Чем милы холодные воды Долгого Озера...

Проснулся Бильбо от назойливых лучей солнечного света, падавших на его лицо и ощущавшихся даже сквозь закрытые веки. Его ресницы дрогнули, и глаза открылись, а яркий, радостный день ослепил его. Смаргивая поплывшие перед глазами блики и цветные пятна, хоббит достаточно четко увидел прямо возле кровати такое знакомое лицо. - Торин… - позвал полурослик, удивившись тому, как слабо и с какой хрипотцой прозвучал его голос, впервые за все это время. - Да, это я, мой дорогой взломщик, – тихо отозвался гном, - Как ты себя чувствуешь? - Нормально… - пробормотал он дежурный и такой безликий ответ, и только после этого сконцентрировал внимание на своих ощущениях. Его болезнь отступила, как ночной кошмар. Хоббиту показалось, что никогда еще его зрение не было таким острым, а слух – таким чутким, как сегодня. Он восхищался на удивление ясным осенним днем и с радостью заново привыкал к щебету птиц и плеску воды за окном. Бильбо сел в постели и почувствовал легкое головокружение. Он был все еще слаб, но тело его слушалось, ничего не болело и дышалось так легко и свободно. Набрать воздух полной грудью теперь было так же приятно, как с облегчением снять тесные башмаки в конце рабочего дня… Правда, подобная аналогия хоббитам незнакома – они ведь не носят обуви. - А… Можно мне воды, или чего-нибудь попить? А то в горле пересохло… - попросил полурослик, и Торин тут же подал ему предусмотрительно оставленную на столе чашку. - Вот, так теперь совсем хорошо, - заметил Бэггинс, залпом выпив воду и прокашлявшись, восстанавливая свой привычный голос. - Правда, мне уже намного лучше, – улыбнулся он. - Я, кажется, очень долго спал… И мне снились страшные сны… Страшные и странные… - Да, у тебя был сильный жар, ты бредил. Мы все очень беспокоились за тебя – гномам-то простуда нипочем, и мы не думали, что она может обернуться такими серьезными последствиями для маленького полурослика… - Послушай, Торин, а кто был со мной все это время? Я, конечно, мало что помню… Но за мной ведь кто-то ухаживал? - Разумеется, – кивнул Торин. - Мы все тебя навещали… Но практически все время за тобой смотрела мисс Ветла Озерная. Да-да… - добавил он заметив изменившееся выражение лица хоббита. - Та самая твоя знакомая. Я приказал привести из города знахаря, врача, или еще кого, к кому в подобных случаях обращаются люди… И пришла одна она. Дескать, ее покойная матушка была здесь известной целительницей и пользовалась большим уважением в городе, а дочка переняла ее ремесло… Я сам изначально был против. Она – не ее мать, а я не склонен был поверить на слово человеку, который ничем не может подтвердить свою репутацию и профессионализм. К тому же, эта Ветла так юна, что я видел в ней всего лишь несмышленого ребенка. И как я мог доверить такому человеку жизнь своего друга?.. Я сомневался, что она будет отдавать себе полный отчет в своих действиях… Но Балин убедил меня дать девочке шанс, тем более, как он заметил, лучше будет, если рядом с тобой будет находиться кто-то знакомый… Хуже она все равно не сделает, говорил он, а лучше – может быть. А я боялся, как бы девица тебе не навредила… Но зря боялся. Она в своих маленьких ручках достойно вынесла доверенную ей ответственность… - Вот это да… - удивленно выдохнул Бильбо. Каким-то уголком души он чувствовал присутствие девушки, и знакомый голос, и светлые волосы, мелькавшие в поле зрения… Но тогда все это казалось лихорадочным бредом и плодом больной фантазии, а теперь оказалось реальностью. - Неужели это именно она все это время возилась с моими соплями и галлюцинациями… А где она сейчас? - Оин заставил ее хоть немного поспать. Она так толком и не отдыхала, пока ты был совсем плох, но когда тебе стало заметно лучше и опасность явно миновала, он отправил ее спать. Оин сказал, что пусть у человеческих женщин рот может не закрываться, но глаза они для отдыха смыкать должны хоть иногда… - Как жалко, что я ее не застал! – с досадой воскликнул хоббит, прерывая