Белый цветок Хиросимы

Пока Ино судорожно гадала, какой аромат из её сегодняшнего многослойного парфюма Саске уловил первым – травы или лошадиной шерсти, Сакура завидовала сопернице; Шикамару полудремал в кресле, а все остальные слушали торжественную речь Саске, можно было бы совершить небольшой экскурс в прошлое. Началось всё даже не с того, что Итачи передал контрольный пакет акций младшему брату в разгар кризиса, не с того, что Саске и Шикамару повстречались и образовали успешный партнёрский тандем, не с того, что сам Саске родился в семье Фугаку и Микото Учих в Лос-Анджелесе, младшим и нелюбимым ребёнком. Всё началось с того, что машиностроительная компания “Конохагакуре но Сато”, в миру – “Коноха”, была образована в начале двадцатого века Хаширамой Сенжу и Мадарой Учихой в Киото, но вследствие неких манипуляций, проведённых последним, перешла в его полноправное владение. Компания расширялась, клан Учих обогащался; так продолжалось вплоть до конца Второй мировой, когда её существование оказалось под вопросом. Нужны были новые вложения, новые схемы развития, новая молодая кровь, способная поднимать пришедшую в упадок экономику. Многие пытались спасти компанию, но удалось это лишь одному человеку ближе к концу второго тысячелетия нашей эры. Фугаку оказался в безвыходным положении и был вынужден воплотить в жизнь то, от чего в своё время отказался Мадара – он объединил фирмы кланов Учиха, Хьюга и Собаку но в один автоконцерн и учил старшего сына в надежде, что тот возьмёт бразды правления в свои руки, когда тот уйдёт на покой. Но он не мог предвидеть, что Итачи вырастет слишком независимым и, не желая довольствоваться подачками отца, станет соучредителем другой организации – “Акацуки”. Чуть не предав отцовскому проклятию отступника, Фугаку обратил свой взор на второго сына, и, скрепя сердце, уже хотел отдать ему корпорацию и уйти на заслуженный отдых после двух перенесённых инфарктов. Саске Учиха рос, предоставленный сам себе, не проявляя особого интереса ни к наукам, ни к коммерции, ни к чему-либо ещё кроме боевых искусств и коллекционированию старинных катан. Учась в университете, откуда он несколько раз вылетал из-за неуспеваемости и прилетал обратно из-за пинков отца, он познакомился с бедным, но очень умным студентом, учившимся на социальном обеспечении. Как говорили, именно с его подачи он закончил бакалавриат в числе первых по успеваемости. Но что-то произошло в семействе Учих, что-то, что осталось за кадром общественной жизни, а в The Japan Times лаконично написали, что по некой причине Саске Учиха впал в немилость и был лишен наследства, а многомиллионные активы сосредоточились в руках у прощённого Итачи Учихи, разрывавшегося меж двух огней – многострадальной “Конохой”, снова переживавшей не лучшие времена, и процветающей “Акацуки”. Саске помог мировой кризис, нагрянувший в две тысячи восьмом году и поставивший вековую корпорацию на край пропасти. Итачи, несмотря на возражения отца, передал полномочия Саске, думая, что её уже ничего не спасёт, и это стало для него началом конца. За четыре года у руля при номинальном предводительстве Итачи и последние три – действительного правления, Саске превратил корпорацию в одно из самых преуспевающих предприятий мира, заставив считаться с собой всех, кто раньше смотрел на него со снисхождением. Известно о нём было не больше, чем о его старшем брате. Говорили, что он необычайный социопат и не терпит контроля над собой. На всех выходах в свет он появлялся прекрасный и нестареющий, словно продавший душу дьяволу Дориан Грей, с не уступавшими ему в красоте девушками, и всегда – разными; владел недвижимостью в Японии, Южной Корее и Америке; на досуге занимался айкидо и йогой – это всё, что он позволял знать о себе. Ино в числе других привстала и зааплодировала до боли в ладонях, глядя блестящими глазами на его небрежно поклонившуюся фигуру. Сакура предупредила, что расслабляться