Бухали вчера, а переспали сегодня

Сказать, что Адам офигел от подобного заявления — ничего не сказать. Где-то с минуту он стоял и смотрел в точку перед собой, переваривая услышанное. Том вот так просто взял и спросил о возможности переспать с ним? Подняв округленные глаза на, кажется, бывшего натурала, который смотрел на Адама с хищным оскалом, парень сглотнул от перспективы переспать с ним. Ведь сам-то Адам был не против, но сомневался, что его оппонент говорит это на полном серьезе. — Ты… реально хочешь эт… — договорить Адам не смог из-за писклявого голоса, который того и гляди готов был пропасть. Поэтому пришлось прочистить горло, чтоб продолжил уже более вменяемым голосом: — То есть вчера, когда мы были пьяны, ты мне грозился врезать, а сейчас ты не против, чтобы я тебе в этом помог? — говоря последнее, Адам закрыл глаза, стараясь не смотреть на эту улыбку, от которой колени предательски подрагивали, а по телу бегали мурашки. Наблюдать за подобной реакцией было очень забавно. И Том только убедился, что Адам вполне добрый и безобидный… гей. Так что ему, сильному натуралу, и переживать-то особо нечего. — Да ладно тебе, не парься. Пошли завтракать, а то я жрать хочу, — с усмешкой отозвался Том, по-дружески приобняв за плечо. Адам молча поплелся за парнем на кухню, где их ждал остывший омлет. Он даже толком не слышал радостный вопль Тома по поводу уже накрытого стола. Выпив залпом полчашки уже остывшего кофе, Адам поморщился. Он не решался начинать разговор, лишь косо смотрел на парня, не переставая думать о том, что произошло две минуты назад. Усевшись за стол, Том активно уплетал еду, даже не обращая внимания на свой вид. Конечно, может быть из-за того, что ему сильно хотелось есть, но он уже абсолютно не чувствовал себя смущенным оттого, что до сих пор находился в одних боксерках. Лишь приметив, что, усевшись за стол, Адам завис, ковыряясь вилкой в омлете, Том нахмурился. И, прожевав, поинтересовался: — Адам, ты чего? — Мм? — парень поднял на него взгляд, но по внешнему виду Тома было сложно понять, вернулся он в реальность или нет. — Тебе чай или кофе? — спросил Адам, оставив вилку на тарелке и поднимаясь из-за стола. — Кофе, — кивнул Том, все же оно помогало ему быстрее проснуться. Даже несмотря на то, что он вроде бы уже был бодр. Включив чайник, Адам встал напротив него и уперся руками в столешницу, оставаясь стоять спиной к гостю. В голову лезли не очень правильные образы и перспективы с Томом в главной роли, но Адам не мог это контролировать. Он молчал. Это, наверное, первое, что бросалось в глаза. И, приметив такое странное поведение, Том нахмурился, ведь было прекрасно видно, что хозяин квартиры напряжен. — Что-то случилось? — все же решил уточнить Том, откладывая приборы в сторону. И, наклонив голову, стал наблюдать за парнем, пытаясь понять, в чем дело. В голове Адама шла ожесточенная война двух сторон, его раздирали противоречивые чувства. Он мог пойти на поводу у животных инстинктов, как велела левая. Но мог так и стоять, продолжая скрывать свой нехилый стояк, чего просила правая сторона. И главное слово здесь «мог». Дальнейший поворот событий сейчас зависел только от него самого. И реакции Тома. Первые десять секунд лидерство держала правая сторона. Но чёрт, который сидел на левом плече, уступать не собирался, посылая в мозг все более откровенные картинки, от которых Адам разомкнул губы, тяжко выдыхая. Это стало последним ударом. Том озадаченно, если не сказать встревоженно, смотрел, как медленно Адам разворачивается к нему лицом. Он не понимал, что вдруг случилось, ведь они вполне мило беседовали до этого. Пока, кажется, не заметил причину, по которой парень так себя ведет. Вместо того чтобы скрывать эрекцию, боксерки (единственный элемент одежды, что был на Адаме) подчеркивали его возбужденное состояние. Отчего Том, морально не готовый увидеть чужую эрекцию, моментально вскочил на ноги. В нелепой попытке