Ветер, раздувающий пламя

Просыпаться в хорошем настроением даже после неудачного дня крепко вошло у Макото в привычку, но сегодняшнее пробуждение едва ли можно было назвать приятным. Футон, на котором спал мальчик, был уже достаточно старым, чтобы там образовались неприятные хлопковые комки, которые ощущались как россыпь мелких булыжников, больно врезавшихся в спину. Как бы Макото не ворочался, он не мог найти удобного положения тела. Так же где-то в первом часу ночи Фугаку проснулся и заявил, что ему жарко, и потребовал открыть окно, понимая, что отказ вызовет очередной «концерт», Макото подчинился просьбе своего гостя. Данное действие вышло мальчику боком. Да, в комнате стало прохладнее, но тот факт, что он пожертвовал свое одеяло Фугаку, его совершенно не радовал. Получилось, что к неудобному футону добавился пронизывающий ветер. Простужаться Макото совершенно не хотелось, поэтому он достал из шкафа зимнюю накидку, пару теплых носков и шерстяную шапку. Накидка была сделана из пушистой овечьей шерсти, что добавило мягкости его «постели» и мальчик наконец смог уснуть, но, как оказалось, ненадолго. — Макото, вставай! — детский голос, подкреплённый прыжком прямо на спящего, прорвался сквозь зыбкую пелену сна. Почувствовав удар, Макото резко вскочил, сбросил с себя Фугаку, но только для того, чтобы в эту же секунду заключить ребёнка в захват, обхватив его ногами в районе шеи и схватив его руку в выпрямленном положении мертвой хваткой между своих. Через мгновение он открыл глаза. — Фугаку? Ты что творишь?! — Это ты, что творишь?! Мне больно! — в уголках глаз мальчика блеснули слезы. Макото поспешил освободить ребёнка из захвата, успев попутно прочитать небольшую лекцию о том, что нападать на спящих перечит всем правилам честного боя. Но Фугаку был слишком обижен и не предал значения его словам. — Ты долго спишь, Макото, — буркнул мальчик. — У меня сегодня выходной, — сонно стягивая шапку, проговорил Макото. Из-за статического электричества его волосы были больше похожи на перекати поле. Эта картина очень рассмешила Фугаку и заставила почти полностью забыть о своей обиде. — Нет, у тебя миссия, — указывая на себя пальцем, заметил Фугаку, — И миссия очень хочет есть! — Всё в порядке, это всего на пару дней, — думал Макото по пути на кухню. Из-за общего разбитого состояния спуск по лестнице ему казался вечным: шея жутко затекла, а из-за этого резкого захвата без малейшего разогрева, он, кажется, слегка потянул правое плечо. В это же время Фугаку вприпрыжку спустился на первый этаж и занял место у стола, за которым обычно сидел Макото. К этому моменту родителей мальчика уже не было дома: Тадаши отправился на очередную миссию на пару с Анбу, деталей которой он никогда не раскрывал, Ирими же на пять следующих дней была приставлена в качестве охраны к одному из богатых торговцев, который несколько раз в год отправляется в Страну Молний, известную своими горам и, конечно, разбойниками там проживающими. Макото давно знал, что беспокойство может оскорбить его родителей, ведь они могут посчитать, что сын сомневается в их навыках. Поэтому мальчик быстро отучил себя от ненужных чувств и просто заучил для себя, что нет такой ситуации, из которой его родители не вышли бы победителями. Так получилось, что на это время все домашние дела ложатся на плечи Макото. Уход за домом был не самой сложной задачей, основная сложность сейчас уютно устроилась на его месте за столом. Фугаку был настроен более чем решительно. — Я хочу данго и ещё того вкусного чая. — Так, давай проясним ситуацию, — начал Макото, повязывая фартук, — Я не твой слуга, в свитке было написано «сопровождение и обеспечение безопасности», а не «обслуживание и потакание любым прихотям». А как я вижу, ты не в опасности, так что я разогрею рис с натто* и выбор, есть это или нет, будет за тобой, — мальчик развел руками и достал из холодильника уже готовый рис, а из отдельного контейнера натто. Благо Ирими перед отъездом успела приготовить первый завтрак для мальчиков, но вот с последующими приёмами пищи Макото нужно было разбираться самому. — Мама делает вкуснее, — Фугаку отрешённо ковырял поставленный перед ним завтрак. — Не