Мысль - слово - дело

      За время отсутствия друзей в лагере явно похозяйничали. Спальники, которыми были накрыт мешок с запасами, были растащены в стороны, а сам мешок обзавёлся огромной дыркой и полностью опустел. Котелок явно пытались вскрыть. Об этом говорили следы мелких зубов на ремешке, не дающем крышке открыться, и тоненькие царапины, которыми были покрыты крышка и часть бока котелка.        — Даэдровы злокрысы! Всё им неймётся!        Тольсгар со злости пнул мелкий камешек. Ф’Жухрай тем временем открыл котелок.        — Не беспокойся, Тольсгар, Ф’Жухрай открыл котелок и может сказать точно, еды нам хватит ещё на сутки.        — Придётся по торопиться. Хорошо, что злокрысы хотябы соль не сожрали.       Пока друзья обследовали коридоры Ветреного Пика, начало темнеть. После ужина Ф’Жухрай достал лист бумаги и кусок угля и стал высчитывать комбинации. А Тольсгар приводить лагерь в порядок. Он притащил из разорённого лагеря по соседству несколько ржавых капканов и расставил их вокруг места стоянки.        — Ф’Жухрай, вокруг лагеря ходи осторожно! Я ловушки на злокрысов расставил.        — Ф’Жухрай будет внимательным, — сказал каджит не отрываясь от дела.       Ночь прошла без происшествий. Злокрысы больше не отважились потревожить авантюристов. Утром было решено перенести лагерь в тоннель, и выставить на входе капканы. На всё это авантюристы потратили 3 часа.       Ворота открылись только с 12 ой попытки. Каждая попытка подразумевала выставление нужной комбинации в нишах и активацию рычага посредством длинной верёвки. Пирамиды поворачивались с трудом и не охотно выходили из пазов. Ф’Жухраю с Тольсгаром приходилось вместе налегать на пирамиды. Это всё далеко не увеличивало скорость работы. На то, чтобы повернуть все 4 камня уходило по 10 минут.        И вот, спустя два с половиной часа вместо знакомых звуков выстрелов духовых трубок друзья услышали громкий лязг цепей. Авантюристы выбежали обратно в зал. Решётка была поднята, проход свободен. Ф’Жухрай подошёл к открывшемуся проходу и посмотрел внутрь.        — Ф’Жухрай! Открылась! Я думал мы только зря время теряем, а оно вот как! Ты просто гений!        — Тольсгар, ты говорил, что такие загадки — очень частое явление. Ну, и Ф’Жухрай решил, что механизм открывается подобным образом. Он не удивится, если механизм многоразовый и нам придётся потом открывать ворота с той стороны.        — Чего мы ждём, усатый! Идём скорее! Золото ждёт нас.        — Ф’Жухрай не был бы так уверен в этом.        — Почему?        — А ты посмотри там, в конце коридора.        В конце коридора лежало 6 трупов. Ф’Жухрай и Тольсгар подошли к ним. Бард опустился на колено и осмотрел трупы более тщательно, засунув руку за ворот стальной кирасы и проверив пояса мертвецов.        — Их обобрали. Да и судя по ножу в глазнице этого, передрались они. Победитель забрал всё, а проигравшие всё потеряли. Включая жизнь. Хмм, а ведь это отличная история для песни!        — Эти трупы, они здесь давно лежат? — Ф’Жухрай опасливо огляделся по сторонам.        — Да, одни кости остались. Эээх, брони добротные, дорогие были. Сейчас проржавели все. На деньги, которые стоит одна такая кираса можно два года жить не в чём себе не отказывая. Жрать в 3 горла, пить лучшие вина, одеваться в богатую одежду!        — Ф’Жухрай не видит у этих войнов оружия.        — Так ясное дело, тот, кто их всех убил, оружие с собой забрал. Если их мечи были так же хороши, как и брони, то он смог их очень дорого продать.        — Ф’Жухрай считает, что они не передрались.        — Почему?        — Броня одинаковая и с эмблемой на груди. Такие бывают только в элитных наёмничьих отрядах. А там и выучка и спаянность отряда. Не могли они друг друга начать резать.        — Над этим мы можем гадать бесконечно. Здесь ничего интересного нет, пошли дальше.       