спокойную речь Торина. - Она такая хорошая, славная, милая девушка… Она же меня фактически спасла, пусть не от троллей, или пауков, но от этого ее поступок не становится менее достойным. А сейчас я даже отблагодарить ее как следует не смогу… Нехорошо как-то получается… - Отчего это не сможешь? – знакомый голос вдруг раздался так близко, что полурослик от неожиданности подскочил на кровати. А из-за спинки его кровати показалась светловолосая голова, а затем выпрямилась и потянулась мисс Ветла, собственной персоной. Да она никуда отсюда не уходила, а спала прямо здесь, где ей постелили, прямо у постели больного… - Давай, Бильбо, говори, что ты там хотел… Я все равно очень чутко сплю, особенно когда меня хвалят. - Да, Бильбо, - едва заметно улыбнулся Торин. - Я сказал, что Оин отправил ее спать, но не говорил, что ему удалось выгнать ее отсюда. Она ни на шаг от тебя не отходила. Если бы ты меня не перебил, то сам бы об этом знал… - Простите, Торин Дубощит, что я не в том виде, в котором подобает представать перед королем, - зевнула девушка. - Но если вы думали, что разговаривали тихо, то ваш шепот меня разбудил с первых же слов. Выглядела Ветла и правда не ахти как. Волосы у нее растрепались, на правой щеке отпечаталась подушка, румянец с лица сошел, а под глазами, которые до сих пор слипались, виднелись синяки от капитального недосыпа. Именно так, подумал Бильбо, наверное, должен выглядеть эльф с большого перепою… Но тут же осекся на этой мысли. Как можно, пусть и в мыслях, так посмеиваться над человеком, который не по собственной воле, а ради тебя же лишил себя возможности нормально выспаться, умыться и причесаться. - И вы меня тогда простите, мисс Ветла, - гном чинно поклонился. - В каком бы виде вы ни предстали сейчас передо мной, вы сослужили хорошую службу, и мы никогда не забудем этот поступок. Вы заслужили наше доверие и можете рассчитывать на нашу благодарность. Как только мне представится такая возможность, я щедро заплачу вам за услуги. - Заплатите? Постойте, вы имеете в виду деньги, или я спросонья плохо соображаю? Если я права, то в такой благодарности я не нуждаюсь, спасибо. Неужели вы думаете, что я просто наемный лекарь, который пришел к вам ради денег… Нет… И, раз уж на то пошло, то послужила я вовсе не вам, а мистеру Бэггинсу. Я ни в коем случае не пренебрегаю вашей благодарностью, Торин, сын Траина, но, поверьте, для простого человека вроде меня добрые слова, искренне высказанные от чистого сердца, будут лучшей наградой, чем щедро посуленное золото. Торин сперва было нахмурился, но, когда он дослушал сперва всего лишь резкую, а под конец даже мудрую речь Виллоу, его лицо прояснилось. - Ваши бы слова, да в уши вашему градоправителю, – скептично заметил он. - Попробовал бы я ему за его гостеприимство предложить в награду слова королевской благодарности… Тут всеми позабытый взломщик негромко кашлянул, привлекая к себе внимание. - Ветла… Я думаю, ты уже слышала все, что я хотел сказать, когда думал, что ты уже ушла, и мне нет смысла повторяться. Когда тебя хвалят за твоей спиной, это даже честнее, чем в лицо, получается… Так что можешь быть уверена, что я не лгу. Спасибо тебе огромное. - Вот видите? – целительница обернулась к Торину. - За такое «спасибо» я и работаю… - она подошла к постели Бэггинса и взяла его за руку. - Благодарность, она тоже может быть фальшивой, как монета. И распознать подмену в ней порой бывает даже сложнее, чем в золоте… Но когда она искренняя – она бесценна. Она искупает любые труды, и после тяжелой, кропотливой работы получить ее так же желанно, как глоток воды в жаркой пустоши. - Кстати, о воде… - робко напомнил хоббит, чувствуя, что не совсем к месту перебивает такую красивую речь. - А можно мне еще глотнуть водички?.. В этой простой просьбе ему, конечно, никто не отказал. А когда полурослик как раз допивал свою вторую чашку, в комнату вошел Оин. - О, мистер Оин! – Виллоу широко улыбнулась. - Вот кого тебе еще нужно не забыть поблагодарить, Бильбо. Без