Господин учитель, не распускайте руки

Я хожу из комнаты в комнату, периодически открываю входную дверь и смотрю вдаль. Где он? Он уже как два часа должен быть дома. Чувство беспокойства не оставляло меня, оно с каждым разом пробиралось наружу с большей силой. Я уже столько себе передумала. Убили, сбила машина, похитили. Я прямо как отец, который сдувает пылинки со своей дочки. Позвонить боюсь, да и его номер не знаю. Присела на край дивана и стала перебирать. Волнуюсь очень сильно. Где же его носит? Я уже не хочу с ним разговаривать, я просто хочу его видеть. - Ну, наконец-то! – я с улыбкой светящейся на лице, подбежала к двери, в которую настойчиво стучали. Звонок, что ли не по глазам?! - Какой ты быстр… Голос пропал, а огонь счастья в глазах погас. Лен был в стельку пьян, а с ним была девушка, которая буквально вешалась на него. В одной руке он держал бутылку пива, а второй обнимал её за талию, все крепче и крепче, так же сжималось и мое сердце. - Микуо и Рин не слова, тсс, - он даже не посмотрел мне в глаза. Прошел мимо, потрепав мои волосы на макушке. - Козел! - залилась краской, а на глаза накатили слезы. Он даже не обратил внимания. Просто открыл дверь в одну из комнат и прямо на глазах с неудержимой похотью поцеловал эту девку. Захотелось содрать с себя кожу, чтобы затмить душевную боль физической; поцарапать себе лицо, чтобы больше не чувствовать слез и переломать руки, чтобы… да просто. Он толкнул эту вдаль комнаты и перевел взгляд на меня, но не повернул голову. Я сидела на полу и убирала только недавно появившиеся слезы с лица. Он улыбнулся, как будто добился своего и закрыл дверь за собой. А я так и осталась сидеть. За дверью сначала был смех, но потом последовал стон девушки и сдавленные её крики. Меня мутило. Открыла рот и пыталась набрать как можно больше воздуха в легкие, но слезы не позволяли. Меня начало колотить. Хотелось кричать, но почему-то не могла. На душе паршиво, он плюнул в неё, словно в корзину с мусором. Стоны с каждой секундой становились все громче и громче, а воздуха все меньше и меньше. Казалось, что меня окутала темнота. И медленно она стала заполнять мое сердце, постепенно делая из него камень, который легко сломать. Черный уголь. Стоит только приложить усилий, и меня больше нет. Только тело, которое будет шататься по дому, улице, городу и миру. Больше не в силах оставаться и слушать её крики, я выбежала на улицу и вздохнула. Голос появился, и я завыла, как голодный волк на луну. Но её не было. Как больше и мира. Он его растоптал. - Мику? – знакомый голос раздался позади меня. - Неро! – я бросилась ему на шею. Как раз его я и не хотела сейчас видеть, но мне плохо, мне нужен хоть кто-то. - Ну-ну, тише. Успокойся, что случилось? – у него сейчас такие добрые и мягкие глаза. - Неро! – я не могла сказать ни слова, кроме его имени. - Понял, просто сейчас поплачь, - он накрыл мои плечи своим свитером и крепко обнял. Неро всегда знал, что мне нужно. А я так поступила с ним. Он дышал мне прямо в волосы, а руки бережно и нежно, с опаской, сжимались у меня на талии. Я вспомнила, как Лен прижимал к себе эту девку. И оттолкнула Неро, громко крикнув: нет. Я понимала, что сейчас это было глупо, но любые объятия мне противны. Крутило где-то под грудью. Глубоко в животе. Словно монстр, затаившийся там, вот-вот вырвется. - Мику, что случилось? Скажи, - я отрицательно помотала головой и, как ни в чем не бывало, улыбнулась, но я не предала значения тому, что по щекам все ещё текли слезы. – Я же вижу, что тебе плохо. Это из-за Кагамине? Этого учителя? Я подняла на него беспокойный взгляд. Он прав. Опять прав. - Ну почему ты выбрала его? Почему он забирает у меня дорогих мне людей? – он тряс меня за плечи. Боль, которая недавно разрасталась во мне, сменилась интересом, а точнее её малая часть. - Ты о чем? - Он тебе не рассказал? – ухмыльнулся Неро, как будто ощутил победу над физиком. – Конечно, он явно тебе не рассказал, что убил мою сестру. Эта новость заставила меня впасть в ступор. «Лен – убийца! Такого не может быть, я не верю! Я отказываюсь верить! Нет, нет, нет!» Упала на колени. Сколько же я ещё раз упаду? Каким же будет третий удар? - Три года назад погибла