Небольшой коридор закончился комнатой. В ней находился белый каменный не то стол, не то алтарь, под ним стоял сундук. Тольсгар первым делом, подсвечивая себе факелом, полез проверять сундук. Ф’жухрай же пошёл осматривать другой конец комнаты.       В другой части комнаты оказалась винтовая лестница, ведущая вниз. Ступени были деревянными и выглядели не лучшим образом. Было видно, что почти все они сгнили. Ф’Жухрай не стал испытывать судьбу и вернулся к Тольсгару, который с разочарованным взглядом осматривал остатки вскрытого им сундука.        — Ф’Жухрай, у меня такое ощущение, здесь пришёлся кто-то до нас. И проходя мимо этого сундука, забрал всё ценное и выгрузил из своего рюкзака всякий хлам. Вот этому дырявому сапогу нету даже года! И я уверен, что его сюда положили не древние норды!        — Ф’Жухрай не удивлён. Эти гробницы уже долгие годы обшариваются искателями приключений. Найти что-нибудь стоящее мы сможем только когда пойдём до мест, до которых никто не доходил.       Тольсгар покряхтел и пошёл в сторону лестницы.        — Как ты думаешь, она выдержит наш вес?        — Ф’Жухрай в этом совсем не уверен. Даже больше, он уверен, что она нас не выдержит.        — Нужно рискнуть. Я пойду первым, без рюкзака. Чтобы весу меньше было. Когда я спущусь, крикну тебе и ты скинешь мне обе сумки, а затем спустишься сам.       И он, сняв рюкзак, осторожно начал спускаться. Лестница скрипела и стонала, но пока выдерживала.        — Эээй, я спустился! Кидай.       Ф’Жухрай осторожно, по очереди, скинул рюкзаки и начал спускаться сам. Ступени опасно трещали и прогибались под весом каджита, на пальцах из подушечек сами собой, от напряжения, вылезли когти. Две ступеньки даже немного надломились, когда Ф’Жухрай на них наступил.        И вот, наконец лестница закончилась. Внизу Ф’Жухрая ждал напряжённый Тольсгар. В руке он держал меч, а у его ног лежали три свежих трупа вездесущих злокрысов.        — Ну что, всё в порядке?        — Да, можно идти.       Дальше был снова коротенький коридор. Из него друзья попали в следующую комнату. Здесь по краям стояли скамьи и несколько тяжёлых металлических стеллажей. Посередине был каменный стол. Копия того, что стоял в предыдущей комнате. На столе было несколько почти рассыпавшихся в прах книг и маленькая стеклянная бутылочка.        Тольсгар подошёл к столу, настороженно прислушиваясь к окружающим звукам. Ф’жухрай пошёл осматривать стеллажи, тоже не теряя бдительности и не выпуская из рук топор.       На полках не было ничего интересного. Только насквозь проржавевшие тарелки, сгнившие чашки и ни куда не годные книги.        — Ф’Жухрай! Смотри сюда!       Тольсгар держал в руке маленький пузырёк, наполненный странной жидкостью.        — Что это? Ф’Жухрай не знает зелья такого цвета, хотя и немного смыслит в алхимии.        — Это, друг мой, яд паралича. Капелька такого яда на лезвие кинжала, жертву стоит им только поцарапать и яд полностью парализует её. Этой бутылочки хватит, чтобы заплатить весь наш долг и ещё нам немного останется. Видишь клеймо на пробке? Это печать мастера алхимика. Зелья и яды с такой печатью самые лучшие и баснословно дорогие.        — Кто же мог оставить это тут? Раз этот яд так дорого стоит.        — Возможно владельцу требовалось место для чего-нибудь более ценного в денежном плане.       Тольсгар замотал бутылочку в полоску ткани и осторожно положил в рюкзак.       Дальше после, очередного коридора, оказалась пустая комната. Половина её была завалена камнями. На камнях лежал труп в добротной кожаной броне. Слева был проход в следующие комнаты.       Как обычно осматривать труп пошёл Тольсгар. Ф’Жухрай по тому же самому обычаю решил осмотреть проход в следующий зал.       