».

***

      За окном тихо сгущались сумерки, а Арсений только завалился на свою кровать, чтобы прочитать творение его нового подопытного… кролика? Писателя? Пусть будет просто подопытного. Он вообще не понимал, почему Стас скинул этого мальчишку на него. Вроде самый обычный парень, еще не достигший 30. Ощущение будто ему еще 25 нет. Но делать ничего не оставалось, кроме как лежать на своей кровати и пролистывать первые главы новой книги Шастуна.       Спустя пару часов вполне неплохого чтива Попов понял в чем минус книг Шастуна. У него все было хорошо. Описание, сюжетные линии, переходы от одной темы к другой, но парень просто не умел описывать романтические отношения. Действия, свидания, поцелуи, развития этих отношений. Все было не столько плохо, сколько сухо и безжизненно. У Попова сложилось впечатление, что у Антона вообще никогда не было отношений, и Арсений уже подумывал над тем, чтобы исправить это.       Арсений был геем. Он не скрывал это, но и не размахивал радужным флагом, крича на каждом углу о том, что ориентация парня голубее его собственных глаз. Все, кто общался с Поповым достаточно близко знали об этом, и старались принять это по возможности.

***

      Время 10 утра, а Антон лежит, как тюленчик, поедая пиццу, оставшуюся от его вчерашнего ужина и думая о новом редакторе его книги. Шастун не умел готовить, поэтому это была одна из причин почему он жил с Димой, а не только потому что Шастун боится ответственности и встать ночью в туалет, понимая, что в соседней комнате никого, и если на него кто-то нападет, то никто не спасет его. Дима все еще не приехал из своего похода с друзьями. Шастун сам был в Воронеже у своей семьи, когда Дима написал ему, что едет в поход.       И именно сейчас Антон вспоминает, что ему надо ехать на встречу к Арсению. Вообще мужчина очень понравился Шастуну. Как внешне, так и внутренне. Он излучал из себя ауру доброты и кошек. Почему кошек? Да потому что весь его свитер был в белой кошачьей шерсти, и парень прекрасно понимал его. Он и сам раньше жил с котом. Белым. И сколько он не чистил свои темные вещи, белой шерсти меньше на них не становилось.       Антон закрывает квартиру, зная, что его друг должен сегодня приехать поздно вечером, он чуть попозже попросит приехать их общую подругу, чтобы что-то приготовить Позову на переужин-недозавтрак. Да и в принципе приготовить им что-то поесть, потому что познания его соседа ограничивались только в варке пельменей и макарон.       Шастун стоял в пробке, проклиная середину рабочего дня. Его интересовал вопрос: «Какого черта в середине рабочего дня пробка длиною в китайскую стену, да еще и движется со скоростью самой большой и старой черепахи мира?». Именно такие ассоциации приходили на ум парня, когда он ехал в автобусе, переполненный до отказа всякими бабушками, мамочками с детьми и потными мужиками, которые поднимали свои руки вверх, держась за поручни, распространяя свое оружие массового поражения на весь салон.       И Шастун без особого удивления подмечал, что зачастую на таких мужчинах не висит их нитей. Может потому что они еще не нашли такого, а может потому что их пара находится вообще на другом континенте, или еще не родилась. Потому что, как однажды сказала его подруга, педофилия нынче в моде. Уж очень часто он видит пары с разницей в возрасте, как минимум, 6 лет. Сам парень задался целью найти свою пару до того, как ему исполнится 30, а это значит, что у него осталось только 4 года.

