Вот это жизнь

— Миссия, — напомнила Гвендолин, вспоминая разговор в своей комнате. — Что? — нахмурилась Василиса. — Вы заявились ко мне в комнату рано утром, объяснив это всё очень важным заданием, — разъяснила черноволосая, прищурив глаза. — А, да, конечно, я забылась что-то, — потёрла лоб рыжеволосая; у Фэша на щеках заиграли ямочки — так мило это выглядело. — Мы должны помочь волшебникам из мира Гарри Поттера победить Волан-де-Морта. — начала объяснять Огнева. — Мой прадед, Родион Хардиус, хорошо знал Альбуса Дамблдора. Тот перед своей смертью, о которой, как мне кажется, директор догадывался, попросил моего предка помочь его ученикам в борьбе против этого ублюдка, который не даёт нам с Фэшем нормально работать. — закончила Василиса, злясь на злого мага и на его несвоевременное возвращение — ну не мог он, что ли, появиться через лет двадцать, а лучше сто. После её слов Гвендолин и её друзья были в шоке. На то был ряд причин: Хогвартс существует — все ребята в Англии знали Гарри Поттера, что вполне естественно; они оказались вмешены в борьбу против Волан-де-Морта, который тоже оказался живым и вполне реальным; замутить с Драко не получится, потому что в самой последней книге говорится, что тот женат на Астории — конечно, это расстроило только девушек. — То есть как Альбус знал? То есть как Хогвартс? То есть это все существует? То есть Малфой существует? — немного отойдя от шока, начала Гвендолин; Гидеон смерил девушку персонально-убивающем взглядом за последний вопрос. Девушка посмешила чмокнуть его в зёку, показывая, что она пошутила. — А так, скучно миру с часовщиками и путешественниками во времени, решил он еще и волшебников с Хогвартсом в придачу создать, чтоб повеселиться, — съязвила Захарра; её лицо растянулось в улыбке от собственной шутки. — Ладно, допустим, — прищурила глаза Лесли. — Но как мы им поможем? — как и всегда, она мыслила глобально. — Ну, мы отправимся с вами в прошлое и изменим жизнь Тома Реддла: его не бросят родители, соответственно, он не попадет в детдом и у него будет нормальное детство. Или мы можем отправиться в его школьные годы; можем изменить его поведение и отношение к нему других учащихся. — Золотые Правила запрещают нам вмешиваться в поток событий, мы можем даже не родится, — вмешался Гидеон. — Мы вас прикроем, — ухмыльнулся Драгоций. — Да ну? — поднял бровь де Виллер. — Ну да, — ответил ему тем же Фэш. — Ребята, не ссорьтесь, — начала разнимать мальчишек Василиса, а после бросила в сторону. — Ну как дети малые. Стоят же друг друга. — Хорошо, если прикроете, Повелители, — с насмешкой выплюнул Гидеон. — Только интересно одно: как вы это сделаете? — Это не очень трудно, но объяснить всё вам будет проблематично, — ответил Фэш. — А ты попробуй, умник, — отрезал зеленоглазый. — Мы сделаем это без помощи хронографа, — оборвала спор Огнева. — Хорошо, — сквозь зубы проговорил парень Гвенни. — А когда мы отправляемся? Мы же в Хогвартс поедем или как? — вступила в разговор до этого молчавшая Гвендолин; она-то понимала, что спорить с Гидеоном бесполезно. — В Хогвартс. Думаю, что сегодня в час дня мы прибудем в Хогсмид — нужно всё разузнать, а для этого лучше не вламываться в замок, — ответила на вопрос путешественницы Огнева. — Но сейчас же… — Шеферд начала что-то считать в уме. — Сейчас лето, люди! Июнь! Какой, блин, Хогвартс?! Мы даже экзамены ещё не сдали, к которым нам, кстати, надо готовится! — Мы же не сказали, что через час после прибытия в Хогсмид отправимся в Хогвартс. Нам надо всё разведать и подумать, как лучше действовать. За лето, думаю, успеем всё просчитать. Как раз ребята будут на седьмом курсе, — начала разъяснять рыжеволосая. — Ребята — это кто? — спросил Рафаэль, который уже решил начать втягиваться в расследование. — Гарри, Гермиона и Рон — те, кому Дамблдор поручил отыскать крестражи, — устало проговорил Фэш, который делал вид, что ему на всё наплевать. — А почему нельзя просто дать им убить Волан-де-Морта, как в книге? — спросила Хей, которая, как и Беркли, уже достала