увеличить дистанцию между ними, он сделал шаг назад и неожиданно упёрся в стенку. Мысли начали слетаться в какую-то кучу, создавая в голове беспорядок. Ведь он не хотел быть оттраханным! Но он слишком поздно осознал, что, видимо, слишком раздразнил парня. И стоило Адаму уверенно и целенаправленно направиться к нему, как Том тут же защебетал, выставляя руку вперед: — Адам, у меня нет подобного опыта! Я же не гей. Нет, я не боюсь геев, мы же это вчера выяснили, но… — Просто замолчи, — с придыханием ответил Адам, отведя в сторону руку Тома. И пока тот не врезал ему, Адам впился в столь желанные губы, отчаянно врываясь в его рот языком. Прикрыв глаза от страха и наслаждения, он положил свои руки на бока Тома, стараясь оказаться как можно ближе. Адама не очень напрягал тот факт, что у Тома это вроде как первый раз. И что в этот раз они трезвы, и даже при свете дня. Сейчас было вообще не до этого. Том пару секунд стоял истуканом, пытаясь оценить ситуацию. Он явно не ожидал, что его шутка так необычно закончится. Сердце бешено барабанило о грудную клетку, оставляя неприятное ощущение нехватки воздуха. И виной тому был не столько страх, сколько своеобразная паника. — Ты давно проверялся? — спросил Адам. Том начал что-то мямлить, вспоминая, что у него никогда в этом плане проблем-то и не было, как вдруг Адам вновь протолкнул в его рот язык, уже совсем по-хозяйски руководя процессом и стараясь не обращать внимания на отсутствие ответа. Начиная невинно, но в то же время ощутимо оглаживать тело Тома, Адам совсем уже недвусмысленно уперся своей эрекцией в его пах, заставив того действительно испугаться за свою задницу. Из-за чего, собственно, и был разорван с рыком поцелуй. Адам сделал короткий вздох, опасаясь получить в морду. Но каково же было его удивление, когда Том перехватил его руки и поменялся с ним местами, грубо впечатывая спиной в стенку. — По-моему, это как-то неправильно, — предательски хриплым голосом проговорил Том. Чуть отстранившись, чтобы не так ярко чувствовать возбуждение Адама, он прошелся взглядом по его телу и неуверенно взялся за резинку нижнего белья парня, морально не решаясь пойти дальше. — Неправильно то, что мы оба парни, или то, что мы трезвые и находимся на кухне? — глухо усмехнулся Адам, открывая глаза. — Боюсь, что все пункты сразу. А ты уверен?.. — договаривать Том не стал. Не хотелось выглядеть тем кретином, который сам вначале предлагает, а потом прячется в кусты, когда дело доходит до этого. Адам расслабил руку над головой, которую Том так удачно туда прижал, и прикусил губу, приметив, где вторая рука парня. От подобной близости грудь Адама сильно поднималась, когда он пытался набрать в легкие как можно больше воздуха. Возбуждение и желание были такой силы, что Адам рефлекторно дернул бедрами вперед, сильно выгибаясь в спине. С его губ тут же сорвался слабый стон, когда его уже немаленькая эрекция соприкоснулась с плотью другого, а рука Тома едва ли не приспустила белье, оголяя плоть, что оказало еще больший эффект. Подобное вызвало в сердце Тома некий отклик. Это выглядело весьма сексуально, учитывая то, что его партнер парень. Но чёрт, в этом-то и была проблема! — У тебя же, наверное, давно никого не было, а такой неумеха, как я, неудачная кандидатура?.. — Ты сейчас так договоришься, что снизу окажешься, и мое долгое воздержание отправится прямо к тебе в задницу, — прорычал Адам и резко высвободил руку, тут же обхватывая Тома за шею и вновь соединяя их губы. Он не мог сейчас просто взять и все бросить, отделавшись холодным душем. Если Том нормально относится к голубому сообществу, то его реакция Адаму была непонятна. Это можно считать обычным сексом с девушкой, просто голос грубее и ухватиться не за что. Адам не понимал этого, возможно, потому что он родился таким. Ему никогда не нравились девушки. Том выпал в осадок от перспективы быть снизу. Вот на это он точно не согласен. Он вообще никогда себе