***

      — Добрый день, Арсений. — Произнес Шастун входя в кабинет главного редактора, который, судя по его виду, ждал Шастуна.       — Привет, Антон. — Арс сидел, как важный персонаж из фильмов про мафию, в кожаном кресле, в черном костюме, на столе было куча всяких разных бумажек. Не хватало только кота на руках Арсения, двух амбалов по бокам и сигары. — Я просмотрел твою книгу. И в принципе смог понять по какой причине тебя так любят. У тебя хорошая сюжетная линия, описание. Это все прекрасно. Но… — Антон нервно сглотнул. Он прекрасно знал, что у него есть проблемы, потому что парень начинал с любительских произведений в интернете, но он не думал, что кто-нибудь его заметит. Этим кем-то оказался Стас Шеминов. Он проработал с Антоном около двух лет, а после сплавил его на Попова       — Но… Антон, у тебя просто ужасное описание романтических отношений. Когда я читал твою книгу, как я понял она еще не закончена, да, — Попов вместо ответа получил легкий кивок. — Мне показалось, что отношений у тебя никогда и не было.       — Нет, они были. Но не такие, о каких хотелось бы читать подросткам. Они не были наполнены нежностью и радугой. Нет.       — Хочешь сказать, что у тебя и свиданий нормальных толком не было? — нет, Арсений мог предполагать, что такие еще люди остались, которым за двадцать, а у них еще нормальных отношений не было. Мужчина встал из своего кресла и подошел к Шастуну. — Сколько тебе, Антон?       — Да, в мои 26 лет у меня не было ни нормальных отношений, ни свиданий, ни поцелуев, ни поездок куда-нибудь вдвоем. Ничего из того, что бывает у нормальных пар. — Шастун понимал, что это ненормально. Но что он мог поделать, что в школьные годы он никому не нравился? И единственная девушка, которая на него повелась, была Ира. Но девушка никогда не любила всех этих нежностей. Она никогда не отсчитывала дней от их знакомства или первого поцелуя. Нет. Она не любила свидания. Поэтому у обоих просто был регулярный секс и все. Ах да, еще и вынос мозга, односторонний правда. Но все же.       — Тогда, Антон Андреевич Шастун, я приглашаю вас на свидание со мной этим вечером. — Арсению понравился этот парень, и это было правдой. Не то чтобы прям, люблю не могу. Но он мог бы на что-то надеяться с этим парнишкой.       — Чего? — Шастун, конечно, не был полностью натуралом, хотя бы потому что в школьное, да и в студенческие годы, ему нравились парни. В некоторых он был даже влюблен. Но Арсения он знает только второй день.       — Шастун, ты глухой что ли? На свидание я тебя приглашаю. На нормальное свидание, которых у тебя еще не было. Покажу тебе, каково это.       — Ну, ладно. — Писатель растерянно пожал плечами.       — Продиктуй мне свой номер и адрес. Я заеду за тобой часов в 8-9. Скину все подробности потом sms-кой, хорошо? — редактор взял свой телефон в руки, приготовляясь записывать номер парня       Шастун продиктовал номер редактору, а после на его телефон пришло sms со смайликом. Особого труда не составило догадаться кто это прислал, поэтому Тоша подписал его в телефоне, как «Арс (редактор)». Банально, но что еще мог придумать Антон, при условии, что почти не знает этого человека, хотя он мог подметить, что Арсений любит читать. В его кабинете лежало много книг жанра фантастика. Шастун и сам любил читать. Антон вообще был очень ранимой и романтичной личностью. В душе парень просто огромный романтик, обожающий банальности, по типу: ужина при свечах, прогулок по берегу моря и красных роз.       Что касалось Попова, то мужчина был слегка суровым и до ужаса любил порядок, чтобы каждая вещь лежала на своём месте. Но он был заботливым и безумно любил кошек. Белых, или светло серых, кошек. Именно по этой причине вся его темная одежда уже перестала очищаться от светлых волосков шерсти. Но, вроде, никаких замечаний в его адрес по этому поводу не прилетало, а значит, что все нормально, и никто этого не замечает. Хотя, как можно не заметить черный свитер или джинсы, которые полностью в кошачьей шерсти, потому что обладатель этого свитера и кота, всегда куда-то спешит?       Да, Арсений часто куда-то опаздывает. Ну просто он любит поспать. Но в один прекрасный день, его холостой друг, именуемый Сергеем, произнес такую фразу «Вот у тебя тоже нет жены, но неужели тебе некому купить ролик?». После этой фразы Попов задумался, а нужна ли ему вообще ЖЕНА. Так как мужчина был геем.       — Ладно, Антон. Тогда я в 8 буду у твоего дома. — с этими словами Арсений провел рукой по спине Антона, слегка задерживаясь на пояснице, а после вернулся обратно в свое кресло, снова становясь боссом итальянской мафии, облепленный кошачьей белой шерстью.       — До свидания, Арсений Сергеевич. — произнес писатель, находясь уже у двери, придерживая ту одной рукой.       — Просто Арсений. Не чужие ведь теперь люди. — брюнет мягко улыбнулся, смотря вслед Антону, думая о том, что можно было бы устроить вечером Антону, и о том, что под его начальством работают одни дебилы. О второй вещи он думал практический каждый день, кроме выходных, конечно.

