Он не такой, как Адриан

***

Как-то раз, у Маринетт спросили: «Доверяешь ли ты своему мужу? У вас 3 детей, постоянный шум в квартире, все завалено игрушками. Не думаешь, что он мог изменять?» Её ответ был «Нет!», но… Всё не так, как кажется. — Алло? Алья? — как-то недоверчиво спросила Маринетт, набрав номер подруги. — Нет, дядя Жульен, — в шутку проговорила шатенка, печатая очередную главу, — Что такое, Агрест, ты по голосу встревожена. — У меня есть подозрение, что Феликс мне изменяет. Твои журналистские навыки мне оче-е-е-ень нужны. — Я нафиг бросаю свою главу и лечу к тебе, у тебя же сенсация! Спустя час, Алья уже была дома у бывшей Дюпэн. Синевласка поведала ей ситуацию сложившегося, предварительно еще рассказав про вопросы, что в последнее время ей стали задавать. Сезер послушала-послушала и попыталась успокоить подругу, поведав ей, что это может быть зависть со стороны других людей и таким образом они пытаються завести Чэн в заблуждение. Но Маринетт не в какую, «Надо проверить, на всякий случай!» — возгласила Агрест, вставая с дивана. Сезер, в лучшем свете маскировки журналиста, нацепила на подругу плащь с очками, предварительно накинув шляпку. Ну, Маринетт сложно узнать в таком свете, ведь это точно не её стиль. Если бы люди увидели, они бы подумали, что это новый тренд. Мари ж законодатель моды, создает платье, тем самым создает искусства. Алья посветила Маринетт в расписание Феликса, ибо когда-то ей приходилось писать о нем статью. Синевласка опустила голову, ведь не писала подобные вещи со времен любви к Адриану. Ну да ладно, Маринетт и Алья начали свой пункт с работы парня, то есть предварительно ещё и забежали к Габриэлю, спросить, не видал ли он неких девушек возле мужа Дюпэн. — Мари, Алья, не занимайтесь глупостями, у него одни мужчины в подчинении. И кстати, почему вы так одеты? — девушки не ответили, ведь в кабинет зашла достаточно грудастая барышня, сразу видно, что она работает здесь. — Мистер Агрест, — начала блондинка, ставя на стол какие-то бумаги, — Вот, подпишите. Это Феликса Агреста работа, он просил, что бы вы прочли и подписали. — Простите, — вмешалась уже Алья, видя, что Маринетт не может спросить, ведь не решается, — Вы секретарша Феликса Агреста? — Да, а что? Вы хотите к нему на приём? — как-то не уверенно спросила девушка, но Чэн не дослушала эти слова, покинув кабинет Габриэля. — Милая! — уже на выходе Сезер настигла синевласку, — Не беги! То, что у его секретарши 4,5 размер груди — ничего не значит! — Спасибо, утешила! — закричала девушка, перебирая свои волосы, — Я не отпущу это дело просто так, сегодня мы проследим за ним! — Вот и правильно! — поддержала её Алья, надевая свои очки-камуфляж. Подруги подождали ещё около 2 часа, сидя в кафешке, на против работы Феликса. Они болтали на разные темы, затрагивая и искусство, и политику, им было плевать про что говорить, ведь они не так часто встречаются, у каждого своя работа, свои проблемы, свои семьи. И вот, момент, которого они так долго ждали: Феликс, наконец-то, покинул здание и направился куда-то, по неизвестному направлению. Маринетт знала, что сегодня её любимый не брал машину, а это значит, что за ним следить будет куда проще. Филя направился в сторону бывшего коллежа ребят, где встретился с какой-то дамочкой, она вручила ему что-то и они попрощались. Алья насторожилась, а Маринетт лишь постоянно вздыхала. Кто Чэн по сравнению с её мужем? Он — Апполон, она — серая мышь. Ой, прошу прощение, синяя мышь. После несколько скандалов со стороны синевласки, шатенка выперла её наподальшую слежку. Дальше Феликс встретился со своим старым другом, с которым дружил со времен своих переездов. Они быстро поговорили, незнакомый Маринетт мужчина отдал блондину что-то и поспешно удалился. Следующее, куда попер, точнее направился Феликс — это парк. Там он встретился с воистину очаровательной девушкой, что даже у Маринетт дух захватывал, именно поэтому она сдалась. Синевласка молча смотрела, как её муж разговаривал и обнимал незнакомую ей «принцессу». Она была бдондинкой, такой прекрасной и очаровательной, даже не разговаривая с ней, Мари поняла, что она до ужаса начитанная. Единственное, что