хочешь — не ешь, — Макото, тем временем, почти закончил трапезу, — Но в таком случае я съем всё быстрее тебя и выиграю, — ехидно усмехнулся он. Как генин и ожидал, Фугаку «набросился» на рис с такой скоростью, что чуть ли не давился едой, но в конечном итоге тарелка была пуста, а ребёнок сыт. — Воды? — Да! — слегка покашливая, отозвался Фугаку. После завтрака встал логический вопрос: а что делать теперь? В академию его не отправить, потому что выходной, заставить сделать уборку будет просто невозможно, а значит, нужно чем-нибудь его занять, чтобы он поскорее устал. Идеальным вариантом была прогулка по деревне или по более камерному кварталу клана, чтобы было легче уследить за активным семилеткой. Макото быстро расправился с посудой и скомандовал Фугаку идти переодеваться, так как сейчас самое время для того, чтобы подышать свежим воздухом. Благо Фугаку не нуждался в помощи при переодевании. Макото же, в свою очередь, первым делом повязал на лбу протектор, начистив его пластину до блеска. — Я тоже скоро буду такой носить, но мой будет лучше, — уже на пороге дома сказал Фугаку. Погода стояла отличная, от вчерашнего зноя осталось только одно название, между домами гулял легкий ветерок, дышать было легко и свободно. Такая погода всегда доставляла Макото особое удовольствие: было достаточно тепло для прогулок, но недостаточно холодно, чтобы утепляться, а главное — никакой духоты. Первым пунктом своей прогулки мальчики наметили магазинчик внутри квартала клана Учиха — Сенбей Ятеншу. Его хозяином был Учиха Акио, он был одним из немногих членов клана, который решил отказаться от пути шиноби, такого же мнения был и его тринадцатилетний сын Теяки. В магазинчике можно было купить вкуснейшие в деревне скрытого листа изделия из рисовой муки, в особенности — рисовые крекеры. Макото прихватил с собой небольшую часть своей вчерашней выручки с миссии, этого количества денег должно было хватить, чтобы один день позволить себе побыть богачом. — Здравствуйте, дядюшка Акио, — приветливо сказал Макото, заходя в магазинчик. На его приветствие ответил добродушного вида полный мужчина. Он носил бежевую косынку, серую рубаху с рукавом в три четверти, черные свободные штаны и длинный фартук поверх всего. Акио представлял из себя человека бесконечно доброго и душевного. Видимо эта его черта и не дала ему вступить на путь ниндзя, просто невозможно представить, чтобы такой человек поднял на кого-нибудь руку, он даже тесто взбивал с особой любовью. — Привет, ребятки, — расплылся в улыбки мужчина, — Решили начать день с лучшей в мире выпечки? — Мы ели рис на завтрак, — недовольно отвел глаза Фугаку. — Надо это срочно исправить! — дядюшка Акио встал с места и подошёл к прилавку, — С каким вкусом хотите? Шоколад, орехи, помадка, а может, — он еле сдерживал смех, — Васаби? От последний слов мальчики слегка поёжились, что не могло не рассмешить хозяина магазинчика. Какими бы разными не были Макото и Фугаку, но в отношении сладостей они всегда сходились на одном — на шоколаде, так что выбор вкуса был очевиден. — Шоколад! — переглянувшись, выпалили они оба, — Мы возьмём четыре штуки, — добавил Макото, положив деньги на прилавок. — Ого, Макото, ты уже был на миссии? — неожиданно за спиной мальчика появился удивленный сын дядюшки Акио — Теяки. — Да, был, — переведя дух, ответил генин, — Пожалуйста, не подкрадывайся ко мне так больше, а то я и ударить тебя мог… — Он-то мог, — вспомнив утренний инцидент, Фугаку нервно почесывал шею. — Ты извини, просто интересно было, — рассмеялся Теяки. Смех мальчика был почти точь-в-точь такой же как и у его отца — светлый и добрый. А главное он действительно не хотел пугать Макото. Поблагодарив дядюшку Акио, мальчики покинули магазин. Они прошли до ближайшей лавочки и принялись за вкуснейшие лакомства. Этим рецептом владел только один человек во всех Конохе — дядюшка Акио. Свою знаменитую выпечку его семья создает почти с самого основания клана Учиха, что делает её абсолютно уникальной. В квартале клана нет ни одного дома, где к чаю не подавали бы изделия Акио. — Макото, а почему у тебя ещё нет шарингана как у меня? — вдруг спросил Фугаку. — Видимо, я ещё не испытал