***

      В середине дня Шастун с удивлением обнаружил у себя красную тонкую полосочку на левом запястье. Она была бордового цвета и очень-очень тонкой. Антон сидел на диване, забравшись туда с ногами, на кухне была их с Димой подруга. А сам парень печатал продолжение к собственной книге, попивая чаек, но ничего в голову не лезло, кроме его редактора. В последние пару часов Арсений вообще не вылезал из его головы. Но… красная ниточка. Шастун не стал ничего говорить по этому поводу, зная, от какого человека появилась эта ниточка, и, что паника ничего не решит. И вообще, его организм знает лучше, пусть он еще сам этого не понимал.       Антон старался, правда старался забить голову чем-то другим, помимо Попова до восьми вечера, но сделать он этого не смог. Он попросил подругу помочь выбрать ему одежду к сегодняшнему свиданию. Та сначала не поняла зачем это Шастуну, но заметив красный опознавательный знак на запястье писателя, загадочно улыбнулась и выгнала парня из его же комнаты, для того чтобы перерыть весь его гардероб в поисках подходящей одежды.       От кого: Арс (редактор)       Кому: Артоньян        «Я у твоего подъезда, жду только тебя: *»       И Антон подрывается с дивана, на котором до этого смотрел телевизор, и на всех парах несется к выходу, предвкушая, что же такого мог приготовить ему редактор, чтобы показать, как выглядят настоящие свидания. Антон выходит из подъезда и видит Арсения. Мужчина стоит в черной футболке, на его плечи небрежно накинута светло-синяя джинсовка, а за спиной виднеется черный рюкзак. Попов стоял, облокотившись на ближайшее к подъезду дерево, что-то увлеченно печатая в телефоне. Дверь подъезда скрипнула, и редактор отвлекся от своего гаджета и посмотрел на писателя, расплываясь в еле заметной улыбке.       — Привет. — Арсений убирает телефон в карман джинсов и смотрит на Антона. Немного странное ощущение находится рядом с малознакомым человеком вне рабочей обстановки. И он даже не знает что сказать, просто рассматривая парня, который перекатывается с пяток на носки, сам не зная, что должен говорить. Антону вообще редко приходилось встречаться с малознакомыми людьми вне учебной или деловой обстановки, поэтому он просто смотрел на все что угодно, кроме виновника появления ниточки на его руке. Дерево, фонарь, аптека. Шастун уже подумал было писать свою интерпретацию стихотворения Блока, но он не успевает продолжить дальше сочинение других строк известного всем произведения, как Арсений нарушает повиснувшую тишину.       — Ну что ж, Антон… — он чуть помедлил, — Пойдем? — мужчина протянул руку парню. Антон поднял было руку, чтобы вложить свою ладонь в ладонь Попова, но чуть помедлил, задаваясь вопросом: а не пожалеет ли он об этом? Но секунд 15 спустя Шастун отбрасывает все сомнения и берет старшего за руку.       Они идут вдоль дороги, и Шастун даже не понимает куда. Может, потому что он не хочет. Внутри него присутствует дикое желание начать теребить ниточку, спрятанную под рукавом, потому что подруга отправила Шастуна на свидание без браслетов, аргументировав, что так будет лучше, хотя она оставила на его пальцах кольца. Поэтому Антон не видел смысла в ее действиях и словах, хотя спорить не стал.       Как выяснилось позже они пришли в небольшой сквер, который находился вдоль дороги. Парень часто проходил мимо него, но заходить в него не решался, потому что он либо устал, либо спешил. И сейчас, в не очень поздний час, тут не было людей. Хотя бы потому что уже было достаточно темно в 8 вечера, в сентябре месяце.       Звук тишины, фонтана и мимо проезжающих машин. Это было более чем достаточно чтобы атмосфера уже не была такой напряженной.       — Вообще я думал, что сегодня будет ясное небо. Потому что я принес плед и вино. Надеялся посмотреть на звезды. Знаешь, это клише из фильмов. — Антон кивнул, хотя совершенно не знал этого, потому что Ира любила документальные фильмы. Ей не было это интересно.       Арсений достает плед из рюкзака и расстилает его на небольшом пригорке рядом с одним из работающих фонтанов. После чего садится на него, а Антон следует его примеру, садясь на плед, скрещивая ноги в позе лотоса, наблюдая за дальнейшими действиями редактора. Движения мужчины были плавными, грациозными. Он был создан для Питера. Он выглядел, как сам Питер. Такой же изящный и со своими секретами. Антон впервые видел человека, который был в буквальном смысле похож на город, в котором он жил. Арсения Попова можно было сделать лицом Санкт-Петербурга.       — Антон, давай разговаривать. А то все молчим и молчим. — мужчина слегка нахмурился, смотря на парня.       — Давай.те, — парень запнулся, потому что он все еще не понимал границу их взаимоотношений. Они вроде бы сейчас на свидании, но… Но что-то мешалось Шастуну, — А о чем?       — Ну, во-первых, давай ты будешь ко мне обращаться на «ты». — Арсений достает из рюкзака бутылку вина и пакет с виноградом. Ему показалось, что просвещения Антона в искусство романтических отношений нужно начинать с банального, — А, во-вторых, давай пройдемся по банальному. Например, какой твой любимый фильм или книга?       — Эм… Ладно. Ну, у меня нет любимого фильма. Мне нравится серия фильмов про людей Х. А по поводу книги, то я люблю творчество Кассандры Клэр. А у ва. тебя?       — Я вот люблю из книг Стивена Кинга, и экранизации его книг тоже хорошие. — Арсений слегка усмехнулся, продолжая доставать вещи из рюкзака. Следующим, что он вытащил, были пластиковые стаканчики. — Не бокалы, но они бы не поместились. — это было такое себе оправдание, но Шастуну было достаточно и пластиковых стаканчиков       В целом все свидание это прошло под негромкие разговоры парней, мимолетные касания и смущенные улыбки. Точнее такой улыбка была только у Антона. Арсений же понимал, что влюблялся в этого юного писателя. А на его запястье еще с прошлого вечера красовалась маленькая ниточка, которую мужчина сегодня упорно прятал под рукавом джинсовой куртки.

