Not the Time to Dwell

      Она стояла, склонившись над его могилой, и смотрела на серый камень. Ее руки были скрещены на груди в защитном жесте, хотя его уже было не спасти.       Порыв ветра спугнул птиц, сидящих на деревьях, листья закружились.       Она не обращала внимания ни на надвигающийся ураган, ни на ледяной ветер. Она пыталась игнорировать это. Может быть, так сработает и с ним. Игнорируя его смерть, можно было думать, что он жив.       Она убрала волосы назад. Ветер усиливался, все больше путая ее каштановые локоны, что заставляло ее выглядеть еще более потерянной. Темные круги под глазами и пустота в сердце дополняли ее образ.       «Я должна лежать здесь, а не он», — думала она.       Нежно взглянув на камень, она протянула руку. Ей хотелось прикоснуться к нему, но его здесь не было.       И никогда не будет.       «Это должна была быть я».       Эта мысль постоянно мелькала в ее голове, не давая думать ни о чем другом. Она бушевала, как зверь, заставляя ее чувствовать себя виноватой в том, что она жива, а он нет. Она преследовала ее каждый вечер перед сном: непримиримая и стальная, она сбивала ее с ног, заставляла смотреть правде в глаза, когда она лежала в темноте, уставившись в потолок.       Каждое утро, когда она просыпалась после ночи рыданий и кошмаров, эта мысль была в ее голове.       Она старалась убедить себя, что это не ее вина.       Многие погибли; потеря Рона ранила ее больше всего. Некому было подбодрить ее глупыми шутками, никто не подставлял свое плечо.       Гарри перестал общаться с семьей Уизли. Было слишком тяжело с ними разговаривать после того, как они потеряли еще и Билла.       Было грустно думать о другом лучшем друге, зная, что он никогда не сможет быть по-настоящему счастливым с Джинни.       Она знала, что Гарри было трудно из-за Джинни, и волновалась, что он поддерживал ее, когда сам потерял лучшего друга.       Она старалась помочь ему, как могла; но как можно помочь человеку, так много потерявшему в жизни?       Он единственный знал о ее чувствах к нему.       Она до сих пор представляла его взгляд — ей не нужен был никто другой. Ей хотелось сарказма, иронии, острых комментариев, уроков зельеварения, обсуждений, сложных дискуссий — она хотела всего этого. Всего его; саркастическую летучую мышь из подземелий.       Она опустилась на колени, не замечая слез, текущих по ее щекам. Ее рука снова поднялась и погладила буквы на камне.       Она чувствовала это — единственная вещь, которую она могла чувствовать после того, как они быстро соорудили могилы для мертвых, пытаясь двигаться дальше и не оглядываться назад.       Она чувствовала это кончиками пальцев — грубую структуру камня, матовую надпись, гласящую: Северус Снейп. Погиб ради света.       Погиб ради света. Это написано на каждой могиле.       Но он умер за нее. Она видела это, как в замедленной съемке, — услышала крик, увидела взмах палочки, а потом это. Зеленый свет. Свет, который должен был закончить все это.       «Это должна была быть я», — подумала она снова.       За секунду до того, как проклятие настигло ее, человек в черной одежде бросился на нее, защищая от смертельного луча, который положил бы конец ее жизни.       Когда она посмотрела вниз, то увидела его, неподвижно лежащего на земле. У нее не было времени остаться с ним, оплакивать его смерть — битва продолжалась.       Но она упала на колени, убирая черную прядь с его лица.       Не прошло и секунды, как звук криков и проклятий окружил ее, вынуждая вернуться в бой.       Несколько дней спустя она как будто стала другим человеком. Несмотря на то, что они победили, чувство счастья и свободы тут же заменили печаль и отчаяние.       Его тело не нашли, как и тела некоторых других.       Они воздвигли могилы, почтили мертвых и двинулись дальше. Многие выжившие нуждались в срочной помощи. Она вздрогнула.       Длинная тень упала на могилу. Она подняла голову…       … и увидела серые сапоги из драконьей кожи, черные брюки, черный плащ и лицо, с любопытством рассматривающее ее.       — Почему Вы сидите на холодной земле?       Вот он — голос, который звучал так знакомо, темно и роскошно.       Она выглядела шокированной, что заставило его заволноваться. Он знал, что будет пугающе увидеть его, но она становилась все бледнее с каждой секундой.       Она изо всех сил старалась встать на ноги.       — Но Вы мертвы. Я… — она остановилась. Было слишком больно представлять его взгляд, когда он закрыл ее от проклятия, предназначавшегося ей.       Он взглянул на нее, скрестив руки и подняв бровь, что было так знакомо.       Она поняла, как сильно скучала по этому взгляду.       — Разве я похож на мертвого? Глупая девчонка, — в его голосе не было обычного резкого тона, он говорил почти ласково. Ветер растрепал его волосы. Чем дольше она смотрела на него, тем больше восхищалась его красотой.       — Иногда вы не видите очевидного. Например, этот ураган, — он покачал головой.       Как только они окажутся в его частных покоях, он скажет ей.       Он скажет ей, что надгробие возвели слишком быстро, что он выжил и убил это кровавое животное, Нагайну. Он скажет ей, что освободился только вчера, что Дамблдор был прав: любовь побеждает все, даже смерть.       — Пойдемте, мисс Грейнджер, — она уставилась на него, не смея шевельнуться. Сильный холодный ветер заставлял ее дрожать. Несколько листьев запутались в ее волосах, и она потянулась, чтобы вытащить их из каштановых прядей. Дрожь снова пробежала по ее телу.       Со вздохом и чем-то, похожим на слабую улыбку, он снял толстое пальто и накинул на ее плечи.       Казалось, она утонула в черном плаще, делавшем ее лицо еще бледнее, чем есть на самом деле.       Пальто соскользнуло с ее плеча, и он потянулся, чтобы поправить его, но не отпускал, пока она не посмотрела в его глаза.       Он никогда не видел ничего печальнее этих карих глаз. Она слишком молода для горя и печали, всей этой вины.       — Это должна была быть я, — она впервые высказала свои мысли.       Слезы снова стали течь по ее лицу, и он вытер их правой рукой, аккуратно заправляя завиток ее волос за ухо.       — Не стоит думать о том, что могло бы случиться, Гермиона, — он осторожно положил ладонь ей на спину, мягко подталкивая.       Они направились обратно к замку, он крепко обнимал ее за плечи.       Позже они сидели в его апартаментах перед теплым камином, она крепко обнимала его, прижимаясь к груди. Его руки гладили ее спину, запах трав, зелий и чего-то особенного окружал ее.       Она почувствовала, как его губы прижались к ее лбу и он зарылся носом в ее волосы.       Наконец, она могла быть с ним.