достаточно сильные эмоции, чтобы его пробудить, — задумался Макото, — А как ты получил свой? — Я спас нашу кошку от стаи собак, — непринужденно ответил мальчик. — Серьёзно?! Всего лишь кошку?! — Это не всего лишь кошка, это моя кошка, понял? — обиженно бросил Фугаку, — если бы я её тогда не спас, её бы разорвали на мелкие кусочки прямо передо мной! — Ладно-ладно, я понял, — похлопав мальчика по плечу, заключил генин. Но на самом деле в его голове никак не могло сложиться такое стечение обстоятельств. Отец всегда говорил ему, что Учиха пробуждает свой шаринган только в случае сильного эмоционального переживания, такого как утрата близкого человека в бою или же желание защитить товарища, или, как было с Ирими — желание воссоединиться с дорогим ей человеком, не смотря ни на что, даже под страхом смерти. И в эту картину никак не вписывалось помощь кошке, Макото просто не верил, что зверюшка может так сильно повлиять на эмоции, но, видимо, Фугаку был исключением. Макото уже пару лет изо всех сил старается пробудить свой шаринган, но не помогли ни изнуряющие тренировки, ни самовнушение. Иногда мальчик ловил себя на мысли, будто ему просто не дано освоить эту великую технику, будто он какой-то бракованный Учиха. Но он старался подальше отгонять от себя эти дурные мысли, просто сейчас не время, значит, пока он не готов. Но когда пробьет нужный час — он, Макото, вступит в бой с такой силой, которую только можно представить. Рисовые крекеры были съедены на удивление быстро, а значит начинается новая часть «развлеки семилетку». Фугаку выглядел заметно скучающим, что могло означать только одно — в любую секунду он может начать капризничать и рядом не будет взрослых, чтобы его успокоить. Тогда в голову Макото пришла гениальная идея. — Фугаку, я тут подумал, — нарочно повесив паузу, начал Макото. — И? — мальчик продолжал отвлеченно болтать ногами. — Я подумал, что, может быть, ты хочешь немного потренироваться со мной… Ну, знаешь, сюрикены, тайдзюцу…- не успел Макото перечислить и половины своего арсенала, как в глазах Фугаку зажёгся невероятный интерес. Мальчик тут же спрыгнул со скамейки и начал тянуть Макото за руку, — Конечно хочу! Пойдём быстрее! Казалось, что мальчишка от радости вот-вот выпрыгнет из штанов. Генин выбрал одну из тренировочных площадок внутри стен деревни, она находилась совсем недалеко от госпиталя. Да, она была не такой большой, как та, где команда номер три впервые встретилась с Казуки-сенсеем, но вполне пригодной для небольшого спарринга или метания сюрикенов или кунаев. Как и ожидалось, на площадке совсем никого не было, большинство генинов получили свои первые выходные, а шиноби более высокого ранга чаще предпочитают тренироваться за пределами Деревни Скрытого Листа, чтобы своими техниками случайно не повредить какое-нибудь здание. Первым делом Фугаку потребовал выдать ему сюрикены. На удивление Макото, мальчик почти идеально поразил все три мишени, причём даже без особого труда. Обычно, чтобы провернуть подобный трюк первогодкам академии нужно тренироваться не менее полугода, а некоторым и больше. Фугаку быстро охладел к метанию железок, по нему было видно, что он ужасно хочет отомстить Макото за утренний приём, ведь не может же сын главы клана остаться в проигравших! Мальчик отошел от генина на расстояние нескольких шагов и, хмуря лоб, сурово произнес: — Я вызываю тебя на бой Макото! Удивленный таким заявлением генин сперва принял это за шутку. И попытался выйти с «суровым воином» на диалог. — Если ты хотел, чтобы я показал тебе пару приёмов мог бы просто попросить, зачем так кричать? — улыбнулся он. — Я не хочу приёмы! Я хочу драться! — Фугаку встал в боевую стойку. Макото повторил его движение и готовился с легкостью уходить от атак своего маленького оппонента. Но стоило Фугаку сорваться с места, как Макото понял, что мальчик настроен более чем серьёзно. Из-за того, что Фугаку был меньше ростом, за его действиями было сложнее уследить, да и бить он старался по настоящему, будто это последний бой в его жизни. Пару раз он почти смог достать до Макото, но тот успевал уворачиваться в самый последний момент. — Хватит бегать от меня, давай драться! — его крик