Он не такой, как Адриан

Феликс решил для себя, что должен обязательно поговорить со своей подругой. Она обязана его выслушать и они обязательно помирятся. Хотя, в этой ситуации всё зависит от Дюпэн. Маринетт так же хотела поговорить с Агрестом, но не знала, как ей быть и что говорить. Она думала о нём, хотела связаться, но злость и, возможно, страх до сих пор переполняли её полностью, не давая мыслить чувствам. — Маринетт, — прокричал Феликс и подбежал к девушке, — Давай поговорим? — с некой грустью произнес парень. — Маринетт? А почему не трусиха? — сухо, с нотками дерзости ответила Мари. Она не контролировала свои слова и действия, девушка просто хотела уйти и забиться в угол, ведь все Агресты такие жестокие. — Не начинай, пожалуйста, послушай… — Нам не о чем говорить. Я тебе не игрушка, — в этот момент в голове девушки возникла новая теория происходящего, — А если всё это… Только что бы позлить Адриана? Да-да, именно так всё на самом деле и есть! Знаешь, что… Я, наверное, отвечу ЕМУ взаимностью, — Мари не ведала, что говорит. В этот момент ею правил не разум, а эмоции. — Маринетт, хватит, — Агрест забил её в угол и произнес на ушко подруги слова, от которых та успокоилась, — Я хочу использовать первое желание. — Я тебя слушаю, — отрезала девушка и отвернулась. — Смотри мне в глаза, Маринетт. В глаза, — Дюпэн через силу пыталась посмотреть парню в глаза, но это давалось ей с трудом. Ей было не стыдно, а просто больно, что её использовали ради мести Адриану. Чэн умна и глупа одновременно, от чего ей по жизни будет сложно, но она, пока что, этого не понимает, — Наконец-то, ты показала свой румянец. — Я знаю, — Мари решила первой начать, что бы выплеснуть все эмоции, что у неё хранились на протяжении долгого времени, ещё когда она таила чувства к Адриану, — Сначала я любила Адриана, да это правда и достаточно долго. Обидно стало тем, что он всё знал и делал вид, что не знает! Но… Я решила завязать с чувствами, причем на долгое время… но потом появился ТЫ! Я не такая, что бы влюбляться за короткий срок, но почему-то… Ты постоянно надомной издеваешься, оскорбляешь…почему ты так поступаешь? Я беспокоюсь, когда вижу, что ты поругался с родителями, но когда хочу помочь тебе, то меня отвергают твои слова… Я до сих пор не знаю, что мной движет, ведь это просто не нормально…мы знакомы не больше трех недель, а ты уже прицепил цепи на мое сердце…- Агрест ошарашено смотрел на Дюпэн, которая упала и начала плакать, он опустился к ней, сам став на колени. Она подняла голову и посмотрела ему в глаза и так, тихо-тихо сказала, — Феликс, почему именно я? — Агрест был в смятении, он не знал, что сказать, ведь так же не знал, что движет сейчас его сердцем. Парень понимал последствия своего поведения, но никогда не заставлял плакать девушку. — Я виноват, — Мари на все его слова продолжала молчать, — Прости, — они сидели минут пять, прежде чем Маринетт начала пытаться сдерживать слёзы, — Прости…- ещё раз повторил парень, что удивило девушку, — Да, я виноват. Да, я козел и заигрался во флирт с тобой. Это была всего лишь невинная шутка, которая не должна была заставить тебя плакать и страдать… Вчера… Я бы по-любому пригласил тебя на танец, ведь… *Скажи это, Агрест*— из кустов выглядывала Алья с Нино, что таились и подслушивали разговор друзей. — Алья, — шепотом произнес Ляиф, — Пошли отсюда, это их дело, — сказал парень и потянул за собой подругу, которая не хотя шла за ним. Она не устраивала истерик, только что бы не спугнуть парочку. — Нино, мы всё пропустим, — бормотала Сезер, но спустя секунды успокоилась, — Да уж, возможно Мари была права, говоря, что ей действительно нравится Феликс, — девушка слегка вздохнула, — Это я была не права, хреновый из меня журналист… — Ты отличный журналист, но иногда тебя заносит не в ту степь, — сказал Ляиф и впился в губы своей любимой, она под порывом романтики, что кружила в воздухе, поддалась поцелую и обняла крепче своего парня. Тем временем Феликс пытался сказать фразу, что изменит чувства Маринетт. Для него эти слова были выше себя, это сложней сказать, чем показать. -…ведь ты… В народе так принято себя вести с теми, кто им дорог… Точнее не звать их танцевать, я про то что…- Феликс явно начал смущаться и мямлить, что бы ему просо не свойственно. Девушка не выдержала и вместо слёз, издала смешок. — Ха-ха! — Вот ты и улыбнулась, — Феликс погладил Маринетт по щеке, предварительно убрав прядь, что упала на её лицо. Неожиданно для обоих прозвучал в голове «дзинь» и Дюпэн, взяв парня за галстук, притянула его к себе. Феликс, в свою очередь, взял девушку и подсадил ближе. Неожиданно для них, так притягательно и сладко. Они так и застыли, сидя на полу и сливаясь в поцелуе. Неуверенном для Маринетт, так как Агрест украл у неё первый. И последний, единственный для Феликса, ведь он надеется быть с этой девушкой всегда. Ребята так и застыли молча, в объятиях. *Девушка, что смогла распалить во мне чувства. Я думаю, это именно они* За этой ситуацией никто не наблюдал, кроме Адриана Агреста, который видя картину маслом, развернулся и стал уходить вдаль. Парень шел домой, рука была сжата в районе сердца. Кажется, его там уже нет, оно разбито на мелкие кусочки, ведь осознание любви не всегда приходит сразу. Ему понадобилось время, что бы это понять и осознать- это время прошло, но боль сразу не пройдёт. — Прости, Маринетт, что не понял сразу твои чувства, — на секунду Адриан остановился и посмотрел на небо, ему казалось, будто девушка сейчас к нему, словно ангел, спуститься и скажет, что он прощен и любим. Но ему лишь кажется, он закрыл глаза и дальше стал шагать своей дорогой, продолжая держаться за сердце и сдерживаться, что бы не выть от боли. Агрест шел и вспоминал строки со стиха, что когда-то въелся ему в душу. Строки, что только сейчас он начал понимать:

Будьте, пожалуйста, нежнее друг к другу. Мы люди, И в этом, наверное, наше проклятье. Но мы всегда влюблены, Пускай так и будет, Потому что лучший подарок на свете — объятия. Ричард Дарси