было рано: насыщенная программа только набирала обороты – их ещё ждало собрание в кругу сотрудников, где начальники нескольких отделов должны были предъявить отчёты о выполненной работе за второй квартал, были назначены переговоры с членами организации “Акацуки”, а потом – совет директоров, где, как проспойлерила она с важным видом, Саске должен был сразить всех наповал своей сверхсекретной разработкой. В конкретику Сакура не вдалась, таинственно опустив подробности, и Ино поняла, что секретарь-референт сама ничего толком не знала. – ... а ты думала, куда пришла? Здесь выживают только лучшие из лучших! – свысока повела она розовой бровью. Проработав в организации дольше Ино на один день, она теперь считала себя более осведомлённой во всех насущных вопросах. В конференц-зале было уже не так много народа и Ино задышала легче – меньше взглядов и перешёптываний относительно её неординарной внешности она слышала в свой адрес. Поместившись рядом с Шикамару, она вытащила из сумки планшет, приготовившись конспектировать главные тезисы, но очень быстро отдала место за круглым столом Темари и ретировалась ближе к окну. Когда появился Саске, занявший кресло во главе стола, ей пришлось выпрямиться струной и поднять голову, чтобы разглядеть за множеством спин его склонившийся профиль с прямо очерченным носом и плотно сомкнутыми бледными губами. Появление Учихи-младшего ознаменовало собой начало заседания. Ино изо всех сил старалась сосредоточиться на деле, но не выдерживала и пяти минут выступления менеджеров, возвращаясь мыслями к Саске и тонкие пальцы сами собой выводили в приложении его портрет. Ино умела неплохо рисовать на любительском уровне, переняв этот навык у художника, с кем делила мансарду недалеко от Монмартра. То счастливое, беззаботное время было похоже на сон, но она всегда знала, что это лишь переходный промежуток её жизни, который должен был рано или поздно закончиться – тот человек планировал остаться, а она хотела вернуться домой. Они расстались, но продолжили общаться, не так давно она с гордостью за него смотрела трансляцию выставки в Перископе. Ино вздохнула, стерев набросок черноволосой головы и вернувшись в заметки, заставила себя включиться в рабочий процесс, изредка поглядывая в сторону высшего руководства организации. – Что он мямлит? – прошептал Саске, презрительно скривив губы во время выступления начальника отдела логистики. – Темари, выдай ему расчёт и проводи на все четыре стороны. – Дай ему шанс, он волнуется, – тихо ответила та, перебирая в руках веер. – Не каждый день он выступает перед тобой. – Если бы я так волновался, пошли бы вы за подобным ничтожеством? Директор по персоналу промолчала, опустив светлую голову. Постоянная замена кадров была основной и ненавистной частью её работы; Саске сходился и без сожалений расходился с людьми, в которых переставал нуждаться. Темари искоса глянула на Шикамару – в его глазах легко читалась скука. Кондиционер спасал от токийской жары, но не от сонной одури, опускавшейся невыносимой тяжестью на веки. Когда пришло время двусторонних переговоров с представителями “Акацуки”, все немного оживились. – Как насчёт кофе? – предложил Саске в образовавшемся перерыве, когда многие разошлись. – Да, неплохая идея, – отозвался Наруто, протирая измождённое лицо салфеткой. Темари повернулась назад, устремив требовательный взгляд на Ино. – Яманака-сан, не будете так любезны? – она подождала, пока та поднялась и подошла ближе. – Мне без кофеина и с обезжиренным молоком. Ино с готовностью кивнула и развернулась, чтобы идти, но задержалась, когда кто-то почти неощутимо взял её за запястье. Шикамару не изменился в лице, лишь указал ей кивком головы на её прежнее место, убрал руку и обернулся к обескураженной Темари. – В обязанности Чеджи организация кофе не входила, значит и Ино не будет этим заниматься. – Мне не сложно, я всё сделаю... – Сядьте и не отвлекайтесь. Вы сюда пришли