моя сестра, Акира Неру, - это та, о которой говорила Рин. – Она ехала на машине к этому учителю и разбилась. А все потому, что он позвал её в тот вечер на другой конец города, а у неё тогда была температура под сорок. Я его ненавижу. Я никогда не прощу его за это. А если он заберет и тебя, то я убью его! – он обнял меня так сильно, что я почувствовала, как сходятся лопатки. - Неро, вот, забери, - я протянула ему свитер. – А сейчас оставь меня одну, я вернусь домой и подумаю, пожалуйста. - Хорошо, раз ты так просишь, - он понял меня и это радовало. *** Заперлась в комнате. В доме уже не было тех стонов и криков, только их смех, который оставлял большую дыру глубоко в сердце. Акира Неру. Так вот в кого был влюблен Лен. Нет, не так, он до сих пор любит её. Она сестра Неро, а учитель любит её, а я люблю его, но недавно еще думала, что любила Неро. О Боже, как все запутано! Голова просто разрывается. Я не знаю, что делать. Забыть. Вот что твердит мне внутренний голос. Но что? Или кого? Не понятно. Весь мир я уже перестала понимать. «Физика – наука понимать природу. Кто это сказал? Не помню, но он прав». Уснула. Я перестала видеть сны. А это печально. Нет даже кошмаров. Значит, я ничего не хочу запомнить? А может быть это и к лучшему? Проснулась от того, что захотела пить. На часах уже полпервого дня. Повезло, что сегодня выходной. Зашла на кухню. Налила себе стакан холодной воды. И выпила залпом. - Вроде бы пил вчера я, а сушняк мучает тебя, - за столом удобно расположившись, восседал Лен, потягивая воду, по-видимому, с аспирином. - Мм, мы заговорили? Что это так? – я налила себе еще один стакан. - Брось ты. Ведь ты взрослая и должна была понять, что мне надо было подумать, - чувствую спиной, что сейчас он улыбается. Блин, как хочется посмотреть, но нет, я глотаю воду. - Я слышала, как ты вчера вечером заставлял думать ту девчонку, - переходим на щекотливые темы. - Пф, я тоже взрослый, и это моя биологическая особенность. Мне нужно было. - Забей, - я, так и не посмотрев на него, направилась вон из кухни, но помешала его рука, обхватившая мое запястье. – Что? - Прости меня, но ты ведь сама понимаешь. Я учитель, ты ученица, нам нельзя. - Дело ведь не в этом? – голос начинает дрожать. – Расскажи мне, что тебе тогда наговорил Неро. Я знаю о Неру, - я села напротив него, сложив руку перед собой и внимательно уставившись ему в глаза. Они сейчас такие бледные и потерянные. - Раз так, врать уже бесполезно, да и незачем… Неру… Она была для меня всем. Тебя, конечно же, интересует, как она погибла. В тот вечер, три года назад, я пригласил её на свидание. Я хотел устроить пикник на берегу. Все сам приготовил, свечи, вино, все в порядке. Уже темнело. Неру не отвечала на мои звонки, что странно, ведь телефон всегда был с ней, - на этом моменте, на его помятом лице появилось подобие улыбки. – Я уже не выдержал и позвонил её близкой подруге, она-то и сообщила, что Неру погибла. Можно я не буду описывать те чувства, которые я тогда испытывал? – я кивнула в ответ. – Уже на кладбище я встретился со всей семьёй Акита. Её младший брат, Неро, только окончив среднюю школу, стоял и плакал, проклиная меня. Её родители, в отличие от него, не ненавидели меня, они тихо плакали вместе со мной. От них я позже узнал, что Неру сильно болела, но, несмотря на их уговоры остаться в тот день дома, она помчалась ко мне. Она всегда молчала о своем здоровье. Я ничего не знал. Я виноват, - он закрыл лицо руками. - Тут никто не виноват. Ни родители, которые не смогли отговорить ее ехать к тебе, ни ты, кто позвал её на свидание, не зная о её болезни. Она сама приняла решение и отправилась к тебе, даже несмотря на болезнь, значит, она тебя очень сильно любила, - я взяла его за руку и сжала в своих. Надеюсь, он меня услышит. - Когда возле дома я увидел Неро, я испугался. Он кричал на меня, а я не мог и пошевелиться. Вспомнил Неру. Он в криках рассказал, как он связан с тобой и что больше не отдаст мне ничего. - Я ему отказала в тоже вечер, когда ждала тебя дома. В тот вечер, когда ты меня поцеловал… - Прости, - он убрал руку и встал с места, развернувшись спиной, добавил: - Но я учитель, а ты ученица, нам нельзя. Забудь. Прошу.