не представлял, что будет задумываться о своей позиции в сексе. Но стоило ему осознать, что Адам добровольно оставляет ему активную позицию, при этом продолжая прижиматься к нему таким неслабым стояком, Том отстранился и с удивлением прошептал: — Так ты хочешь, чтобы я тебе вставил? Но ему было сложно понять подобное. Ведь сам Том не мог похвастаться таким возбуждением, потому как был слишком напряжен. Даже учитывая то, что они уже разобрались в позициях. — Недавно ты сам этого хотел, — ответил Адам, повиснув на его шее. — А теперь просто заткнись и избавь меня от этого гребаного стояка. Адам пытался игнорировать неуверенность и напряженность Тома, стараясь исправить ситуацию. И настроить его на нужную волну. Он стал усыпать шею Тому невесомыми поцелуями, ласкать его член, через одежду. Собственное тяжелое дыхание и какой-то бессмысленный пошлый шепот вскоре сделали свое дело. Адаму удалось наконец добиться своего. Открывая больше доступа к своей шее, Том тяжело выдохнул, невольно сжимая ягодицы Адама и прикрывая глаза. Забывая напрочь, что хотел сказать. И что это неправильно. — Ты не против засоса? — прошептал Адам, когда добрался до уха. Том слабо кивнул, не открывая глаза. Происходящее начало его постепенно возбуждать. На удивление, он любил ласку, да только вот бывшим девушкам такое не скажешь. И они никогда не стремились его возбудить. — Я даже никогда чужой член в руках не держал, — с усмешкой прошептал Том. Адам расценил подобное как просьбу, желание парня и в то же время некий страх перейти черту. Поэтому, сняв руку Тома со своего зада, он смело переместил на свою эрекцию. — Теперь держишь, — улыбнулся Адам, не отстраняясь от шеи. Но, судя по шумным выдохам, которые Адам ощущал щекой и шеей, Том наконец расслабился. А значит можно быть и посмелее с ним. Когда Том почувствовал рукой плоть Адама, его передернуло; от неожиданности, скорее всего. С интересом он помассировал член через тонкую ткань и… черт, ведь это не должно было вызвать у него эрекцию! Но Тому понравился сам факт, что он может видеть и чувствовать возбуждение партнёра. А не липовую игру партнерши. Да и в конце-то концов! Что он теряет-то? Один раз — не пидорас. — На сухую, наверное, больно? — задумался Том о процессе, оглаживая задницу парня одной рукой и член другой. — Девственнику, да. Мне терпимо. — Адам вспомнил про обещанный засос, выбирая самое видное место. — Но тебе все равно придется идти за презиком в комнату… Том тяжело выдохнул, ощущая, как жжет кожу под губами Адама, который ставил ему засос. Приятное и в то же время горячее ощущение отдавалось в член, затуманивая разум. Сведя брови, Том глухо прорычал, прекрасно понимая, что если он уйдет, то может передумать. И неизвестно потом, когда еще согласится на такую авантюру и согласится ли в принципе. Резким движением Том спустил нижнее белье Адама, который от неожиданности охнул, ощущая непривычную уже свободу плоти. Такой поворот заставил Адама резко напрячься, а его сердце - забиться в еще более бешеном темпе, когда Том развернул его задницей к себе. — Не забеременеешь, — хрипло и явно с усмешкой проговорил Том, стаскивая и с себя нижнее белье. Вдохнув пару раз, Адам опустил голову на руки, которыми он упирался о стену. Непонятная паника охватила тело, и он просто зажмурил глаза, стараясь расслабиться, тихо бормоча: — Аккуратнее, прошу. Я реально давно этого не делал… — Раньше надо было думать, — ответил Том. — Нашел бы себе опытного партнера. Засмотревшись на открывающуюся задницу, Том наклонил голову, мысленно прикидывая, что на сухую у него ни разу не было. И ведь больно будет не только Адаму, но скорее всего и ему. — Что жизнь дает, тем и пользуюсь, — фыркнул Адам. Но, услышав, что дверка холодильника открылась, ошарашенно оглянулся. Том с серьезным и невозмутимым лицом достал подсолнечное масло и вылил, не щадя его, в ладонь. Подобное казалось настолько абсурдным, что Адам еле из себя