Ты думаешь, от меня легко уйти?

Pov Билл Я сейчас сижу на этом подобии кровати, с противоположной стороны, спиной ко мне, дрых Стрендж. Я нервно отстукивал пяткой ботинка, действуя на нервы этому засранцу, который вечно спит. Разбежался, я не дам ему спать в такой момент! Сейчас Сосенка с Рыжей шлюхой! Сука, я знаю ее прошлое! Она со всей старшей школой и колледжем повстречаться успела и с половиной переспать! Сучка, если она выкинет такое Сосенке!... Стоп. Я что-то чувствую. Ревность? Нет, она всегда со мной. Это что-то другое! Быстро вытаскиваю из-за тумбы стеклянный шар и произношу заклинание. — Венди! Знаешь, я очень сильно тебя люблю! Ты мне очень дорога! Пожалуйста, прими мои чувства!— Гкх… Сучка, убью ее! Кх, она хочет поцеловать мою Сосну?! Не позволю! Тед дрыхнет, как всегда, ничего не заметит… Один щелчок пальцами, и я уже стою за спиной этой рыжей сучки. Вижу, как Сосенка тянется к ней. Блять, какой приворот она на него наложила? Тварь. Дергаю за волосы, тихо рычу ей в лицо, ибо нефиг. Вижу в ее глазах полнейший шок и мимолетный страх. За свою жизнь трусишь? Бойся дальше, сучка! Хех, а Сосенка совсем ничего не понимает. Еще раз рычу ей в лицо и впиваюсь в его губы, чувствую, как он улыбается, жаль не мне. Я продолжаю держать ту шмару за волосы, та, похоже, не сопротивляется. Врываюсь языком в ротик Соснового Деревца, он отвечает, приоткрывает рот. Я совсем не вижу лица рыжей, но ей похоже завидно, хехе. Он робко задевает кончиком языка мой язык. Оу, как мило. Я сплетаю с ним языки, слышу совсем тихий стон, а в мыслях он визжит от счастья, что целуется с «Венди». Чуствую, что ему и моей человеческой оболочке не хватает кислорода, отстраняюсь. Сосенка открыл глаза не сразу и не понял, кто его целовал, а я быстро пихаю эту рыжую к лицу Соснового Деревца. Она до сих пор в шоке. Что, сучка? Думала, будешь с ним целоваться? Иди хуи соси, а не к моей Сосенке лезь! The end Pov Билл «Эта рыжая шмара! Да как эта она посмела! Если бы она украла поцелуй моей Сосны, я бы на месте вырвал ей кишки! Да, еще Сосновое Деревце хочет завтра пригласить ее на очередное свидание, где собирается предложить ей встречаться! Сучка, сегодня же и убью ее!» — Билл, не двигаясь, лежал на своей койке. С каждой новой мыслью его лицо менялось от обычных нахмуренных бровей до сумасшедшего оскала. Смотря на друга, Тед скучал. Он замечал резкие смены настроения друга и как его тело иногда покрывается голубым огнем. «Он опять хочет кого-то убить? Если да, то я хочу услышать этот „наипрекраснейший“ план, заодно и посмеяться. По-моему, он вчера исчезал на какое-то время, а потом, когда вернулся, орал во всю глотку про „Рыжую бестию, что хочет отбить его человека“. Он так называет Венди Кордрой. Она нравится его человеку. Так вот почему он злится…», — брюнет хмыкнул, вставая с койки. — Эй, Сайфер! Поднимай задницу и рассказывай свой очередной план по убийству той рыжей! — Стрендж упал на живот блондину, тем самым выводя из мыслей и заставляя вскрикнуть: — Идиот! Стрендж! Какого хрена?! Слезь с меня! — демон дернулся, резким движением сбрасывая брюнета с него. — Ты какого Дьявола орешь? — Сайфер встал с койки, смотря на друга сверху-вниз. Тот сидел на полу, опираясь руками и гаденько ухмылялся. — Ой, да ладно тебе. Я тут понял, что замышляешь очередное убийство. Может, поделишься своим «гениальным» планом? Да, к тому же, можно орать во всю глотку — мы на этом этаже одни… — говорил демон, вставая и отряхивая запачканные штаны. — Но только на этом этаже. — Эх, я до дрожи в коленках хочу убить ее, но… — Сайфер, чуть успокоившись, но продолжая светиться синим огнем, подтвердил слова друга об убийстве. Но брюнет резко перебил его, не думая о последствиях, из-за чего глаза блондина окрасились в красный. Тед прыснул в кулак. — Больше ты хочешь взять своего человека? — Тед меланхолично пожал плечами, складывая руки на груди и закрывая глаз. Билл посмотрел на брюнета, как на умственно отсталого, а потом приложил руку ко лбу с мыслями: «Дьявол, какой же он идиот». Тед приоткрыл глаз, чуть прищуриваясь. — Это да, но… Я еще не придумал план по ее убийству, — Билл наигранно безнадежно опустил руки и плечи. Но его игра быстро закончилась, и начались тихие смешки. Тед сразу смекнул, что должно происходить, поэтому просто наблюдал за неестественно вывернутыми руками, слушая истерично-сумасшедший смех. План в голове появился за долю секунды. — Ну что, сударь? Какой на этот раз план созрел в вашей голове? — Стрендж вальяжно присел на свою койку, закидывая ногу на ногу и кладя руки на колени. Сайфер нервно хихикал, иногда присвистывал. — Слушай внимательно, Стрендж, и внимай всеми фибрами своего несуществующего сердца, — Сайфер упал на матрац, из-за чего пружины внутри задергались, раскачивая тело. Тед тоже сел, скрестив ноги в позу лотоса и облокотился на них, прикрыв глаз, не видя, как его друг спокойно лежит, но его голос действует с силой и жаждой крови.