его помощи и мудрых советов одна бы я не справилась… Пожилой гном подошел к постели Бильбо и по-отечески заботливым жестом пощупал его лоб. - Вот, совсем другое дело! Как чувствуешь себя, Бильбо? - Спасибо, хорошо, – ответил хоббит, но ему пришлось повторить еще раз, когда Оин повернулся к нему тем ухом, которое лучше слышало. - Хорошо! Большое спасибо! - Не за что, малыш… Мы уж с девочкой тебя на славу подлечили. Лихорадка прошла, жара как не бывало… А как другие симптомы? Кашель? - О, я же совсем позабыла, что Бильбо хоть и выглядит здоровее, да еще не до конца выздоровел, - спохватилась Ветла. - Я сейчас… Не задавая никаких вопросов, она бесцеремонно распахнула на хоббите рубашку и приложила ухо к его груди так, что он даже пикнуть ничего не успел в знак несогласия. - Дыши! – приказала она. - Ой! Ты могла хоть разрешения спросить сначала, хоть для приличия… - смутился полурослик, чувствуя, как краснеет. - А вы, мистер Бэггинс, у меня разрешения спрашивали, прежде чем пироги воровать? – поинтересовалась она, вызвав недоуменные взгляды у Торина и Оина, а затем снова, как ни в чем не бывало, прижалась ухом к хоббиту. - Тем более, чего или кого уж тут стесняться… Я сказала «дыши», а не «болтай». И ему не оставалось ничего иного, кроме как быть послушным хоббитом. - Хорошо, - она одобрительно кивнула, пощекотав его волосами. - А теперь задержи дыхание. Бильбо затаил дыхание и опустил глаза на милую белокурую головку, примостившуюся на его груди. Рука невольно потянулась к ее волосам, пальцы на секунду замерли в воздухе и осторожно достали соломинку, запутавшуюся в светлых прядях. - Слава небесным силам, легкие в полном порядке. Влаги нет, хрипов не слышно… Правда, сердце вот немного частит. Это небольшая проблема. - Ха, немудрено! – вмешался Оин, закуривая трубку. - Да это вообще не проблема. - Нет, это может быть проблемой! - Может. Но не в случае этого молодого человека… - Может, и не может… Но вот что точно не пойдет сейчас на пользу хоббиту – так это ваш табачный дым. Кстати, Бильбо, если ты куришь… Куришь ведь трубку, да?.. Так вот, я и тебе советую воздержаться от этого еще хотя бы на несколько дней. - Хорошо… - кивнул он, начиная застегиваться. - Не спеши одеваться, - приостановила его девица. - Я еще не все осмотрела… Бильбо боязливо оглянулся, и ему стало как-то не по себе от мысли, что же там «еще» Виллоу собирается смотреть, да еще и при гномах… Но ничего ужасного не случилось. Только мягкие, теплые пальцы коснулись его грудины, очертили нижнюю линию ребер, подобрались к области солнечного сплетения и стали аккуратно опускаться ниже, ощупывая его живот вплоть до самого края тазовой кости. - Здесь ничего не беспокоит? А так не больно? – сосредоточенная девушка задавала вопросы, а Оин следил за процессом и одобрительно кивал. - Нет… - только и успевал отвечать полурослик. - И так тоже не больно… Только немного щекотно… - А как общие ощущения? Голова не болит, не кружится? Не тошнит? Дышать не тяжело? - Нет-нет, все в порядке… - Бильбо, которого, наконец, оставили в покое, запахнул расстегнутую рубашку и натянул одеяло до самого подбородка. Сложившаяся ситуация казалась ему очень неловкой, и он до сих пор будто ощущал осторожные, но уверенные прикосновения Ветлы… – Только голова, пожалуй, кружится. Особенно когда резко сажусь. А когда лежу – вообще нет никаких неприятных ощущений… - Это нормальное явление, - успокоительно заявила девушка, с оглядкой на Оина, который тоже более чем разделял ее точку зрения. - Организм потратил много сил на борьбу с болезнью, а восстанавливаться они будут постепенно. - Наш Бильбо оказался крепким малым – его такой простудой не одолеешь, - добавил Оин. - Что бы там ни говорили, хоббиты намного выносливей людей. Еще денек-другой, и мистер Бэггинс снова будет радовать нас в добром, как и прежде, здравии. - Мы все этому очень рады, – вставая из кресла в дальнем углу комнаты, вступил в разговор Торин, до этого молча наблюдавший за происходящим. - А