напитки разносить или набираться опыта и знаний для достижения вашей цели? В его размеренном голосе зазвенело раздражение. Ино быстро присела на стул, сложив руки на коленях, не в силах поднять взгляд – ей стало стыдно, что хотела сменить свои прямые обязанности на желание услужить. – Простите, Темари-сама, без кофеина не было, – донёсся до неё голосок Сакуры, мгновенно исполнившей перешедший к ней по умолчанию приказ. Хошигаке Кисаме, акула бизнеса, человек, напоминавший утопленника из-за синеватого оттенка кожи, всей испещрённой татуировками, весьма очевидно являлся частью якудзы и своим видом вселял в окружающих страх. Предложив Саске вложиться в рыбный промысел, он уступил слово Акасуне но Сасори, понравившемуся Ино значительно больше – это был среднего роста рыжий человек без определённого возраста. В неопределённых обещаниях, сроках и вложениях прошёл ещё час времени; близилась минута, которой все негласно ждали, заинтригованные повесткой дня. Вскоре она наступила. – Я попрошу акционеров “Конохагакуре но Сато” остаться, – объявил Саске, поднимаясь и выжидательно глядя на всех лишних людей. Ино быстро собрала свои вещи и, выслушав указания Шикамару о том, что Чеджи всё ей расскажет о её новом рабочем месте, спешно поклонилась и вышла. В конференц-зале остались только Шикамару, Наруто, Темари, Неджи и Итачи. – Как бы вам объяснить... – Саске медленно обошёл директоров, предоставляя каждому из них хендаут. – Давайте в качестве примера рассмотрим... Например, Apple. Стив Джобс перевернул рынок смартфонов. Попробуйте себе представить Итачи, держащего в руках Samsung или какую-нибудь другую “раскладушку”, – Саске выдержал недолгую паузу, возведя глаза к потолку. – У меня тоже не получается. Имидж делового человека уже прочно связан с этой моделью, сумевшей подчинить себе многих сильных мира сего, ибо понты правят миром. – Саске, не тебе говорить о понтах, – Итачи улыбнулся краешками губ, вникая в написанное на нескольких скреплённых листках А4. – Сам-то чем пользуешься? Саске потянулся к внутреннему карману пиджака и на полном серьёзе вынул мобильный, корпус которого был обклеен стразами в форме Hello Kitty. – Мне главное, чтобы звонил, – пояснил он и, как дирижёр, взмахнул рукой, уняв всеобщий смех. Дождавшись, как все ознакомились с краткой историей изобретения, он хлопнул в ладоши, выключив свет, и взял в руку пульт от интерактивной доски, на которой высветилось изображение конструкции транспортного средства, внешне напоминавшего машину, но с двигателем, как у летающего аппарата. – Это не какая-то абстрактная каракатица из научной фантастики, а вполне реальная штука, которая будет летать уже в 2020 году – будущее наступило, дама и господа. Сейчас много говорят о глобальном потеплении. Для сейсмической зоны, в которой мы живём, это особенно актуально. Автомобили нового поколения будут работать на ДВС, как и обычные; они не нуждаются в дорогах и аэродромах – не нужно будет больше прокладывать магистрали через леса, Greenpeace может спать спокойно. – Саске, у нас маленькая, густонаселённая страна, – покачал головой Наруто, надев очки и сузив глаза. – Мы с авиалиниями с трудом справляемся, как ты себе представляешь регулировку маршрутов подобных машин? – Во-первых, наша продукция – для всего мира. Во-вторых, что касается нас самих – создаются новые насыпные или дрейфующие острова, между которыми и будут курсировать такие аппараты. – Саске пожал плечами. – Да и в городах можно наладить движение, было бы желание. Наступило молчание. Каждый из присутствующих переваривал свалившуюся на него неожиданную информацию, в кромешной тишине слышен был только гул мониторов компьютеров и стук веера, которым Темари ударяла по поверхности стола до тех пор, пока Шикамару, не переставая читать, не положил на него ладонь, тем самым прекратив досаждающий звук. Темари вздохнула, выдернув из-под его руки свою безделушку, и подняла на Саске недобрый