Cocaine

Сизый дым сигарет плыл по тёмным комнатам, окутывая все вокруг и перемешиваясь с паром так популярного нынче вейпа. Полуобнаженные девушки сидели тут и там — кто-то у бара, разговаривая с клиентами и заливисто хохоча над глупыми, совершенно не смешными шутками, кто-то в отделенной, но всегда открытой комнате, в ожидании клиентов. Молодой Сутенер — эта кличка так приелась за ним, что стала уже именем нарицательным — неспешно спускался по лестнице, выдыхая изо рта клубы пара. От сигарет он сознательно отказался уже давно — слишком вредно. Белая мантия приятно холодила голые руки, пряча их от посторонних глаз, футболка висела мешком, скрывая очень уж худощавое телосложение, чтобы как-то компенсировать его. Юношу всегда бесила собственная худоба, но увы — сделать с ней он ничего не мог. И теперь оделся как можно более закрыто, чтобы предстать перед очередным клиентом. Особо важным в этот раз, между прочим… — Я заебался вам объяснять, что нахуй она мне не нужна. — грохотал где-то внизу хриплый бас того самого «клиента», — У нее, блять, усы, сами-то не видите? И поебать мне, что она у вас лучшая, тут важнее мнение моего хуя, а не ваше. За мужчиной в громоздкой синей шубе, что неторопливо ходил по залу, разглядывая девочек — и не очень — бегал управляющий, предлагая одну девушку за другой и постоянно получая отказ. Сами же девочки то и дело липли к мужчине, который из принципа не мог грубо их оттолкнуть, что безумно печально. Шлюхи заебали. Выдохнув что-то на подобии «Ой, бля», клиент обернулся, встретившись глазами с юношей на лестнице. Мужчина даже спустил на нос черные очки. — Во. Его хочу. Пимп согнулся пополам от смеха, закрывая рот тыльной стороной ладони. Такого с ним еще не случалось никогда, и как на такое реагировать, он вообще не знал. — При всем уважении… — говорить было сложно, смешки сами вырывались изо рта. Даже проститутки сдавленно хихикали — Я всегда знал, что желание клиента — закон, и придерживался этого правила… Но есть проблема. Я сутенер. — Ебать, ржешь как осел, — хохотнул мужчина, придирчиво оглядев юношу и обратно прикрыв глаза очками. Как он умудрялся видеть в полутьме борделя — хуй знает, — Верь или не верь — ваще похуй. Вы, кажется, говорили, что я могу выбрать любого тире любую? Мужчина покосился на замершего в нерешительности управляющего. — Че притих? — Но-о Вы сами понимаете, что… — Нихуя я не понимаю, и чет мне подсказывает, что понимать не хочу. Пацан, ты согласен? — он вновь поднял взгляд к сутенеру. — Только за несколько кило. — усмехнулся Сутенер, положив руки на перила и стараясь не улыбаться слишком широко — Которых у тебя нет. У нас бордель не для пидоров, братан. И я не глиномес. Общение, однако, становилось интересным. Юноша прищуренно рассматривал клиента и оставался доволен: он реально создавал впечатление… необычного человека. Не тупого клоуна, который из жопы вон лезет, чтобы сделать себе не менее тупой образ, а именно на уникальную, интересную, мать ее, личность. Это цепляло. — А, ты про наркоту что ль? — протянул мужчина, тихо посмеиваясь в пышную бороду и усы, — Бля, сразу б так и сказал. Вы их тут ваще не кормите что ль, блять? Клиент со смехом пихнул в бок управляющего, которому, кажется, с каждой минутой становилось все хуевее. — Без базара, парень, устрою. Захочешь — будешь купаться, блять, в ебучем порошке. Не даю гарантию, что это будет именно наркота, а не ссаный Ваниш, но все же. Бедняга сутенер уже бился в истерике. Он не любил смеяться из-за собственного смеха, из-за кривоватых зубов, но сдержаться не мог. — Девочки, сладкие, оставьте нас, пожалуйста, я поговорю с этим… большим боссом. — еле смог выговорить Пимп, спускаясь окончательно и приземляясь в кресло — Таких у нас, блять, точно не было, не, нихуя. Проводя взглядом шлюх и управляющего, он тут же