Неожиданно

Как такое могло произойти Мидорима совершенно не понимал. Просто в один момент чего-то стало не хватать. Чего-то или же все-таки кого-то? Было немного непривычно никого не наблюдать вблизи. Очень непривычно. Больше недели Мидориму никто не доставал, но это, вопреки ожиданиям, не приносило радости. С утра снайперу приходилось одному идти в школу, где он все время проводил в одиночестве за учебниками. На тренировке же Мидорима выполнял дневную норму, получая пасы от Такао, который окликал его «Мидорима-кун». Только благодаря отменной реакции Шинтаро раз за разом принимал мяч. А потом он понял, что неимоверно соскучился по радостному и звонкому «Шин-чан». Сейчас Мидорима, заканчивая персональную тренировку, краем глаза следил за «ястребом». Он и сам не знал, почему, но Такао так и притягивал взгляд изумрудных глаз. — Твою мать, — тихо выругался Мидорима, споткнувшись и пропустив мяч. — Чертов Такао, чтоб тебя! Подхватив мяч, Такао что-то крикнул капитану, и тот, кивнув, разрешил окончить тренировку. В раздевалке, как и всегда, было очень шумно. Ребята смеялись и шутили, подначивая друг друга и попутно обсуждая сегодняшний день. Впрочем, снайпер Шутоку не принимал участия в общем разговоре. Слыша звонкий голос Такао, он невольно думал о том, что приключилось пятью днями ранее. Flash Back: — Шин-чан! — громкий вопль напарника отвлек Мидориму от важных мыслей. — Знаешь, я и не думал, что ты будешь ждать меня! — Такао, идиот, не шуми. Ты не дома, — немного грубо оборвал Мидорима. Такао усмехнулся и чуть убавил тон. Но замолчать «ястреб» был физически не способен, а потому продолжал болтать без умолку, не обращая внимания на то, что его, в общем-то, и не слушают вовсе. Скорее всего, Мидорима за время общения с Кисе научился отключать слух, когда нужно. Какой же Такао доставучий! Особенно сегодня. Брюнет весь день трещал, не умолкая и тем самым просто выводя Мидориму из себя. Шинтаро не мог сосредоточиться на уроках. Поэтому не удивительно, что он не выдержал. — Такао! — прогремел голос на весь зал. — Закрой уже свой рот и отъебись от меня наконец! Доставай своими разговорами кого угодно, но не меня! — грубо потребовал Мидорима. Все до единого игроки посмотрели на первокурсников. Да, такого поворота никто не ожидал. Но того, что произошло далее, ожидали еще меньше. Сегодняшний день был полон сюрпризов. Такао затих, широко раскрыв глаза от изумления. — Как скажешь, Мидорима-кун, — справившись с шоком, спокойно произнес Такао. — Я больше не побеспокою тебя. Почти сразу Мидорима понял, что перегнул палку. Он хотел было все объяснить Такао, но тот уже исчез из поля зрения снайпера. Flash Back the End: Мидорима вздохнул и привычным жестом поправил очки. Поначалу снайпер думал, что это хорошо, что Такао наконец-то оставил его, но теперь он был уверен, что срочно нужно что-то сделать. — Такао, — немного хриплым голосом позвал Мидорима. Брюнет встрепенулся, но даже не глянул в сторону товарища, отвечая на вопрос Мияджи. — Такао! — раздражаясь, крикнул бомбардировщик. — Мне нужно с тобой поговорить. — А мне нет, Мидорима-кун, — наконец обратив внимание на Шинтаро, ответил Такао. — Сейчас я жду Римму, и мы с ней идем в кино. Мне некогда с тобой разговаривать. Римма не так давно перешла в Шутоку и попала в класс к Такао и Мидориме. Она всем казалось очень гордой и эгоистичной, но потом полюбила Такао, который был, несомненно, предметом воздыхания многих девчонок. Римма всеми силами пыталась привлечь внимание разыгрывающего и вскоре ей это удалось. При более