выдавил: — Что ты делаешь? Но вместо ответа Том поставил обратно бутылку и, закрыв холодильник, начал размазывать масло по своему члену, глядя ему в глаза. И от таких откровенных движений сердце Адама было готово выскочить из груди. Подобное в каком-то смысле его даже смущало, из-за чего он молчаливо отвернулся обратно к стене. — Как ни посмотри, — взялся Том одной рукой за ягодицу, приставляя головку ко входу, — но я плохо себе представляю это «аккуратнее». Том прикусил губу, несильно толкнувшись внутрь, так как все равно боялся причинить боль. И Адам, приготовившийся уже кричать и подумывающий об оттирании алых пятен с пола, лишь шикнул от слабого дискомфорта и напряжения. Ведь у Тома от подобного толчка ничего не получилось. Нервно выдохнув, Том нахмурился, не решаясь повторить попытку. И даже подумывая отступиться. Но Адам, задержав дыхание, подался назад, сопровождая все это тихим стоном. Наблюдая, как парень сам насаживается на его член, Том сглотнул, не в силах отвести взгляд. Медленно... неторопливо... миллиметр за миллиметром его член входил в нутро Адама, что плотно сжимало его внутри. От возбуждающего напряжения все тело покрылось испариной. А Адам все продолжал глухо постанывать, выгибаясь в спине. — Вот что значит «аккуратно», — прохрипел Адам, ухмыляясь. Он чувствовал, что Том боялся даже пошевелиться, но его член продолжал пульсировать внутри него, увеличиваясь в размерах. И это определенно заводило парня. — Знаешь... — хрипло начал Том, ощущая тесноту, которая просто лишала здравомыслия. — Если мы будем повторять это, не уверен, что смогу быть «аккуратным». — Мы еще толком и не начали, а он уже повторить хочет, — улыбнулся Адам, но сразу зажмурился от дискомфорта, — Если ты не начнешь двигаться сейчас, это может плохо кончиться для нас обоих. Адам выгнулся в спине и задрал голову, чтобы видеть лицо Тома. Это движение определенно изменило положение нижней части тела, сужая пространство внутри еще сильнее. И, судя по хрипловатому стону Тома, ему определенно это понравилось. — Я говорю «если», — закатывая глаза от удовольствия, прошептал Том. Но тянуть больше не стал. Тем более раз его так просят. С глухим рыком Том вцепился в бока парню, натягивая его до специфического шлепка, что эхом разлетелся по кухне. От подобного Адам невольно простонал, возвращаясь в исходное положение для своего же удобства, однако устоять на ногах было не так просто. Ведь после пары неторопливых движений боль ушла, позволяя ему расслабиться и с тихими стонами наслаждаться моментом, чувствуя, как неторопливо, по инерции, Том увеличивает темп. По-прежнему делая это несколько мягко и плавно. Словно он занимался сексом с женщиной. Но Том действительно сейчас не видел разницы, будь перед ним девушка или… Адам. Все же, кроме этого парня, было сложно представить кого-то другого. Однако стоило ему переступить с ноги на ногу и толкнуться в очередной раз, как разница оказалась существенной. Громко «мыча» от кайфа, Адам выгнулся до хруста в спине, чувствуя, как Том задел по простате. Едва не растекаясь по стене и сильнее сжимая член внутри, Адам неосознанно, всем своим видом, начал просить еще. Еще этого неземного удовольствия, что волнами проходило по всему его телу. И Том был готов трижды провалиться на месте от собственных мыслей, но он никогда не видел и не слышал чего-то настолько сексуального от девушки. Стиснув зубы, он сделал глубокий вдох, впиваясь в бока Адама до синяков и начиная толкаться под тем же углом, но уже резко и глубоко. Вынуждая парня под собой срываться на очередной стон, который было уже невозможно сдерживать. Нереальное удовольствие затмило абсолютно все. Размашистые, пронизывающие толчки раз за разом выбивали стоны. Не щадя ни себя, ни его, Том остервенело трахал Адама, практически выбивая из него доказательства того, что ему нравится. Безвольное от наслаждения тело Адама постепенно теряло силу. Из-за неудачно скользнувшей