Морские волки

Сиэль уже и забыл, как выглядит его дом осенью. Красивое место. Сначала в порту и не поняли, почему судно соседнего государства причалило без предупреждения. Только когда капитан корабля вывел на палубу невеселого принца, народ заликовал. Сиэль Фантомхайв вернулся! Королю сообщили через пятнадцать минут. Тот побросал все свои дела. Плевать. Его сын живой! Винсент Фантомхайв лично выехал его встречать. Сиэль был готов заплакать, стоило оказаться в крепких отцовских объятиях. Он понял, что очень сильно по ним скучал. Королю страшно было представить какие ужасы сын пережил, находясь в плену несколько месяцев. Никаких распросов ему не устроили. Только покой и ласка. Боги услышали их молитву. Мотросам, что помогли вырваться принцу из лап мерзких кровожадных пиратов, король преподнес бесценные дары. Каждому хватит для проживания на всю оставшуюся жизнь. Мать несколько дней не отходила от своего ребенка, словно боялась, что все это сон. И как бы Сиэль не утверждал, что все хорошо, все же понимал, что кое-кого ему не хватает. День за днем он не переставал думать о Себастьяне, впадая в настоящее уныние. Родители и подданные подразумевали, что парень вспоминает не самые приятные дни проживания в обществе пиратов, а потом стал в себе закрываться. Потому и внимания ему уделяли в несколько раз больше. Сиэль понял, что ему скучно просто жить на суше. Он вновь посвятил себя учебе. В основном медицине. После ранения Себастьяна ему захотелось узнать как можно больше обо всем. И это его поглощало. Помогало отвлечься от негативных мыслей.

***

Спустя несколько недель принц стал потихоньку отходить. Он дома. Пора вновь становиться тем, кем он должен быть — наследником короля. Однако размеренная жизнь пошла под откос после громкого оглашения: «Пираты! На землях Агимарии!» Подорвавшись со своего места, принц подбежал к окну. На фоне моря возвышался знакомый корабль. — Себастьян?..  Сиэль не мог оторвать глаз от знакомого флага. «Ради чего он вернулся? Это ведь верная смерть! Их корабль потопят, не успеют они ступить на землю!» А зная, что именно они причастны к похищению принца Агимарии… Сиэль с замиранием сердца следил, как гвардия отправляется в порт, как люди бегут подальше от берега. Слышатся выстрелы. «Что же там происходит?» — Сиэль от волнения непроизвольно стал грызть ноготь. Сердце бешено стучало, пока не услышал от пробегавших мимо слуг-сплетников, что пиратов схватили. — «Нет! Нет! Нет! Их же убьют!» Не став долго думать, принц сорвался с места, направляясь в тронный зал. Отбросов не удостоили даже чести подвести к трону короля. Только их главаря. Грязного оборванца, руководящего преступной шайкой. Того, кто похитил принца, держа в плену не один месяц. И зачем-то вернувшегося… Это и не давало покоя. Михаэлис стоял на коленях с гордо поднятой головой. Грязный, в крови, с открывшейся раной на боку, но не показывающий боли. Ни единым мускулом. С двух сторон от него стража, держат лезвия у шеи. Себастьян смотрит в глаза короля Агимании, ожидая главного вопроса. Но Винсент не успевает его задать, в тронный зал залетает сын. — Отец! — с тяжелым дыханием выкрикнул принц. Ему пришлось пробежать за три минуты почти весь замок. И он сразу увидел знакомые фигуры. Сердце сжалось. В каком же отвратительном состоянии они были… Михаэлис поймал его взгляд на себе. На губы напросилась едва заметная улыбка. Чертов путь стоил того, чтобы в последний раз увидеть мальчишку. Однако не стоил смерти его людям… Он согласился бы на пытки и смерть, только бы его людей отпустили. Но те бы не одобрили. Как и говорили: «Куда вы, туда и мы. В огонь и в воду — вместе». Сиэль не выдержал. Сорвавшись с места, он оказался около своего пирата под удивленные взгляды родителей, глаза которых расширились от шока, когда Сиэль загородил всех собой. — Не надо, отец, — в голосе скользнула мольба. — Не отправляй их на казнь. — Потрудись объяснить, — наконец подал голос король, сменяя сына тяжёлым взглядом. — Как понимать твою выходку? — Если бы не они, я бы давно умер. Все это время я был под защитой Себастьяна и его команды. — Что ты сказал?.. Хоть и не имея проблем со слухом, король не мог не переспросить. Не сходилось озвученное сыном с тем, что несколько лет творила шайка грязных животных, которых и людьми назвать трудно. Убив их, Фантомхайв сделает миру огромную услугу. — Они сохранили мою жизнь. Чтобы я не делал, сколько бы раз, по их правилам меня должны были убить, но Себастьян меня защищал. И его команда. Михаэлис всего на мгновение позволил боли отразиться на лице. И только потому что он стал испытывать тошноту и головокружение. Сейчас или никогда. Сохранит ли его сладкий мальчик им жизнь, или их казнят прелюдно. И все же последний раз мужчина хотел бы крепко поцеловать принца. Ощутить вкус его губ, шокировав всю страну Агимании, и умереть с усмешкой на губах. За своими мыслями он упустил несколько важных моментов. Повышающие тона дали понять, что разговор подходит к концу. А после приказ: «В темницу их всех!» Сиэль присел перед Себастьяном на корточки, пока его не подняли и не увели. — Я приду к тебе, — совсем тихо прошептал принц, с болью и нежностью смотря в знакомое лицо. Рука сама потянулась за платком, чтобы стереть с лица кровь. — Отец, — обратился к родителю, обернувшись. — Им нужен врач. Стража без проявленной осторожности подняла пиратов на ноги. Слова сына король оставил без ответа. Однако не без внимания. Сразу же, как каждого рассадят по отдельной камере, он отправит лекарей к тем, у кого серьёзные раны. Сиэль не мог дождаться вечера. Ему невероятно сильно хотелось быть с его пиратом. Принц скучал. Скучал по их перепалкам, по их ночам. Скучал по улыбке его пирата. Красивым глазам. Фантомхайв боялся этих чувств. Походил на влюбленную девчонку, разлученную с любимым. А ведь пока они не увиделись вновь, после долгой разлуки, он и не предполагал, что эмоции окажутся так сильны, выходящие из под контроля. Не думал, что ощутит острую потребность быть рядом, освободить и… уплыть. Куда угодно. Лишь бы не покидать больше. Никогда.