Каджит ещё на подходе разглядел перегораживающие арку блестящие в свете факела Тольсгара нити. К арке Ф’Жухрай уже не подошёл, а тихонько подкрался и прислушался. Из соседнего зала раздавалось тихое шуршание. Как будто кто-то переставляет множество лапок. Эти звуки, толщина и прочность паутины буквально кричали о наличии тут гнездо морозных пауков. Ф’жухрай помнил, лекции по алхимии о ценности яда этих пауков. Также, он помнил и об опасности, которую представляют эти членистоногие.       Мохнатый исследователь не стал долго стоять на месте и вернулся к Тольсгару.       А тот тем временем закончил снимать с трупа броню и начал аккуратно упаковывать её в свой рюкзак.        — Тольсгар. Там, дальше гнездо морозных пауков.        — Плохо, но решаемо. — Он закончил завязывать ремешки на рюкзаке и встал с колена.        — Ты хочешь сказать, что мы пойдём к ним? Ф’Жухрай не понимает тебя.        — Жвала морозных пауков не способны пробить толстую кожу наших с тобой броней. Твоя куртка тоже достаточно прочна. Главную опасность доставляет их яд. Они им плюются, и довольно метко. При попадании на кожу появляются ожоги и соответственно паралич. Так что, нашей главной целью сейчас является защитить лицо. Морозные пауки редко набрасываются на жертву вблизи. Они предпочитают парализовывать жертву на расстоянии.        — А если их там очень много и они всем скопом набросятся?        — Бьёшь в голову, со всей силы. У них крепкий хитиновый панцирь. Но топор должен неплохо его пробивать. Или, на крайний случай, жвала руби. Они не защищены хитином.       Тольсгар подошёл к проходу затянутому паутиной. Снял рюкзак и достал оттуда длинную полоску перевязочной ткани и разорвал её на две половины, протянув одну Ф’Жухраю.        — Вот, замотай голову и хвост. И смотри, чтобы щелей не было. Оставь только щёлки для глаз.       Ф’Жухрай накинул на голову капюшон и плотно замотал сверху толстой тканью для перевязки. Тоже самое он проделал и с хвостом.        — Ну что, готов?       Тольсгар уже стоял перед проёмом, готовый прорубаться внутрь. В одной руке он держал готовый к бою меч, в другой факел. Из-за плотной повязки его голос звучал очень глухо.        — Ф’Жухрай готов к битве.        — Главное, береги глаза. Ну, да поможет нам Талос.       И он, разрубив паутину шагнул в комнату. Ф’Жухрай тоже не стал мешкать и, достав из петли на поясе топор, двинулся следом за товарищем.       Первые две секунды ничего не происходило. Друзья как можно быстрее начали прорубаться к противоположному концу комнаты. Паутина была повсюду. Ею была заполнена вся комната. Тольсгар со всей доступной ему скоростью орудовал мечем, прорубая проход. А потом зал превратился в план Обливиона. Со всех сторон началось движение, в друзей полетели шары паутины, заполненные ядом. Они врезались, лопались и бессильно стекали с брони, оставляя на дубленой коже беловатые следы. Ф’Жухрай только и успевал прикрывать рукой глаза от токсичных снарядов. Потом пауки полезли и в «рукопашную». Они прыгали на авантюристов и сбоку и сверху. Ф’Жухраю несколько раз приходилось отпрыгивать в сторону. Ему постоянно приходилось наносить удары топором, большинство из которых не попадали по цели. За три минуты такой « прогулки» Ф’Жухрай убил 7 пауков. А меч Тольсгара впереди, так вообще свистел не останавливаясь то разрубая паутину, то сокрушая многочисленных гадов. Два раза маленький отряд упирался в стену, и два раза он, под натиском пауков поворачивал в другую сторону и продолжал движение. И наконец, спустя, казалось бы, вечность, они вышли в другой зал. Пауки сразу же прекратили преследование, только изредка плевались через дверной проём.       В конце этого коридора была очередная комната. На первый взгляд она была безопасной и жутко уставшие авантюристы решили устроить здесь привал.       Отдыхали друзья не долго. За час они успели слегка почистить броню, снять с голов повязки и подкрепиться бульоном из фляжек.        — Ф’Жухрай больше никогда не сунется к паукам! С этого момента он их не переносит!        — Не торопись, нам ещё назад возвращаться.        — Ничего, Ф’Жухрай один разок потерпит.        — Ага, ладно, давай идти дальше.        Следующий зал был абсолютно пустой, если не считать полтора десятка трупов разной степени повреждённости на полу. В стенах были высечены продолговатые горизонтальные углубления. Тольсгар, как обычно, пошёл осматривать трупы. Ф’Жухрай же стал обследовать всё, что не имело к трупам отношения.       В зале ничего интересного не было. Если здесь что-то и хранилось, то это что-то давно уже вынесли.        — Ф’Жухрай, я тебе теперь верю. Такое ощущение, что тут было сражение между драуграми и искателями приключений.       Ф’Жухрай подошёл к одному из драугров. Это был мёртвый норд, закованный в толстую кирасу. Плоть на ощупь была твёрдая. Иссохшееся тело норда было пропитано солью. Настолько хорошо пропитано, что полностью перестало гнить. Мышцы были словно каменные. Кожа покрыта белым налётом. Ф’Жухрай попробовал снять с драугра кирасу и металлические поножи. Сделать это не получилось. Броня была монолитной. Ни одной щели, ни одной застёжки, как будто доспехи ковали прямо на мертвеце. Возможно, это какая-то магия. Древние норды были довольно могуществены и Ф’Жухрай считает, что им сделать подобное было вполне по силам.        — Ф’Жухрай, представляешь, я не нашёл ни одного целого доспеха! Даже на том аргонианине без головы железная кираса пробита в двух местах.        — Ф’Жухрай считает, что с этого момента надо быть более осторожными. Неизвестно, встанет ли ещё какой драугр. Вдруг их не всех ещё перебили.       Дальше друзья шли ожесточенно прислушиваясь и стараясь ступать как можно тише. У Тольсгара это получалось не очень. Его шаги, несмотря на все его старания, эхом уносились вглубь коридора.        Следующий зал был не слишком большой. Почти копия предыдущего, но с отличиями. Во первых, на полу было всего два трупа искателей приключений. Во вторых, полки, выдолбленные в стене не были пусты. На них лежали высохшие, просоленные тела драугров. Возле каждой полки стоял каменный стол. Всего было три полки и возле каждой полки стояло по столу. На столах лежали разнообразные вещи. На одном лежал большой двуручный меч. Он был очень хорош. На слегка темноватом металле отсутствовала ржавчина, а на гладком лезвии легонько переливались дорожки рун, напитанных под завязку энергией. Рядом с мечом лежал комплект доспехов: рогатый шлем, панцирь, наручи и поножи. И всё идеально сохранилось. Драугр же был одет в доспехи куда более худшего качества. Ф’Жухраю даже пришла в голову мысль, что древние норды хоронили своих товарищей в специальной погребальной броне, которую невозможно снять с мертвеца, и со специальным погребальным мечем. Иначе, почему они не надели на покойного его броню и не положили рядом с ним его меч, а сложили всё это рядом? Над этой полкой была табличка со словами «Арнгор таарос Орлар ти ван Током». Ф’Жухрай скопировал надпись, чтобы перевести её позже. Возле второй полки на столе лежали два изящных кинжала, такой же изящный лук, в темноте его можно было бы спутать с эльфийским, но отличия всё же были. Оба кинжала и лук были покрыты едва заметным рунным свечением, что говорило о том, что оружие зачаровано. Надпись над этой полкой гласила «Арнгор таарос Фарод ти ван Ровес». Её каджит также скопировал. Ф’Жухрай подозревал, что на этих табличках указано кто лежит на полке под ними. Возле третьей полки на столе лежала трость из того же неизвестного Ф’Жухраю металла, что и меч по соседству. Навершие трости было в виде чёрной головы какого-то старца. Рядом лежал ритуальный кинжал в ножнах с таким же, как и на трости навершием. Также на столе стоял металлический ящик. На нём была изображена голова дракона. По его бокам ходили лёгкие магические всполохи. Возможно, в этом ящике что-то очень ценное и ящик нужен для лучшей сохранности.       