***

— Ну вот. Я рассказал тебе все. Даже мое любимое подробное расчленение, — Билл пожал плечами и повернул голову в сторону Теда. Тот хмыкнул и прислонил пальцы к подбородку, потирая. — Так, — Билл недовольно поднял бровь, не закрытую повязкой, и закатил глаз. — Ты хочешь этой ночью зарубить ее и выложить ее волосы дорожкой, чтобы он пошел по «тропинке» и наткнулся на потроха. Потом он должен заметить ее голову и… — Тед чуть приоткрыл рот и, передразнивая друга, приподнял бровь, тоже, не закрытую повязкой. Сайфер устало полностью закрыл глаз и щелкнул пальцами. В тот же момент в голову Стренджа прилетел лазурный огненный шар. Брюнет вскрикнул от неожиданности и ожога на теле, что быстро начал заживать. Блондин пожал плечами и ухмыльнулся. — Почувствуй свою тупость, — Тед буркнул под нос что-то про «демона чувств». Демон усмехнулся, — Да, знаю я, что демон чувств*. А так, я хотел, чтобы Сосенка почувствовал ту боль, когда они с этой сучкой хотели поцеловаться! — и, почти, угадав следующее восклицание брюнета, когда тот открыл рот, перебил друга: — Нет, я сам хочу все сделать, и тебя лезть своим квадратным носом не прошу, а пинаю, чтобы не мешал, — Стрендж обижено кивнул и отвернулся. — Все это намного легче, чем с первым убийством. Ты же говорил, что не ищешь легких путей, — После минуты молчания подметил факт Тед. Билл усмехнулся и посмотрел на демона, как на идиота и выдал: — Пф! — Стрендж дернулся. — Я не искал, оно само попалось на мой крючок**, — Тед тихо хихикнул, но понятливо кивнул. Блондин тоже начал хихикать, но вскоре рассмеялся в голос. — И эта блондинистая Лама должна после очередного убийства уволиться к чертям собачьим! А Сосна останется со мной и только со мной! На остаток вечера и всю ночь Тед отправился в родное измерение к Дее. Билл же остался, так как по правилам этой «игры» демону приходиться жить в людском мире. От своих мыслишек Сайфер быстро провалился в царство людского Морфея, пусть, это было не обязательно, но, по мнению демона, сон был довольно-таки приятной штукой. «Волосы. Они рыжие, такие знакомые» — Диппер шел по «тропинке» из рыжих волос, так похожих на волосы той девушки. Какой девушки? Диппер сам уже не помнил: почему эти волосы кажутся такими знакомыми, любимыми, но в тоже время ненавистными. Вспоминаются лживые зеленые глаза, которые пленили развратом и удовольствием, а не нежностью и любовью. Постепенно клочки становились все больше, а предчувствие все сильнее набирало обороты. Вскоре клочки рыжих волос превратились в кроваво-красные капли. В атмосфере витал чуть металлический запах крови, что никак не улучшало чувство ненависти и страха. Запах металла постепенно смешивался с гнилью, да и кровь была запекшаяся и гнилая, противная. Пайнс-младший принюхался и поднял голову вверх. На одной из сосен, кривой и, опять же, знакомой, была повешена голова его ненавистной возлюбленной. Возлюбленной и ненавистной? Пайнс не понимал, что происходило в его голове. Вдруг, над головой раздалось такое нежное и мягкое «Сосновое Деревце». Это было так душевно, с любовью. Руки шатена непроизвольно потянулись к этому любимому солнцу. Да, именно, любимому. Солнышко само, в ответ, протягивало свои руки. Было так тепло. Солнышко начало приобретать черты лица. Острые, где-то мягкие черты. Они такие знакомые, но воспоминания будто стерли. Солнце так сильно похоже на этого психически больного пациента. Сейчас он не выглядит страшным, пугающим, все приобретает краски, и этот милый сон… так не хочется, чтобы он заканчивался. Блондин нежно прикоснулся своими губами к чужим губам. Им обоим было так хорошо и тепло вместе. Тепло и нежность развеялось. Его кто-то настойчиво тормошил за плечо. — Стрендж, чего тебе? — А как же убийство той дамочки? Или тебе плевать, что если ты не сможешь получить своего человека, то будешь страдать и умрешь? Ты предназначен ему судьбой, как и он тебе. Не каждому дана возможность прожить бессмертную жизнь с человеком, ему же даруется бессмертие. Сайфер встал с койки и щелкнул пальцами, приводя себя в надлежащий вид.