***

      Они подошли к подъезду Антона, когда на часах было почти 12 ночи. Они оба были явно счастливы. Арсений держал Шастуна за руку. Он уже давно заметил тонкую полосочку на левом запястье паренька, так как руки Антона все хотели задрать рукава до локтей, а может и выше, поэтому он так пару раз уже успел сделать.       Антон смотрит в эти голубые глаза, при свете фонаря которые приобретают оттенок синего, название которого не знает. И он тонет. Он тонет в этих океанах. Растворяясь в них полностью. Полностью и безвозвратно. И лишь тихое «спасибо» дает Арсению толчок, чтобы прекратить их гляделки и поддаться вперед, накрывая губы юноши своими. Губы, на которых все еще есть привкус вина и винограда. Губы, которые горчат из-за никотина, ведь по дороге обратно Антон выкурил сигарету.       И потом Попов покажет ему еще сотню, тысячи настоящих свиданий. И описания романтических отношений и взаимодействия героев в книгах Антона Шастуна станут намного лучше. Но это все потом. А сейчас они наслаждаются моментом и опьяняющим, хуже вина, поцелуем. Потому что Антон влюбился за один вечер, тем самым находя то, что он долго искал. А Арсений влюбился в этого парня еще с первого взгляда. Еще в их первую встречу. Он понял где-то глубоко внутри себя, что он заблудился в этих зеленых глазах, и путь назад он уже, скорее всего, не найдет.