свой блокнот — они всегда носят из с собой на всякий случай; даже не спрашивайте, — и усердно что-то чиркала в нём. — Хотим обойтись без лишних смертей, — поморщился Ник, вставший рядом с Фэшем. — Ха! — воскликнула Лесли. — Серьёзно? А не всё ли равно? — Во тварь бессердечная, — посмеялась Захарра, но, кажется, блондинка шутки не оценила. — Это я тварь?! — ощетинилась девушка. — Я просто привыкла не вмешиваться в то, во что не нужно! — Стоп, — расставила руки Василиса, отодвигая девчонок друг от друга. — Понимаешь, Лесли, в борьбе за Хогвартс погибло слишком много невинных людей. Мы хотим спасти больше их, чем Тёмного Лорда. Многие дети, которым нет и года, потеряли родителей. Мы хоти это исправить, — умоляющим тоном произнесла Огнева. — Это всё? — бесстрастно спросил Гидеон. — Просто хотите? Мы тоже много всего хотим, но считаем неправильным вмешиваться. — Ты издеваешься? — вступился Фэш ха свою девушку. — Погибнут невиновные! — И что? Такова жизнь. — Ты не Бог, чтобы решать кому жить, а кому — нет! — заорал Драгоций. Все в шоке уставились на парня. Особенно — Зодчий Круг. Никто никогда, кроме разве что Василисы, Ника и Захарры, не видели Фэша таким эмоциональным. — Ты просто не понимаешь!!! Ты никого не терял, в отлична от нас!!! — Ты совсем не знаешь меня! — тоже сорвался на крик Гидеон. И что, спрашивается, случилось с этими двумя Мистерами Отрешённость? — Да ну?! Зато я точно знаю, что потерял намного больше тебя!!! — Да неужели?! — Стоп! — прокричала Гвендолин. — Закончили, сию же секунду! Хватить! — когда черноволосая поняла, что в зале царит полнейшая тишина, она продолжила. — Мы всё много чего потеряли, и это не повод для хвастовства. Так что оба быстро разошлись и продолжили обсуждать планы. Не знаю как остальные, но я согласна вам помогать, — кивнула она на этот раз Василисе, за что та благодарно посмотрела на Шеферд. — Как скажешь, Гвен. Тогда я тоже с тобой, — склонил голову Гидеон, подражая нашкодившему щеночку. Опять глаза Зодчего Круга чуть не вылетели из орбит — а они-то думали, что этим парнем невозможно управлять. Да, любовь иногда полностью меняет людей. — Зовите экстренный совет в Ложе, — не терпящим возражений голосом начала вещать Василиса. — Нам поручено договориться обо всем с Фальком де Виллером. — Он не даст согласие на эту миссию, — не поднимая головы сказал Гидеон. — Что? — подняла брови Василиса. — Я и то согласился на это только из-за Гвенни, а он раз в сто хуже меня, — предупредил де Виллер и наконец поднял голову. — Серьёзно? Есть кто-то хуже тебя? — прошипел Фэш, но Огнева тут же отдёрнула его, как бы говоря, что если он ещё хоть что-то сделает, то ему будет очень плохо. — О, да. Его дядя намно-о-ого хуже его, — прошептала черноволосая. — Значит, мы его ничего не скажем, — нашлась Василиса, перебирая в голове все варианта развития событий, если они всё же оповестят Ложу; ничего хорошего ей в голову не пришло. — А можно один вопрос? — спросила Лесли, готовясь что-то записать в свой блокнотик — даже её любимая чёрная ручка с золотым орнаментом была при ней; девушка кусала и без того изгрызанный конец. — А точно один? — ответил вопросом на вопрос синеглазый часовщик. — Нам тоже надо ехать? — игнорируя реплику Повелителя, спросила Лесли. — Это такой важный вопрос? — поднял брови Фэш. — Нет, — ухмыльнулась Хей, делая пометки на краях и что-то зарисовывая. — Важен был не вопрос, а твоя реакция, — ещё одна запись. — Что? — спросил Драгоций, а дальше последовали ругательства на русском; слава Богу, что никто из англичан ничего не понял. — Ничего, это было важно. Короче, я с вами, — кивнула золотовласка с веснушками, а после захлопнула записную книжку, убирая её обратно во внутренний карман куртки. — Я тоже, — Рафаэль последовал примеру своей девушки, улыбаясь во все тридцать два зуба. — Кого ты потерял? — вдруг спросила Гвендолин у Фэша. В воздухе повисло неловкое молчание, но Шеферд всё ещё продолжала прожигать взглядом парня. Василиса подошла к брюнету и аккуратно сжала его руку в знак