One step

      Мы вошли в мою квартиру. Закрыв входную дверь, я разулась и ушла к себе в комнату, чтобы переодеться. Мира же пошла в ванную, куда после я принесла ей сменную одежду. Я потопала на кухню, поставила на плиту чайник и, полазив по всем полкам, откопала хоть какие-то сладости: пару карамельных конфет и овсяное печенье. Наконец, закончив все дела, в кухню вошла сестра, уже с заплетенным конским хвостом и в простой домашней одежде. Она села за небольшой круглый столик в углу комнаты и, опершись головой о ладонь, наблюдала, как я мечусь туда-сюда. — Мы так выросли… — добавила она с улыбкой на лице, в которой чувствовалась доля грусти. — Да, — согласилась я. Много времени прошло с нашей последней встречи, давненько мы не виделись.       Из маленьких девочек мы превратились во взрослых, поменялись черты лица и тела, стали выше в росте. Да и характеры тоже поменялись. Каждая из нас пережила трудности и неудачи, маленькие и большие радости. Мы что-то теряли, а что-то получали. Но вот мы встретились спустя 13 лет. Что ждет нас теперь? Этого, увы, никто не знает. Жизнь полна неожиданностей, как приятных, так и не очень.       Закипел чайник, и я налила в две кружки кипяток, где на донышках уже лежали чайные листья. Поставив чай на стол, я присела напротив сестры и завела разговор: — Когда ты вернулась? — Три недели назад. Я приехала одна. Извини, что не позвонила… Я думала, что ты не захочешь меня видеть после того, как я, не предупредив, уехала… — Дурная голова у тебя. Вот и все… Я тут совсем одна, я только рада была б, если узнала бы, что ты в Корее. — Как это одна? А Чонгук и Тэхен-оппа?        Я сделала глоток и, немного помолчав, продолжила: — Чонгук? Он со мной больше не общается, даже пересекаться не хочет… Я столько лет пыталась выяснить причину такого поведения. Если бы еще Тэхен тогда был здесь, но он, еще когда мы были в школе, уехал с семьёй в Сеул. Я тогда места себе не находила, было ужасно слышать, как он, улыбаясь, говорил нам, стоя с чемоданом в руках: «Прощайте! Еще увидимся!». Я знала, что ему и самому было тяжело, но слезы сдержать не смогла. Это самое ужасное — прощаться с кем-то, кто очень тебе дорог. Тогда я проплакала всю ночь… После еще год мы с Чоном общались, как всегда, но в один момент он просто перестал разговаривать. Просто так! Я никогда не забуду этот момент, когда утром я подбежала к нему в школе, закинула руку на плечо и, крикнув «привет», хотела пойти вместе с ним в кабинет, но он остановился, сбросил мою руку и, даже не взглянув, сказал: «Отстань от меня». Я подбегала к нему снова и снова, но получала все тоже: невнимание и безразличие. Чонгук, которого я знала столько лет, просто испарился, погрузился в учёбу и отдалился от меня. И до сих пор… Даже сейчас я пытаюсь узнать, в чем дело. Но он все такой же… Мне правда очень тяжело! Я не понимаю, что происходит. Почему он так ненавидит меня? Что я такого сделала? Я каждый день думаю об этом, думаю, что это моя вина… Но даже так, я не знаю в чем себя винить… — мокрые капли стали падать на деревянный стол, но мое лицо оставалось все таким же каменным. — Онни… — Мира не знала, что сказать мне, как утешить. Она только дрожащим голосом произнесла это слово. — Но вчера я узнала, что Тэ вернулся в Пусан, — вспомнив это, уже с улыбкой на лице продолжила: — Это было как рассвет после долгой и темной ночи. Ко мне вернулся друг, которого я не видела столько лет. А теперь и ты… Возможно, все станет лучше. Так ведь? — я посмотрела на грустное и ошарашенное лицо сестры. — Ага! — весело произнесла она. — Теперь мы вместе!       Эти слова придали мне сил, этот маленький ангел, что в детстве делал мою жизнь яркой и приятной, наконец вернулся. Сейчас я правда счастлива… Я собрала со стола посуду и поставила в раковину, но вдруг меня осенило: — Мира! А ты живешь-то где? — Ну, я, как бы, в отеле… — О, так переезжай ко мне сюда! Вдвоём веселее что ли. — Правда? Ура! Онни, я тебя люблю! — эта девчонка повисла на мне от радости, как обезьяна на дереве. — Я помою посуду! — Ладно, — засмеялась я и пошла убираться в зале. — Позвони в отель, чтобы привезли твои вещи. — Угу…       Закончив с уборкой, я села за компьютер, чтобы найти работу. В комнату вошла Мира, по пути разглядывая все вокруг. Она остановилась у навесной полки, разглядывая фото. — Онни, а это кто? Что-то я его не припоминаю, но, кажется, я его где-то видела… Я встала и подошла ближе к сестре, взяла в руки фото и ответила: — Это Мин. Мы подружились с ним, когда перешли в старшую школу. — А где он сейчас? — Ох, не знаю. Он в выпускном классе связался с дурной компанией богатеньких. Он и сам был из самодостаточной семьи… Но его родителей я никогда не видела, да и дома у него мы не были. Он очень изменился из-за своего окружения, порой даже и над нами мог поиздеваться… Вот же ребенок! Но они не шутили, порой делали весьма ужасные вещи. Но он все же мой друг. Я до сих пор храню тот брелок, что он подарил каждому из нас. — У, вот оно что. Вы четверо похоже действительно были хорошими друзьями, я даже завидую… — Нечему тут завидовать, Мира. Посмотри, что в итоге. Мы не общаемся. Когда-то вместе сходили с ума, резвились на пляже, толкая друг друга в воду. Бегали по улицам, рассказывали друг другу секреты. Вместе проводили дни и ночи, вместе завтракали и ужинали. Спорили и смеялись, но никогда не ссорились. Мы поддерживали друг друга, но в один момент все начало уходить. Мы расстались, перестали общаться… Это тяжелое время. — Уже поздно, давай ложиться. Принеси подушки из спальни, расстелимся здесь. — Угу. — Ты завтра свободна? — Не-а, работа… — Даже у тебя она есть… — посмеявшись сказала я, которую уволили утром.       «Надеюсь, все наладится» — подумала я про себя перед сном, смотря в темное окно, и закрыла глаза.