сейчас, наверное, следует дать полурослику тот самый покой, необходимый ему для восстановления сил. Оин, друг мой, я предлагаю теперь спуститься вниз, к остальным, а Бильбо мы оставляем в надежных руках. Когда гномы вышли, Бильбо и Ветла обменялись многозначительными взглядами. У них было немало того, что они хотели бы высказать друг другу с глазу на глаз, но они не успели толком перекинуться и парой слов. Из-за двери послышался дружный топот и обрывок диалога. - …Можно? - Можно, только недолго. И в комнату дружно ворвались Кили и Фили. - Бильбо, дружище, ну и здорово же ты нас напугал! – они без спросу подскочили к его кровати, запрыгнули на нее с двух боков и стали тормошить полурослика, дружески похлопывать его по плечу и всячески дергать. Не сказать, что хоббиту это особенно понравилось, но само внимание друзей было очень даже приятным, а то, каким способом оно выражается – дело второстепенное. А Ветла, тем временем, скромно отошла к стенке, почувствовав себя уже чуточку лишней. Когда общаются друзья, которых связывает немало лиг пути, трудности и опасности, пройденные вместе, тут немудрено почувствовать себя пятым колесом. - Как же мы все за тебя беспокоились, – тараторили гномы. - Тебе было совсем худо, в какой-то момент мы даже испугались, что ты… - Но мы знали, что ты обязательно выкарабкаешься! - Если ты не по зубам троллям, гоблинам и оркам, то какой-то насморк тебе вообще должен быть нипочем, иначе совсем несправедливо как-то получится… - Мы все время рвались к тебе, честное слово, но Торин не пустил. Мол, пользы от нас никакой не будет, одна помеха… Но мы держали за тебя кулаки. - За тебя, и за мисс Виллоу. Оба гнома, дружно обернулись к скромно теснившейся в сторонке девице, а Фили тут же встал и потащил ее за руку к брату и к хоббиту. Чуть-чуть он переборщил с настойчивостью, зато от души. - А чего это вы так зажались, прямо как чужой человек? - Я… Просто… - Нет, что вы, милая девушка, вы здесь совсем не просто! Не скромничайте так… - Ой, да она еще и скромница! Бильбо, тебе очень повезло с подругой. - Что бы мы делали без нашего Взломщика в отряде… А что бы наш Взломщик делал без вас… - Вы его так хорошо вылечили, я бы даже сказал, мастерски починили… - Слава Ветле Озерной, лучшей исцелительнице хоббитов! Ура! – и гномы провозгласили девушке троекратное ура, разве что на руках не покачали. А они могли, только если бы Виллоу сама не вела так сдержанно. - Всегда к вашим услугам и к услугам вашего рода, – добавили они традиционную гномью любезность и поклонились. - Фили, Кили, спасибо вам, конечно, за такие хвалебные слова. Мне очень приятно… Но я не вполне уверена, что все это сейчас заслужила. - Все это? Да… Вы заслуживаете большего. Торин хотел дать вам денег… Денег у нас пока нет. Но вы же не откажетесь принять от нас маленький подарок в знак признательности? Виллоу попыталась снова заикнуться о том, что ей ничего особенного не нужно… Но маленький подарок от молодых гномов – это не обещанное в перспективном будущем золото Подгорного Короля, а действительно простой сувенир, который и не принять-то будет невежливо. Девушка только рот разинула от изумления, когда Фили протянул ей на широкой ладони маленькую розу. Но не настоящую, а металлическую, с двумя крохотными листочками и свернутыми в полураспустившийся бутон серебряными лепестками. - Она… Просто прекрасна, – только и смогла произнести девица. - И вы сами ее сделали?.. - Конечно! Как же иначе. - А из чего, если не секрет? - Мы не скажем. Это наш маленький секрет. Вы никогда не догадаетесь, из чего она сделана… если только в этом доме никто не хватится пропажи двух серебряных ложек. - Мы простые гномы, и благодарность у нас простая, материальная, уж не обессудьте, - добавил Фили. - Хотя мы слышали достоверную информацию, что людским женщинам обычно нравятся красивые драгоценные безделушки. А еще им должны нравиться всякие романтические штуки… Но это уже по части Бильбо у нас. Он вам еще непременно будет рассказывать всякие