близком общении Такао понял, как все ошибаются насчет Риммы. Она оказалось очень веселой и доброй девчонкой. К тому же, Римма тоже любила поговорить, иногда пытаясь переплюнуть в этом Такао. В общем, с ней было легко и удобно общаться болтливому Такао. Впрочем, если уж на то пошло, Такао не любил Римму как девушку. Наверное, многие осудили бы этого парня, но вряд ли он бы кого-нибудь послушал. Это же Такао! Он всегда делает то, что считает нужным и правильным. — Такао! — голос Мидоримы эхом разлетелся по всей раздевалке, заставив команду вздрогнуть. — Я сказал: нам надо поговорить! — Не нам, а тебе, — хмыкнув, ответил Такао. — А мне ты, помниться, велел заткнуться. — Такао, прекрати поясничать! — хмуро бросил Мидорима, не привыкший к такому поведению. — Да что тебе от меня надо?! — не выдержав, закричал Такао. — Ты, вроде, ясно озвучил свою позицию! Чего ты теперь до меня докопался?! — Такао, не зарывайся… — угрожающе прошипел снайпер. Такао уже открыл рот, чтобы ответить Мидориме. Однако перепалку остановил капитан. Он мгновенно оказался между напарниками, сверля их грозным взглядом. — Вы что тут устроили? — гневно спросил Ооцубо. — Это вам не базар с бабками! Вы находитесь в приличном месте и обществе! Я не собираюсь слушать ваши вопли на весь зал! Если вам некуда девать энергию, можете продолжить тренировку, — капитан смотрел то на Мидориму, то на Такао. — Если же нет, тогда будьте добры продолжить балаган за воротами школы! — потребовал Ооцубо. — Вам все ясно? — Простите, пожалуйста, Ооцубо-сенпай! — быстро бросил Такао. — Больше такого не повторится, я обещаю! Могу я идти? До свидания! — и не дожидаясь разрешения капитана, Такао исчез из раздевалки. Мидорима, чертыхнувшись, хотел тоже уйти, но капитан остановил его. — Мидорима, у меня тоже есть к тебе разговор. — Да, Ооцубо-сенпай? — снайпер вопросительно посмотрел на капитана. Как только Такао исчез, Мидорима сразу же остыл, а также почувствовал желание хорошенько врезать себе. Да кто же его все время тянет за язык?! Он же может быть другим. Но почему же у него никак не получается помириться с Такао? Помириться? Неужели Мидорима, наконец, понял свою ошибку? — Послушай, — начал Ооцубо. — в целом я знаю всю ситуацию. Но, знаешь, ты очень не прав. Такао все время стремился стать тебе другом, а ты так грубо оттолкнул его. Я вообще удивляюсь, что он отвечает тебе, не игнорируя. К слову, я бы уже давно плюнул и оставил все попытки сблизиться с тобой. Подумай над этим! — и тоже покинул раздевалку. *** Слова Ооцубо не шли у Мидоримы из головы. Он ворочался в кровати, стараясь уснуть. Но не мог. Вся эта ситуация чертовски раздражала бомбардира. Как всегда, проснувшись рано утром, Мидорима включил радио, чтобы послушать прогноз Оха-Аса. «Раки сегодня на третьем месте» — вещал приятный женский голос. — «Сегодня вам следует быть очень осторожными и не делать необдуманных поступков. Впрочем, если вы примете верное решение и наступите на горло своей гордости, вас ждет сюрприз. Счастливый талисман на сегодня — плюшевый слон». Где брать слона Мидорима не представлял. По дороге в школу он заскочил в магазин игрушек. Сегодня Мидориме, безусловно, понадобится удача. Уроки пролетели для Мидоримы неожиданно быстро. Про себя он отметил, что сегодня Такао ведет себя непривычно тихо. «Ястреб» весь день провел в кабинете и даже отказался идти на обед со своими одноклассниками. Как же это было на него непохоже! Слишком задумчивыми казались глаза брюнета и его полуулыбка невольно ставила снайпера в тупик. — Такао, — Мидорима