Тольсгар стоял посреди зала и смотрел на все эти богатства ошалелыми глазами.        — Ф’Жухрай, ты представляешь, как мы теперь богаты? Один только тот двуручник по стоимости сравниться с добротным домом! А за вырученные за броню деньги можно богато его оставить! А если продать ещё и те кинжалы с луком, то можно ещё и конюшню построить и коня купить породистого!        — Тольсгар, будь осторожнее, этих двоих что-то убило. И оно вряд ли мертво.        — Да не бойся! Вокруг не души.       Ф’Жухрай кивнул и пошёл осматривать интересный барельеф у дальней стены, а Тольсгар направился к столами и стал парковать добро.       Ф’Жухрай же тем временем рассматривал каменное изображение на стене.       Там были изображены три человека. Тот, что посередине одет в развивающийся на ветру балахон. В руке держал ту самую трость. В другой руке у него была книга. Тот, что стоит слева, слегка присел, чуть наклоняясь вперёд. В руках он держал кинжалы, а за спиной висел лук. В его фигуре, стойке и взгляде было что-то от подкрадывающегося к добыче саблезуба. А если внимательно присмотреться, то можно понять, что это не мужчина, а женщина. Тот, что справа одет в латы, на голове рогатый шлем. Стоит прямо, обе руки, закованный в латные перчатки, лежат на навершии стоящего вертикально меча. Взгляд уверенный, гордый.       Осмотр барельефа прервал крик Тольсгара.        — Аааааа, Ф’Жухрай помоги!       Каджит обернулся и увидел такую картину: Тольсгар стоял в боевой стойке и готовился защищаться от трёх драугров, которые встали с полок и окружили барда. Все они были вооружены погребальными мечами странной формы. Вот, секунда, и Тольсгару приходится отбивать первый выпад, затем второй, третий.        — Ф’Жухраааай!       Каджит достал из петли на поясе топор. Размахнулся им и побежал в сторону разгорающейся битвы.        — Ээээээээээааааахххххэх!       ДЗЫНЬ. Топор со звоном отскочил от рогатого погребального шлема. Отскочив, топор чуть не вывернул Ф’Жухраю руку. Драугр обернулся, посмотрел на нового соперника и тут же его атаковал. Ф’Жухрай с трудом у вернулся от меча. Но мертвец был очень ловок и умел обращаться с мечом, поэтому, молниеносным обратным движением довершил удар. Ф’Жухрая спасла большая бляха на груди и меч драугра лишь оставил на ней глубокую зарубку. От следующего выпадания Ф’Жухрай всё же успел увернуться и попытался атаковать сам. Рука каджита направила топор в грудь драугра. Попытка успехом не увенчалась. Мертвец с лёгкостью выбил оружие из руки Ф’Жухрая и тем же движением чуть не срубил ему голову. Каджит успел чуть присесть. Но покойник не остановился на достигнутом и сразу же ткнул мечом в плечо своего оппонента. Ф’Жухрай почти успел уйти из-под удара, но не повезло. Меч распорол рукав куртки на запястье и руку обожгло болью.        — Ааааай!       Ф’Жухрай на мгновение замешкался и тут же был повален на пол ловкий подсечкой драугра. И ему тут же пришлось откатиться в сторону, чтоб не быть нанизаным на погребальную железку. Затем каджит отскочил назад от рубящего удара, затем ещё, и ещё. Драугр решил больше не церемониться и нанёс удар в голову. Ф’Жухрай рванул в сторону, меч ударился в стену и с треском сломался. Каджит как можно быстрее на четвереньках отполз на некоторое расстояние, поднялся на ноги и повернулся к своему противнику. Драугра потеря меча не смутила. Он набросился на Ф’Жухрая с кулаками и идеальным ударом в нос впечатал мохнатого авантюриста на стену.        — Ааааах — В глазах Ф’Жухрая все поплыло.       Драугр занёс кулак для нового удара и… его голова резко отлетела в сторону, а тело рухнуло на пол.        — Ну че, усатый, живой?        За телом драугра стоял потрепанный Тольсгар, держа в руках меч одного из мертвецов. Обломок его меча торчал из глазницы одного из его противников.        — Ага. — Только и смог пробормотать Ф’Жухрай, перед тем, как потерять сознание.