глупости про звезды и кексы с тмином… Может, еще даже стихи почитает. И они еще недолго, но оживленно пообщались вчетвером об упомянутых и прочих «глупостях», но в основном о радости того, как хорошо, что их общее достояние – дражайший мистер Бильбо Бэггинс, снова цел, жив и почти здоров. - А что это за шум внизу?.. – поинтересовался Бильбо, который только что обратил внимание, что посторонние звуки доносятся не только с улицы, но и с первого этажа. - Пьянка. - Гулянка, – хором ответили гномы-братья. - В честь чего это? – хоббиту стало самую малость обидно, что все сейчас пьют, гуляют и веселятся, а он не может составить им компанию. - Да ничего особенного. С тех пор, как мы сюда въехали, тут каждый день пир горой, так что ты мало что пропустил. Все за счет градоправителя. Вина – хоть залейся, а по пиву можно в лодке плавать. И так день-деньской, еще и горожане подтягиваются, на живого Короля Подгорного поглядеть, но это обычно уже ближе к вечеру. - К вечеру… Кстати! А который сейчас час? А то про время-то я совсем позабыл… - Примерно три часа пополудни. Двадцать второе сентября. - Как?! – последнее известие Бэггинса заметно огорошило. - Вчера, когда я засыпал, было же только девятнадцатое? - Все, вроде бы, верно… Только было это не вчера. Бильбо, ты целых три дня провалялся без сознания, вот так-то. Недоумевающий взгляд полурослика обратился к Ветле Озерной, и она серьезно кивнула. Неужели это правда, и он действительно проспал своим бредовым сном не одну ночь, а целых три?.. - Так что же это получается, я целых три дня ничего не ел?.. – наконец слабым голосом проговорил он. - Ой… То-то я погляжу… Да я же умираю с голоду. - Это хороший знак, - рассмеялись гномы. - Если наш Бильбо всерьез задумался о еде, значит, однозначно идет на поправку. Авось и нагуляет здесь еще жирок… - Оххх… - Бильбо тяжело вздохнул, откидываясь на постели, когда Фили и Кили наконец откланялись и покинули его комнату. - Они замечательные гномы, и я был очень рад их сейчас повидать… Но они меня так утомили… - Понимаю… - сочувствующе кивнула Ветла. - Ты говорил, что голоден. Чего бы тебе сейчас хотелось поесть? - Даже не знаю… Я бы похлебал куриного супчика… - Отлично. Будет сделано, сейчас я спущусь вниз и что-нибудь соображу. В этом доме с утра до ночи трапезничают, так что на кухне всегда есть, чем поживиться. Очень скоро девушка вернулась с исходившей паром миской, салфеткой и булкой белого хлеба. - Суп. Как вы и заказывали, мистер Бэггинс… Правда, не куриный, а утиный. Практически то же самое… Только пожирнее и уткой пахнет, а на вкус – одно и то же. У нас здесь мало кто кур разводит, куры плавать не умеют. Но если ты очень хочешь, я могу достать тебе цыпленка, только не сейчас, а чуть позже. - Нет, спасибо, я вполне доволен тем, что уже есть. - Ну, тогда хорошо. Девица невозмутимо присела на краешек кровати с миской в руках. Заправив полурослику за воротник салфетку, зачерпнув суп и подув на него, потому что тот был буквально только с печки снят, она поднесла ложку к губам Бильбо. Первая еда за последние три дня, горячий бульон с кусочками овощей, да еще и с уткой, показалась хоббиту вкуснее любых эльфийских кушаний, которые он едал в Ривенделле. С удовольствием распробовав и проглотив одну ложку супа, а за ней вторую, полурослик посмотрел на Виллоу и приподнял бровь. - Кхм… Это, наверное, уже лишнее… Я, наверное, и сам могу поесть, я не настолько ослаб… - По-моему, совсем не лишнее, – произнесла девушка с неожиданной строгой ноткой в голосе. - Нет, я просто не хотел тебя утруждать… - Утруждать?! – Ветла отставила миску на стол. Бильбо показалось, что только что он что-то не то сказал… Только вот что именно не так, он так и не понял. Но другими причинами же нельзя было объяснить эту внезапную перемену. Конечно, кроме усталости, трехдневного недосыпа и катастрофического нервного перенапряжения, о которых хоббит как-то не подумал. И после этого он еще и употребляет слово «утруждать», хотя это – лишь капля в