снова заржал, закрывая лицо руками. — Либо ты ебанный предсказатель, либо уже меня знаешь, —мужчина охотно опустился на диван напротив, откинувшись на спинку кресла и перекинув ногу на ногу, — Меня обзывают Биг Рашн Боссом. Можешь обзывать так же. Хватит гоготать, щас сородичи-гуси слетятся, блять. Достав новомодную штуку, которую нынче называли «вейп», Босс сделал несколько затяжек. — Все вейперы — хуесосы, братан. — заявил Сутенер, отсмеявшись — Я могу называть тебя хуесос. Незамедлительно он затянулся из своего вейпа и продолжил: — Нихуя я тебя не знаю. Видать, я сутенер-гипнотизёр. Или хуй знает кто еще, но явно талантливый. Стало быть, реально порошка полно? Да, вижу… — он покосился на корону, инкрустированную драгоценными камнями — дашь поносить? — Не, нихуя, хуесос номер два, — проговорил Босс, параллельно выдыхая пар, — Кокнешь — потом года три жопу ради меня драть будешь. Представить себе не можешь, сколько стоит эта хуйня. Плюнув на салфетку, что была нагло спизжена со стола, мужчина протер камни на короне, почти не глядя. — Кстати о жопе и о драть. — усмехнулся Пимп, закидывая ногу на ногу — Есть две причины тебе отказать. Во-первых, я уже сказал — я в жопу не долблюсь, для этого есть куча заведений по всему Майами. Вот тебя трахнуть — пожалуйста. Во-вторых, я знаю, какую вы способны хуйню творить в порыве оргазма. Если б ты сделал что-то из ряда вон — кинки, БДСМ, попытки стянуть с меня балаклаву — мозги б тебе вышиб на месте. Так что нам с тобой не по пути. А вот за коксом наведываться к тебе я нихуя не против… — Блять, ну и пошел нахуй, — даже как-то обиженно прокашлял Босс, все же давясь паром и откладывая адскую машину вейпа куда подальше — во внутренний карман шубы, — Я сюда за переебоном пришел, а не за новым блять клиентом — таких у меня хоть отбавляй. К тому же, тебе платить -то толком нечем. — Не принижай моего достоинства. — обиженно проговорил сутенер, откидывая мантию и залезая рукой в карман джинс. И так худое тело без мешковатой одежды казалось болезненно тощим. Юноша достал стопку купюр, аккуратно перетянутых бумажной лентой, — У тебя бабла, я думаю, и так хоть отбавляй, но за сто грамм цена стабильная. Почём, между прочим, продаёшь? — Не позорься, убери салфеточки, — махнул рукой мужчина, рассмеявшись, — Для тебя, принцесса, всё бесплатно. И Босс, недолго шаря по карманам шубы, которых оказалось совсем не мало, вытащил пакетик с белым порошком, протянув его юноше. — Для начала все бесплатно. — поправил Босс, усмехнувшись, — За следующую порцию не ручаюсь. Там где-то моя карточка, вроде, блять, была. Да-да, в порошке, чо ты лупишься? Найдешь там адрес. — Подсаживаешь, зараза? — ухмыльнулся парень, принимая пакетик и осторожно рассматривая — Не получится, иммунитет, только балуюсь. Бизнес ради твоего ваниша не продам. И, надеюсь, потом меня в канаве с простреленой башкой не найдут. А то знаю я вас, наркобаронов… — Бля, нахуй иди, знает он нас. Босс поднялся и поправил корону, тяжело вздыхая. Впервые он собирался покинуть бордель буквально ни с чем. — Пошел я отсюда, — фыркнул он, потягиваясь, — Надумаешь какую-то херню — приезжай по адресу, приму по-королевски. Зовут-то тебя как, принцесса? — Сутенер я и есть Сутенер. — протянул юноша, выдыхая пары электронки — Некоторые добавляют «молодой». Особо умные называют Пимп. Как тебе нравится. Но точно не принцесса, за такое я тебе и по щам прописать могу. И да, обязательно заеду. — Значит, ебанный Пимп. Понял. — усмехнулся Босс — Назовешься охране — тебя пропустят. Бывай, принцесса. И Большой босс покинул небольшую задымленную комнату, направляясь к выходу по длинному коридору, где на него тут же налетел тот же самый доебистый управляющий. — Блять, да иди ты нахуй со своей усатой шлюхой! — были последние слова, прогремевшие уже за дверью борделя.