по стене руки, парень по инерции впечатался щекой в стенку. Но, кажется, он даже не заметил этого. В отличие от Тома. Недовольно цыкнув, Том резко натянул парня и, перехватив его поперек груди, подтянул к себе. — Еще, — задыхаясь, прошептал Адам. Ему было приятно, что тот заботится о нем, но желание кончить всё же преобладало. Улыбнувшись сквозь стон, Адам выпрямил одну руку, вновь упираясь ей в стену. Желая получить больше удовольствия, он задрал голову, отчаянно выстанывая и хватая воздух ртом. Вторая рука неосознанно впилась в бедро Тома, прижимая его к себе, и наслаждаясь уже тем, что он чувствует тело партнера. Что член Тома еще тверд и все еще трахает его. Повернув голову, Адам терся щекой о губы Тома. Он привык заниматься этим «лицом к лицу», но в этот раз он предоставил партнеру полную свободу действий. Это путешествие Тома по голубому миру, Адам здесь в качестве ключа. И только Тому решать, нравится ему тут или нет. Сбившийся от подобной неожиданной ласки Том с рыком вышел из него. И только Адам успел что-то протестующее простонать, как тут же был разложен спиной на столе. Том на какую-то долю секунды завис. Он не привык видеть перед собой в подобном виде парня. Видеть, что у партнера член с яйцами. — Если что-то упадет, — голос Адама вернул его в реальность, — сам убирать будешь. Том взглянул на тарелки с чашками, что все еще были на столе, и, фыркнув, начал стаскивать боксерки с парня. От подобной прыти Адаму пришлось вцепиться в края стола, чтоб не полететь вниз вместе с боксерками, которые по-простому скинули на пол. Тому стоило только нависнуть над ним, чтоб толкнуться внутрь, как Адам тут же скрестил свои ноги на его бедрах, без стеснения притягивая его за шею к себе и впиваясь в губы пылким поцелуем. Но стоило Тому снова задеть простату, как Адам впился ногтями в его плечи. Стиснув зубы, чтобы не закричать слишком громко, он откинул голову на стол, хрипло выстанывая и елозя под ним. Том даже не представлял, насколько Адаму хорошо под ним. Невольно хотелось доставить ему лишь больше удовольствия и слышать его голос. Поэтому он продолжал вбиваться в парня, тихо шипя, когда тот царапал его. И, к собственному ужасу, Тому это действительно нравилось. Нравилось настолько, что он почувствовал, как приближается к разрядке. Окончательно срываясь, практически не выходя из Адама, он старался как можно глубже оказаться в нем, вбивая свой член до основания и слыша неповторимые стоны. Адам вскрикнул, лишь когда почувствовал внутри прохладную субстанцию. Он всегда предохранялся. Всегда. Поэтому такое он ощущал впервые. Когда толчки стали слабее, Адам обхватил руку Тома, кладя на свой член, и стал двигать ею, надрачивая себе. Ему не нужно было многого. Пара быстрых толчков в их ладони, и Адам прикусил губы, чтобы стон не был таким громким в тишине, в очередной раз выгибаясь в спине. Том как зачарованный смотрел, как Адам кончает, и лишь тогда полностью почувствовал себя… удовлетворенным? — Неопытный он, блин, — отдышавшись, сказал Адам с довольной улыбкой, сплетая их свободные руки в замке. — Ты мой первый парень, — сглотнув, ответил Том. — Но это не значит, что у меня не было женщин. Наклонив голову, он облизал пересохшие губы и, глядя на свой член, начал медленно выходить из Адама. Чувствуя некую гордость за себя, все же, видимо, Адаму понравилось. — А ты мой первый парень, с которым я не предохранялся, — ответил Адам, продолжая лежать с закрытыми глазами. — И ты, черт возьми, даже не представляешь, на сколько это очешуенно. Все еще тяжело дыша, Адам открыл глаза и удивился, приметив, что тарелки не пострадали. Когда Том полностью вышел из него, он поднялся, аккуратно съезжая со стола, и нежно поцеловал парня. — Это благодарность, и ничего более, — с улыбкой прошептал Адам ему в губы и поковылял в сторону ванной. — Секс — лучшее обезболивающее, да? — усмехнулся он, когда дошел до ванной. И, подмигнув, скрылся за дверью.