взгляд малахитового цвета глаз. – Ты понимаешь, что их смогут себе позволить только очень, очень, очень богатые люди? – Сначала, пока не наладится массовое производство, – быстро ответил младший Учиха. – Потом, как в случае с айфоном – это будет делом чести приобрести себе тачку с нашим логотипом. Мы перевернём мир и создадим Вечное Цукуёми, как завещал нам старик Мадара. Что скажите? Наруто откинул от себя листки, заведя руки за голову и потянулся. – У меня встречное предложение для голосования – сместить Саске Учиху с должности гендиректора, по причине того, что он выжил из ума. – Вы хотите турнуть владельца из его собственной корпорации? – в удивлении приподнял бровь Саске. – Давайте серьёзнее, – Неджи Хьюга, финансовый директор предприятия, длинноволосый молодой человек со стальным взглядом сероватых глаз, щёлкнул пальцами и включил свет, от чего все на миг зажмурились, привыкнув к темноте. – Идея интересная, но затратная. Сколько ты собираешься брать в кредит? – Около миллиарда, может, больше, – Саске сел в своё кресло. – “Акацуки” выступит в качестве компании-поручителя. – Саске, если ты забыл, я напомню – в твоей корпорации работает около полумиллиона человек и ты несёшь ответственность за их благосостояние, – всё больше горячился Наруто. – Как ты объяснишь отцу троих детей, у которого многолетняя ипотека, что скоро он окажется на улице без средств к существованию? – Ставка отрицательная, Наруто, – спокойно сказал Саске, разглядывая ногти на правой руке. – Он устроится на другую работу и выплатит свои долги. – Ты будешь вынужден сократить количество сотрудников и урезать зарплаты, чтобы остаться на плаву, – поддержала исполнительного директора Темари. – Ты когда-нибудь жил на сто долларов в неделю, как твои китайские рабочие? – Их собственная страна сдала в аренду, я здесь причём? – поднял на неё глаза Саске. – Ты этим активно пользуешься в своих интересах, – Темари раскрыла веер и стала им активно обмахиваться. – Когда общественность об этом узнает, начнутся призывы бойктировать нашу продукцию. Если не хочешь прослыть эксплуататором двадцать первого века, ты должен платить им, как платишь нам всем. – Может, тогда ты своей зарплатой с ними поделишься? – раздражённо заметил Учиха-младший. – Саске, держи себя в руках, – подал голос сохранявший нейтралитет Шикамару. Саске со злостью посмотрел на Шикамару, видимо, не ожидая прериканий от ближайшего соратника. – Довольно рискованно, – покачал головой Неджи. – Мне нравится рисковать, поэтому голосую “за”. – Поддерживаю, – протянул старший Учиха. Темари, слабо улыбнувшись, повернулась в его сторону. – Прости, Итачи, я не ослышалась? – Нет, – объяснил тот. – Если мой брат потерпит фиаско, а он его обязательно потерпит, то как я могу отказаться от обанкротившегося, но такого перспективного стартапа? – Нии-сан, я люблю тебя, – Саске поднёс кончики пальцев к губам и, послав старшему брату воздушный поцелуй, обернулся к Темари. – Ты, конечно же, будешь против? – Категорически, – твёрдо ответила госпожа но Собаку. – Гаара не смог присутствовать и поэтому дал мне право распоряжаться его голосом по моему усмотрению. – Против, даттебайо, – однозначно крикнул Наруто. – Я отдаю свой голос за себя. Надеюсь, ты мне разрешишь проголосовать, ситуация с выбором секретарши больше не повторится? – Саске перевёл взгляд с Итачи на свой телефон и медленно улыбнулся. – Фугаку Учиха просил передать, что у него нет ни времени, ни настроения для наших посиделок и написал, что воздерживается от голосования. Три-три. Все, как один, устремили свои взгляды на Шикамару, за которым было решающее слово. – Шикамару, ты всегда был адекватным человеком, – взмолился Наруто. – Ты же не собираешься потворствовать этому безумцу? – Шикамару, все ждут, – предупредительно повысила голос Темари. – Я вообще не понимаю, над чем здесь можно думать. – Шикамару, ты со мной? – спросил Саске, исподлобья глядя на друга.