замолчал, прочищая горло, а затем продолжил: — Ты выслушай меня, не сбегая. Пожалуйста,— подумав добавил он. «Ястреб» даже не взглянул на Мидориму, но его молчание расценилось снайпером, как готовность слушать. — Послушай, — слова давались с неимоверным трудом, но Мидорима понимал, что другого шанса у него не будет. — Такао, пойдем выйдем. Я просто хочу поговорить. Такао, наконец, повернулся к Мидориме и нехотя кивнул, соглашаясь. — Хорошо, Мидорима-кун. Если после этого тебе станет легче, то идем. Такао медленно встал из-за парты и направился к выходу из класса. Внешне он казался весьма спокойным и даже холодным, но в душе брюнета бушевал целый ураган эмоций. Если бы Мидорима чуть лучше знал своего напарника, он бы заметил, как тот нервничает. Впрочем, и сам Мидорима нехило нервничал, то и дело поправляя очки привычным жестом. Такао шел вперед, не оглядываясь на спутника. После того случая брюнет не хотел больше иметь ничего общего с Мидоримой. Помимо баскетбола, конечно. Это на самом деле очень больно, когда тот кому ты готов полностью посвятить себя, грубо отталкивает, не понимая, как сильно он ранит. Мелкий разыгрывающий тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли, и остановился за школой, опершись спиной на стену и скрестив руки на груди. — Такао. Хватит вести себя, как маленький, — да кто же его все время за язык-то тянет! Мидорима мысленно отвесил себе леща, заметив ошарашенный взгляд на против себя. — Нет. Не то, — быстро сказал он. — Ты долго еще будешь обижаться на всякую ерунду? — да что же это такое?! — Ерунду? — Такао смерил Мидориму презрительным взглядом. — Я вовсе не обижаюсь. Ты дал мне понять, что я напрягаю тебя и тебе неприятно. Я же не тупой и все понимаю, — ответил брюнет, стараясь не сорваться на крик. — Что же тебе теперь от меня надо? — Ты не прав, — вздохнул Мидорима. — Порой ты бываешь очень надоедливым и несносным, но я, как бы, уже привык к этому. Иногда я говорю глупости. Просто я не привык с кем-либо делить свое личное пространство. Без тебя все совсем другое, Такао. Брюнет молча следил за этими попытками объясниться, а потом не выдержал. — Да мне все равно! — крикнул он. — Ты даже не представляешь, что я чувствовал каждый раз, когда ты отталкивал меня, затыкая или куда-нибудь посылая! Я же тоже человек и не могу все время находиться рядом с деревом или скалой! — по щеке брюнета скользнула непрошенная слеза, которую он зло смахнул. — Не могу, Мидорима! Я… — Такао хотел что-то еще сказать, но передумал и, резко развернувшись, собрался сбежать. Не отдавая себе отчета, Мидорима резко схватил Такао за локоть и потянул на себя. Одного взгляда в блестящие злыми слезами глаза хватило, чтобы Мидорима понял, о чем говорил Такао, и почувствовал огромную вину. — Значит, по-хорошему ты не хочешь… — угрожающе прошипел Мидорима. Мидорима снова заглянул в глаза перед ним, а затем, хищно ухмыльнувшись, прильнул к мягким губам, которые были все соленые от слез. Снайпер осторожно проник языком внутрь, не встретив никакого сопротивления. Мидорима и сам не ожидал, что так приятно целовать Такао, осторожно исследуя рот последнего. Такао широко распахнул глаза, позволяя себя целовать. Он, мягко говоря, пребывал в немом шоке, а потому не отвечал, но и не отталкивал настойчивого напарника. Странное чувство мгновенно поселилось в груди бедного парня. Внезапно стало очень жарко, а дыхание начало постепенно сбиваться. Выдохнув в приоткрытые губы Мидоримы, Такао наконец смог взять себя в руки. Брюнет резко отстранился и неспешно провел