море, по сравнению с тем, какую работу уже проделала его подруга… - Да ты ничего не понял, Бильбо Бэггинс... - Ничего не понял… - пристыженно кивнул он. - Изволь уж спокойно поесть… - Бильбо опасливо сжался, потому что в следующий момент напрашивалась фраза «…иначе этот суп окажется у тебя на голове». Но ничего подобного не прозвучало. - Извини. Я, наверное, уже начинаю душить тебя своей заботой… Но это меня ничуть не утруждает. Наоборот, мне приятно за тобой поухаживать. Ветла снова взяла в руки миску, спокойно протянула ее хоббиту и вопросительно посмотрела на него. Но тот лишь поудобнее устроился в подушках и охотно, благодушно позволил покормить себя, как птенца. А после обеда его совсем разморило, он откинул голову на подушку и прикрыл глаза. Вот еще что не очень красиво получилось – он даже не поинтересовался у Виллоу, сама-то хоть она поела, или ей и то было недосуг… Он хотел задать ей этот вопрос, и еще много других, но ни один из них не хотел формулироваться, от усталости и общей слабости в голове уже расстилался легкий туман. - Ты что-нибудь помнишь? – вдруг спросила девушка, прерывая ленивый ход его мыслей. - Что?.. – хоббит открыл глаза и внимательно посмотрел на нее. - Я имею в виду, из того времени, когда был без сознания… - Практически ничего, – соврал он и нервно сглотнул. - Но… Кажется, я все-таки помню кое-что... - Кое… что? Вместо ответа Бильбо молча потянулся к Ветле и обнял ее. Блаженно уткнулся лицом в ее плечо, закрыл глаза и ощутил, как она в ответ мягко прижимает его к себе и поглаживает по спине. Он поддался уже знакомому ощущению тепла, уюта и безопасности. Так они просидели довольно долго. - Бильбо, – шепотом позвала Ветла, стряхнув с себя оцепенение. - Ты там, случайно, не спишь? - Нет… - не отрываясь от ее плеча, отрицательно покачал головой полурослик. - А я почти сплю. Правда, я только сейчас почувствовала, как сильно я устала… Отпустишь меня домой? Меня еще и брат дома ждет… Он уже, наверняка, беспокоится, не захотела ли вдруг стать гномом. А то, когда мы с ним были детьми, то фантазировали… он говорил, что хочет, когда вырастет, стать королем Дэйла, а я мечтала стать эльфом… - Я тебя и не держу… Бильбо выпустил девушку из объятий и заглянул ей в глаза. Почему она просит ее отпустить, ведь она сама себе хозяйка, и он не властен ей приказывать?.. Она вольна встать и уйти в любой момент, не оглядываясь на мнение какого-то невысоклика… Но в глазах напротив, глазах цвета древесного мха и темной листвы, он почему-то увидел легкую грусть. Виллоу вздохнула и отвела взгляд, разрывая ту тонкую связь, установившуюся между ними на эти пару мгновений. Может быть, Бэггинс и правда ничего не понял?.. Может быть, Ветла три дня просидела возле его постели, как прикованная, как раз потому, что ее что-то держало. Какая-то сила, большая даже, чем долг и обязанность. Но она не тяготила ее, а если и тяготила, то тяжесть эта была приятной, такой, от которой не хочется, да и не получится избавиться по мановению руки и с простыми словами «Я тебя не держу». - То есть… Прости. Прости, если я сегодня сказал тебе что-то не то… Просто у меня до сих пор каша в голове, я что-то не совсем хорошо соображаю. - Как я могу тебя простить, мой маленький хоббит… Если я и так не держу на тебя никакой обиды. – Она снова посмотрела на него и улыбнулась, пусть улыбка и вышла у нее усталой и немножко печальной, - Я и сама сегодня на редкость скверно соображаю… Ну, я уже пойду домой. Счастливо оставаться, береги себя. Когда она вставала с края кровати, хоббит поймал ее за руку, сжав ее ладонь в своей и заставив тем самым приостановиться и обернуться. - Я отпускаю тебя только с одним условием… - сказал он. - Нет, даже с двумя. Во-первых, ты должна обязательно навестить меня завтра вечером. Это важно, и я буду очень рад, если ты сможешь найти для меня еще немного времени… - Хорошо, я обязательно приду, - мягко улыбнулась девушка. - А что же во-вторых? - Пообещай мне, что как следует выспишься и отдохнешь.