слегка переходил в детский яростный писк. Эта ситуация напомнила Макото его последний бой в академии, только сейчас он совершенно не хотел использовать на Фугаку ни одну из его техник, потому что это бы нарушало бы условия его миссии «обеспечение безопасности», а какая тут может быть безопасность, если одним ударом Макото сможет сломать мальцу нос или выбить пару зубов. Так что ответных ударов он позволить себе не мог ни в коем случае. А Фугаку наступал всё напористее, демонстрируя удары с разворота и сложные для его возраста серии атак. Макото старался запомнить каждую, но опять же, будь у него сейчас шаринган, он бы с легкостью добавил пару ударов Фугаку в свой арсенал. Видимо, мальчика помимо академии много тренирует отец — глава клана Учиха. — Так не интересно! — воскликнул мальчик, занося руку для очередного удара. Макото всё же решил подыграть ему и сделал вид, что собирается подпрыгнуть, но одного он не учёл. Пока он мостился на прыжок, Фугаку успел активировать свой шаринган и прочитать в движениях генина фальшь. Для него Макото двигался будто медленнее на пару секунд, так что раскрутившись быстрее оппонента Фугаку нанес, какой мог, сильный удар ногой по лицу Макото. — Я тебя достал! — воскликнул мальчик и почти тут же его ноги подкосились. Он бы упал прямо на землю, если бы не Макото, поймавший его, — Ах-хах, ты получил, — обессиленно смеялся Фугаку. — Да уж…- думал генин потирая щеку, он был несказанно рад тому, что этот поединок не попался на глаза Хироки, случись такое, Учиха никогда бы не заставил товарища по команде не смеяться над ним. Больше всего в этой ситуации его поразило действие шарингана, раньше он не видел силы этих глаз в условиях, пусть и около шуточного, но всё же, реального боя. До этого шаринган он мог наблюдать, только если попросить кого-нибудь из родителей, но и те неохотно демонстрировали глаза, объясняя, что это вовсе не игрушка, которую можно включить или выключить, чтобы развлечь ребёнка. Макото был более чем уверен, что если бы Фугаку не воспользовался шаринганом, он бы даже не дотронулся до него. Мальчик видел, как быстро двигался его младший товарищ, такое может подарить только обладание этой техникой, он будто видел его движения наперед. Такой навык может привести человека непосвящённого в состояние ступора, будто его противник видит будущее. Эта битва добавила Макото ещё больше желания побыстрее приблизиться к получению этой заветной техники. — Я сильнее тебя, вот так, — щелкнул пальцами Фугаку, казалось, что мальчик вот-вот потеряет сознание, что немало взволновало Макото. — Ты потратил много чакры, думаю, нам пора домой, — потрепав волосы «победителя» заметил генин. — Макото, — смущённо произнёс Фугаку, — Я, кажется, не могу идти… О! Я придумал, ты меня понесёшь! — Кто бы мог подумать, — думал Макото, пока будущий глава клана карабкался к нему на спину. Как только генин поднялся на ноги, Фугаку окончательно обмяк, можно подумать, что мальчик ощущал себя как мешок с картошкой, но очень разговорчивый мешок с картошкой. Всю дорогу до кварта клана Учиха, Фугаку не замолкая рассказывал каждому прохожему, как он только что победил настоящего генина, даже не закончив первый курс академии. Макото старался не обращать внимания на горделивые выкрики своего «задания», он как примерный шиноби сопровождал объект в безопасное место, а точнее нес на себе уставшего мальчишку в сторону дома. Было немногим больше пяти часов вечера и на радость Макото Фугаку был совершенно истощен, у самого дома у мальчика не хватало сил даже для того, чтобы самостоятельно разуться. Здесь Макото почувствовал себя настоящей няней, ему пришлось тащить уставшего от своей великой победы воина сначала в ванную, чтобы смыть с него всю пыль и грязь, для этого Фугаку пришлось вымачивать в ванной около сорока минут, попутно не давая ему уснуть. Потом его ещё нужно было одеть мальчика в чистую одежду, несмотря на его протесты и желание остаться в пыльной, потому что это, видите ли, «победная одежда». Да, именно «победная». Под конец водных процедур Макото казалось, что на руках он несет не человека, а очень воинственно настроенную тряпичную куклу, требующую к себе