***

С наступлением темноты Сиэль, прихватив с собой несколько пледов, зная, что в темнице сейчас холодно, отправился вниз. Вряд ли о пленниках позаботятся. Благо слуги уже спали. Он смог пробраться до темницы. Охрана задремала, принцу на руку. По мере того как двигался, столько и отдавал тёплых вещей. Ребята встречали его с вымученными ухмылками, почти как своего, и с благодарностью принимали данные им вещи. Как и думал Сиэль — ни капли заботы. Корка засохшего хлеба, вода и общество крыс в предачу. В целом, как насчитал ещё в первую сегодняшнюю встречу, их прибыло шесть человек, и седьмым оказался их капитан. Потому всех и распределили по отдельным камерам. Каждому хватило пледа. Остался в руках последний. Себастьяна посадили в самую дальнюю и глубокую темницу. — Себастьян? — позвал Сиэль, останавливаясь перед камерой. Как же больно было его видеть. Весь в крови. Хорошо, что рану залатали. И стоило ему услышать родной голос, превозмогая неприятные ощущения, он поднялся на ноги и оперся о решётки. — Сиэль, — тепло улыбнулся и протянул руку. Чёртово ограждение! Непреодолимое желание обнять, а столько ограничений! — Я здесь, — юноша взял своего пирата за руку. — Я здесь... — улыбка сама просилась на губы. — Дурак, зачем ты приехал? Ты же был ранен. Я думал, что ты погиб, — глаза наполнились болью, — я места себе не находил... Не было сил больше терпеть! Оказавшись вплотную к чертовой решетке, мужчина наклонил к себе мальчишку и впился в его губы желанным поцелуем, в который вложил всю тоску и радость. Даже ограждение не помешает этому воссоединению! Сиэль ответил с тем же жаром. Слезы покатились по лицу. Кажется, он совсем разнежился. Он был счастлив, что его пират сейчас был тут. Ладонь свободной руки легла на пораненную щеку мужчины, ласково ее поглаживая. — Ты плачешь? — хрипло спросил, как только отстранился от сладких губ. — Я… — Сиэль сглотнул, — просто рад, что ты жив. — Ненадолго, я думаю, — коротко усмехнулся мужчина, перехватывая руку мальчишки и целуя в открытую ладошку. Он задержал губы на нежной коже, словно в последний раз ее целовал и ощущал вкус. Что, возможно, так и будет. — Я не позволю. Я придумаю, как тебя и твоих людей освободить. — Выбраться из клетки — основная проблема. Если найдешь для нас связку ключей от каждой камеры, мы сами сможем добраться до корабля. Вот только не без приза, — последнее добавил, слегка прикусив кожу на ребре руки. — Сиэль, если ты помогаешь, я заберу тебя. Весь этот путь проделан только ради тебя. — Заберешь?..  Сиэль не веря смотрел на своего пирата, даже не дернув ладонью. Укусы не приносили боли. Наоборот, они показывали, что Сиэль не спит. — Заберу. И глазом не моргну. — Ты ненормальный, — неожиданно ласково прошептал Сиэль, невольно улыбнувшись. — Лежал бы дома. Отдыхал. Со мной бы за это время ничего не случилось. Зато сейчас ты с раной. Твои люди измождены. Глупо так бросаться только ради своей игрушки. После легкого кашля, вызвавшего новые оттенки боли от побоев и раны на боку, Михаэлис с хриплым смешком заглянул в глаза обеспокоенного принца. — Я не стал бы плыть на верную смерть ради игрушки. — Тебе надо лечь, — Сиэль протянул пирату плед, стараясь не краснеть. Слова что-то в нем затронули. — Я загляну к тебе еще. Принесу что-нибудь поесть. Забрав плед через решетку, Себастьян снова вплотную приблизил к себе мальчишку. — Перед тем, как ты уйдешь, я хочу получить от тебя поцелуй. Еще один. Сиэль сам поддался вперед, касаясь губ своего пирата сначала в нежном касании. Он скучал и этой близости ему не хватало. Как быстро принц стал зависим от своего похитителя. Это настоящая болезнь… ненавидеть так сильно когда-то, желая смерти, а сейчас… Михаэлис углубил поцелуй и обхватил голову мальчишки. Не даст уйти, ни за что. Будет целовать, пока воздух в легких не закончиться. Не известно, что произойдет после того, как Сиэль уйдет. Его могут поймать и запереть в какой-нибудь комнате, а шайку пиратов с их командиром, повесить на закате. — Я уговорю отца отпустить тебя, — в самые губы прошептал Сиэль. — Не дам причинить тебе еще больший вред... Почему же ты стал так дорог мне? — Потому что ты без ума от меня, — улыбнулся Михаэлис, чмокнув в губы. — Все, уходи. Пока тебя не стали искать. — До завтра, — прошептал Сиэль, урвав еще один поцелуй и убегая из темницы.