поддержки. Драгоций же, казалось, завис. — Это не твоё дело, — отрезал он, ни один мускул не дрогнул на его лице. — Моё. Раз уж мы теперь в одной лодке, то моё, — продолжала давить черноволосая, понимая, что парню больно; но она должна это знать, что-то не давало ей покоя. — Тогда вы расскажете о себе, — через силу кивнул Фэш. — Нет! — воскликнул Гидеон. — Да, — вставила Гвендолин, перебивая будущие возмущённые возгласы своего парня, который уже почти дышал огнём. — Начнём с того, что мой дядя был нашим главным соперником, — начал Драгоций, прожигая взглядом де Виллера. — И всё? — поднял бровь Гидеон. — А у тебя, будто бы, было хуже, — фыркнула Фэш. — Нет, — надавила Шеферд, видя, что брюнет уже хочет начать спор; она искренне начала сочувствовать Драгоцию, понимая, что детство у него, похоже, было не самое лучшее. — Моих родителей убили, — продолжил Фэш, сам не зная, зачем он этого говорит; парень не собирался делиться такими вещами, но что-то пошло не так. — А у вас что? Кошка умерла? — ухмыльнулся Драгоций. — Ты видел, как человек, которого ты любишь больше всех на свете, умирает у тебя на глазах, а ты даже толком попросить прощения за всё то, что ты делал, у него не успел? — горько улыбнулся Гидеон. — Да ну? Не врёшь? — со смехом пишурился Драгоций, не понимая, что де Виллер не врёт. — Представляешь, — прикусил губу Гидеон, чтобы ничего не вспоминать и чтобы не расплакаться, как девчонка; ведь его Гвенни — всё для него, — когда её пронзили шпагой, прямо в сердце? А ты за пару дней до этого наговорил столько гадостей. Представляешь, как она умирает на твоих руках, а кровь всё льётся и льётся, не останавливаясь. А ты, чёртов студент медицинского курса, ничего даже сделать не можешь, потому что задеты жизненно важные артерии! Тебе, — прорычал де Виллер, — знакомо это чувство? — Ты?.. — вопрос остался незаданным, потому что все, включая Фэша, находились в шоке. Даже Лесли и Рафаэль были шокированы — они знали об этом происшествии, но подробности были закрыты на семь замков. — Да, я слушаю, — Гидеон начал остывать и осознавать, о чём он только что проболтался. — А знаете, забудьте. Это неважно. — Невожно? — кашлянул Драгоций, всё ещё приходя в себя. — А что? — опять поднял брови зеленоглазый. — Это правда? — задал вопрос Маар, понимая, что синеглазый брюнет сейчасмн в состоянии этого сделать. — Конечно, — запнувшись, ответил парень Гвендолин. — Кто… умер? — затаив дыхание, спросила Василиса; она не хотела ковырять и без того разодранную рану. — Гвенни, — быстро ответил де Виллер, а все взгляды сразу перекочевали с него на девушку. — Тогда как?.. — весь весёлый образ Захарра слетел, оставив маску серьёзности. — Мы бессмертны, — развёл руками Гидеон. — Представляете? Пережить всё это, а потом понять, что нафига не надо было волноваться? Вот и я не представляю… Гвендолин подошла и сжала парня в объятиях — настолько, насколько позволял ей это сделать её рост. — Извини… — промямлил Фэш, понимая, что парню пришлось ничуть не лучше его. — И ты, — хмыкнул в ответ брюнет, пожимая протянутую тему руку в знак мирного соглашения хотя бы не время. — Почему вы сказали друг другу правду? — прищурилась Гвендолин. — По крайней мере ты, Гид? Ты ведь даже бы под самыми страшными рынками не выдал бы этого… — Действительно, Фэш, — продолжила за Шеферд Василиса. — Что с тобой? Ты какой-то слишком… честный. Парни с ужасом переглянулись, будто бы только что поняли, что рассказали правду. Они начали в немом шоке открывать и закрывать рты, не понимая, что же случилось. Их будто бы кто-то за языки тянул, в буквальном смысле. — Не знаю… — покачивая головой, сообщил Фэш. — Я тоже… — подтвердил Гидеон. — Ладно, — в который раз похлопала в ладоши Огнева — так иногда делала её тренер по художественной гимнастике, — позже с этим разберёмся. Сейчас вы, — она кивнула на гостей Расколотого Замка, — отправляете обратно в Лондон, сдаёте экзамены, а где-то в конце лета мы сообщаем вам результаты так называемой слежки и план. По рукам? Ребята, все как один, кивнули.