удивило Чэн — это букет, что эта барышня уже держала в руках, ей Феликс не дарил его, но Дюпэн не акцентировала на это большого внимание. — Всё, Алья… Конец слежки… — убитым голосом произнесла Маринетт. — Что? Какое «конец», здесь только начало! Посмотри на него, я ему сейчас такое устрою, мало не покажется… — Сезер заткнулась, как только увидела лицо своей лучшей подруги. Она молча обняла её, вот так, без слов, ведь поняла, что слова здесь неуместны. Алья поняла, что сейчас лучше синевласку не тревожить, поэтому попрощавшись, девушка заказала такси и уехала дальше дописывать главу. Модельер, тем временем, села подальше, что бы муж её не заметил. Но, всё же, кого-то она зацепила взглядом и этот кто-то к ней подошел. Она не смотрела на парня, что сел к ней рядом, девушка просто молча плакала от безысходности. Молодая красавица с 3 детьми — вот, кому это надо? — И долго ты будешь игнорировать меня? — возмутился блондин, сидя на против своей жены. — Ф-феликс?! Что ты тут делаешь? — покрасневши, закричала Маринетт. — Ну-у, поправде говоря, ваша маскировка поткачала, — Агрест слегка засмеялся, — Мне приятно, что ты меня ревнуешь к секретарше, — парень поцеловал рученку своей жены, — Та девушка, с которой я, только что, встретился — моя подруга детства. У неё свой цветочный магазин, а вот это тебе, — блондин протянул букет прекрасных роз своей спутницы, заставив её расплакаться. — П-прости, что не доверяла тебе…просто, ты так мало времени дома бываешь, что я уже стала скучать по тебе… — Вот, поэтому… — Феликс наклонил к себе Маринетт, что бы прошептать ей на ушко, -… Я взял отгул… А на кого ты детей оставила, скажи? — Оу… Ну Фемию 8, он, думаю справился с задачей старшего брата! — как-то неуверенно произнесла Маринетт. «Точно, у меня ж есть дети» — именно подобные мысли сейчас в её голове. — Маринет, Господи!!! — закричал Феликс, хватая жену за руку. Они побежали быстрым темплом домой, что бы удостовериться, что с детьми всё в порядке. Слава Богу, что их опасения были ложными, прийдя в квартиру они застали такую картину: Фемий читает Невре и Мэри сказки, что им дали в школе прочитать. Фемий, самый старший сын, учится в третьем классе. А его младшие брат и сестра только в первый пошли. Они всегда ладят, даже когда не ладят. Как бы глупо это не звучало. — О, Боже… Маринетт, за детьми тоже нужно смотреть! — П-прости… — Ладно, я вижу, что Фемий ответственно подошел к роли старшего брата, — переменмил свой разговор парень, — а значит… Мы можем побыть в двоем! — Ого, даже так? — засмеялась Дюпэн, — Фемий, дорогой, иди в свою комнатку. — Ладно, — Агрест младший разбудил своего братика и сестру, и они вместе зашагали в игровую, оставив родителей на едине. — Милая, знаешь… Я люблю только тебя, больше никого, слышишь? — он сделал специальную паузу, да бы поцеловать свою законную супругу, — Нет, ну есть еще одна принцесса, которую я люблю… Её имя Мэри… А ещё я люблю двух принцев, зовут Фемий и Невра… — Хм… Ты мне изменяешь? — в шутку спросила Маринетт, целуя мужа в шею. — Конечно, с тобой же… — Феликс подхватил супругу, поклав аккуратно на кровать. Он простелил ей дорожку с поцелуев по телу, заставляя вспоминать их первую ночь и поддаваться ощущениям. Она так же не хотела уступать, периодически одаривая мужа незабываемым моментам, даруя наслаждение. Поддерживать пламя своей супружеской жизни — всегда полезно. Но у них это пламя не тухнет уже больше 10-ти лет совместного бытия. Их знакомые, друзья, родственники — все они знают, что это на целую вечность. В особенности, как одна поговорка гласит: «Пока смерть не разлучит нас». Феликс укрыл свою полуголою, уже спящую женушку простыней, даруя ей тепло. Он молча посмотрел на подарок, за которым сегодня везде оббегал. Это её подвеска, что он заказал специально по эскизу. Её подарок, из-за этого она сегодня волновалась, из-за этого она сегодня усомнилась в его верности. — Глупенькая… — сказав это, парень чмокнул свою любимую, предварительно нацепив на неё подарок, — Интересно, опрадуется ли она? Хм… Надо как-нибудь и за Маринетт проследить, — с ехидной улыбкой произнес Феликс, — Почему только я получаю, ахаха?