языком по своим губам. — Ч-что это было? — хриплым срывающимся голосом спросил Такао. А что Мидорима мог ответить? Он молча смотрел на Такао, гадая не начнет ли тот его ненавидеть еще больше после такого. — Не молчи! — потребовал брюнет, смотря прямо в изумрудные глаза. — Хорошо, — вздохнул Мидорима. — Я абсолютно не представляю, что тебе ответить. Просто в какой-то момент мне показалось, что это самый лучший способ извиниться. Я, наверное, сошел с ума… — Может, — согласился Такао, а в его глазах появился привычный лукавый огонек. — Но, думаю, я тоже, — брюнет резко дернулся вперед, и пока Мидорима не успел среагировать, быстро прижался к его губам, слабо улыбаясь. — Извинения приняты, — шепнул он, отстраняясь. — Шин-чан! Мидорима усмехнулся, который раз за день поправляя очки. — Кхм… Такао, чем ты сегодня вечером занят? — Шин-чан, ты будто девушку пытаешься на свидание пригласить, — засмеялся Такао. — Впрочем, я, как всегда, свободен. — Не хочешь после тренировки зайти ко мне? В голосе Шинтаро слышится неуверенность. Ведь он никогда еще никого не приглашал на свидания, но счастливым блеск в серых глазах стоил того. — Шин-чан! — наверное, крик Такао слышала вся школа. *** На тренировке сенпаи украдкой поглядывали на эту парочку. Однако очень скоро стало ясно, что переживают они напрасно. Смех «ястреба» и его звонкое «Шин-чан» разлетались по всему залу. Старшекурсники были приятно удивлены, когда увидели немного смущенного Мидориму и абсолютно счастливого Такао. Сегодня игра шла гораздо лучше. Конечно, ведь «свет» и «тень» Шутоку, помирившись, стали вести игру более слажено и рационально. — Такао, — Ооцубо подошел к разыгрывающему после окончания тренировки. — Значит, все в порядке? Такао удивленно посмотрел на капитана, а потом на его лице появилась счастливая улыбка. — Да. В порядке. Спасибо Вам, Ооцубо-сенпай, — и побежал догонять Мидориму, который уже вышел. *** Такао был у Мидоримы всего пару раз и то не проходил дальше коридора. Он с интересом разглядывал жилище своего друга. А друга ли? — Шин-чан. У тебя так интересно, — радости Такао не было придела. — Такао, не веди себя, как ребенок, — Мидорима прошел в свою комнату. — Ну, Шин-чан, я ведь еще не был у тебя ни разу. В комнате Мидоримы было темно, и Такао остановился на пороге, всматриваясь в сумрак. — Я тут подумал… — Такао вздрогнул от хриплого голоса над своим ухом. — Мне мало того поцелуя. Такао внезапно почувствовал, что внизу живота вдруг стало очень тепло, а сам он постепенно начал возбуждаться. Не медля ни секунды, брюнет резко развернулся, но тут же оказался прижат Мидоримой к стене. Руки снайпера осторожно забрались под футболку друга. Он осторожно оглаживал плечи и упругий живот, иногда надавливая на какие-то точки. Затем Мидорима наклонился ближе и начал осторожно целовать шею, ключицы и губы Такао, который словно плавился от этих горячих поцелуев. К этому времени парни уже спешно избавились от мешающей им одежды. Не выдержав Такао с силой толкнул Мидориму на кровать, но тут же оказался подмят под него… *** Думаю, чем все это закончилось, понятно. После этого случая Мидорима старался терпеть все выходки Такао. Конечно, ссоры стали частыми гостями в их доме, но теперь они носили совершенно другой характер. В школе никто не мог понять, что же произошло за эти два дня между парнями. Мидорима вдруг стал более мягким и терпимым по отношению к людям и в особенности к Такао. Сам же разыгрывающий защитник старался не так сильно выводить из себя своего парня. Своего. Парня. А другого и не надо!