уважения от проигравшей стороны. Как только Фугаку был бережно уложен на кровать, он сразу же заключил в крепких объятиях плюшевого кота, мальчик во всех подробностях начал рассказывать игрушке как прошёл его день. — Ты не уснешь пока я хожу за ужином для тебя? — подозрительно взглянув на зевающего мальчика, спросил Макото. — Я никогда не пропускаю ужин, — Фугаку даже не секунду не отвлекся от кота, чтобы ответить. По пути на кухню Макото задумался о небольших странностях в поведении Фугаку. Мальчик старается вести себя так, будто он вовсе не ребёнок, будто повсюду ему нужно всем доказывать свою силу, иначе он может кого-то опозорить. Казалось, что из него воспитывают сурового главу клана и не дают ни секунды, чтобы почувствовать себя ребёнком, хотя бы на мгновение. Сейчас никто не говорит ему, как себя вести и его совершенно не отличить от других детей его возраста. Только одна деталь — у Фугаку совершенно нет друзей. Макото никогда не видел, чтобы он бегал с другими ребятами ни внутри клана, ни на улицах Конохи вообще. Может быть, он так зацепился за эту плюшевую зверушку, потому что плюшевый кот не сможет ничего потребовать от него? Эти и другие мысли роились в голове Макото, пока он искал, чем же можно накормить Фугаку. В холодильнике ещё оставалось немного готового риса и натто, но даже в таком состоянии Фугаку точно откажется от подобного ужина. Остальное надо было готовить… Так что Макото решил, что для легкого ужина подойдёт нарезанное яблоко, несколько шоколадных конфет из коробки, которую он получил в подарок от Комацу. И стакан горячего чая. Можно подумать, что здесь совсем нечего есть, но Макото решил воспользоваться небольшой хитростью: под конфету он, с помощью меда замаскировал половину хьёрогана**, изобретённого его матерью. Как известно, такие таблетки шиноби используют, чтобы восстановить силы во время боя, но обратный эффект этих стимуляторов — ужасная усталость. Ирими не устраивал такой исход, поэтому она слегка поколдовала с формулой и в итоге получила прекрасный аналог,отлично подходящий для длительных миссий, где могут возникнуть проблемы со снабжением продовольствием. Целая таблетка может заменить три приёма пищи, т.е такой стимулятор может сэкономить немало времени, которое обычно тратиться на перерывы, чтобы подкрепиться. Учитывая это и то, что из еды у них сегодня был только завтрак и небольшой перекус, можно с полной уверенностью преподнести Фугаку половину пилюли, главное, чтобы он не успел почувствовать ее специфический вкус, который отдалённо напоминал сыр с плесенью. Но по расчетам Макото, мёд должен был нейтрализовать этот привкус. Фугаку и вправду сдержал свое слово. Мальчик дождался ужина и был очень рад такому выбору пищи. Как и ожидалось, конфеты от съел первым делом, быстро запил всё чаем, а к яблоку даже не притронулся, видимо, пилюля начала действовать чуть раньше, чем думал Макото. — Что-то я объелся, — заключил Фугаку, зевая. — Предлагаю объявить отбой. — Никакого отбоя, я полон сил! — ещё более сонно протестовал мальчик. — Спорим, что я усну быстрее тебя, — уже начал Макото, но остановился, услышав легкое сопение — Фугаку уже спал. Во сне он совершенно не казался таким воинственным малым, которым старался быть во время бодрствования. Сейчас это был просто уставший мальчик после целого дня игр и больше никто. Макото начал задумываться, что эта миссия не настолько ужасна, как ему могло показаться изначально. Генин сразу слегка приоткрыл окно, облачился в зимнюю одежду и приготовился ко сну, который на удивление быстро подступил, даже несмотря на «каменистые» комочки футона и легкий сквозняк. *Натто — традиционная японская еда, произведённая из сброженных соевых бобов. Особенно популярно это блюдо на завтрак. Обладает специфичным запахом и сладко-солёным вкусом с горчинкой, а также липкой, тягучей консистенцией. Чаще всего употребляется на завтрак в паре с рисом. ** Хьёроган — специальные таблетки, которые используют шиноби для увеличения запаса чакры и силы. Они состоят из мощных стимуляторов и питательных веществ. Обратной стороной приёма является смертельная усталость, испытываемая шиноби по истечении срока действия пилюль.