Хоть что-то в этой жизни не меняется

Бьякуя внимательно посмотрел на Ренджи и поднес к губам пиалку с саке. Абараи, кажется, позеленел, но тоже отпил рисовой водки и по руконгайской привычке занюхал рукавом. Кучики-старший поморщился. Ренджи смутился и поспешно потянулся за закуской. — Ты ее любишь? — в голосе Бьякуи не звучало пьяных ноток, хотя они уговаривали уже третью бутылку. И все же на трезвую голову Ренджи соваться к своему капитану бы не рискнул, особенно ради того, чтобы попросить руки его драгоценной сестры. — Л-люблю! — уверенно икнул Абараи, наливая еще саке, — да я ее так люблю… да я за нее жизнь положу! Да я хоть прямо сейчас меноса голыми руками… — он попытался встать, но Бьякуя удержал лейтенанта, одним резким хлопком по плечу вернув его на место. — И я ее люблю! — печально сказал тайчо. Поймав звереющий взгляд Ренджи, добавил: — Она же моя сестра! Моя гордость! Я ради нее тоже жизнь положу… вот прямо сейчас пойду Айзена удушу… На этот раз Абараи удержал развоевавшегося капитана. — Ну так признайся ей, — сказал Бьякуя, передумав идти в Мукен, — чего ты кота тянешь за… ну ты понял. Ренджи опустил глаза, даже не заметив такого странного выражения из уст рокубантай-тайчо. — Я не могу! Я… я… я боюсь. — Так я же разрешаю, — не понял Бьякуя, — я вас благословляю, иди к ней, когда проспишься. — Вы не понимаете, тайчо, — страдальчески сказал Абараи, — я ее боюсь! Бьякуя задумался. Маленькая и хрупкая сестра не казалась ему человеком, которого можно бояться. И все же… иногда он ловил в глазах Рукии такие выражения, от которых даже у него бегали по спине мурашки. — Так, я не понял, — сказал Бьякуя, — ты чей лейтенант, мой или не мой? — Ваш! — отрапортовал Ренджи. — Мой лейтенант не может быть трусом. Слушай. Завтра я организую вам романтическое свидание, и ты предложишь моей сестре стать твоей женой. Отказа я не приму. А ты — примешь, если она не захочет. — Есть! — обреченно сказал Абараи и упал лицом на стол.

***

Как только он проснулся, то увидел, что все еще находится в поместье Кучики, куда вчера так нагло приперся. Вокруг его постели стояли слуги. Ренджи и рта открыть не успел, как эти годами вышколенные люди потащили его в ванную, где долго и тщательно мыли, как будто он до этого душа не принимал, причесывали и чистили ему зубы, а потом долго переодевали в костюм. Потом они предприняли попытку его подстричь, но Ренджи взбунтовался и поэтому его длинные волосы просто заплели. Абараи посмотрел в зеркало и тут же скис. Дорогой костюм и галстук смотрелись на нем, как на корове седло. Прическа дополняла картину… В дверном проеме появился Бьякуя. Глянув на своего лейтенанта, он пробормотал что-то вроде «ну хоть немного на человека похож», и, сделав рукой приглашающий жест, повел Ренджи за собой. Оказавшись в Генсее, Ренджи и Бьякуя отправились в ресторан, который уже был заказан на весь вечер благодаря Урахаре, которому рокубантай-тайчо оплатил ремонт магазина. Усадив Абараи за стол, Кучики-старший сунул ему в руку коробочку с кольцом, смерил оценивающим взглядом, сочувственно поцокал языком и ушел. Ренджи бесило все происходящее. Галстук казался ему удавкой, ботинки натирали, коробочку с кольцом он едва не потерял, и уже жалел, что связался с Бьякуей — мог просто подкараулить Рукию в темном переулке и сказать все, как на духу, а там пусть сама думает, где его труп прятать. Зараза аристократическая. Все девки как девки — недавно две свадьбы сыграли, одну за другой, что Орихиме, что Хинамори — лапочки, согласились сразу, радостно, Орихиме даже плакала! А эта… Однажды Ренджи уже пробовал сказать Рукии, что любит ее, но получил кулаком по ребрам и зарекся.

***

Она была красивая. Ренджи не знал, кто ее наряжал, но уж точно не Бьякуя, потому что платье Рукии открывало ее худенькие плечи и обтягивало грудь. Немного отросшие волосы украшала белая роза. Кучики-младшая элегантно приземлилась напротив Абараи, взмахнула ресницами и внимательно на него посмотрела. Ренджи сглотнул. — Рукия, я… Привет, сегодня такой хороший вечер! — Хороший, — настороженно согласилась Рукия, посмотрев в окно, — а почему посетителей в ресторане нет? — Так это… выходной! — просиял Ренджи. — У кого? — не поняла Рукия. — У посетителей! — доверительно сообщил ей Абараи, борясь с желанием накрыть лицо рукой и понимая, что он несет несусветную чушь. — А, вот как, — совершенно серьезно сказала Рукия. — Давай за встречу, — обреченно выдохнул Ренджи, разливая по бокалам шампанское. Меньше всего ему сейчас хотелось алкоголя — голова после вчерашнего возлияния еще трещала, но нужно было тянуть время. Рукия пригубила бокал. Ренджи пялился на ее открытые ключицы. Он понимал, что момент икс все равно настанет, но пытался оттянуть его изо всех сил. Как будто по заказу, зазвучала медленная музыка. — Давай потанцуем! — догадался Ренджи. — А ты умеешь? — округлила глаза Кучики-младшая. Ренджи не умел, но признаваться было бы не комильфо. Он встал из-за стола и как можно галантнее протянул Рукии руку, приглашая ее на танец. Она взяла его ладонь, поднимаясь и становясь рядом. Ренджи в отчаянии посмотрел в окно, благо, Рукия стояла к оному спиной. В окне он увидел Урахару, который изо всех сил пытался показать, как надо вести даму. Кое-как сообразив, Ренджи положил ладонь на талию Рукии, другой рукой взял ее за руку и неумело закружил в танце. Он не наступал ей на ноги только потому, что она вовремя уворачивалась. А потом музыка закончилась, зал окутали сумерки, и луч сверху осветил танцующую пару. Абараи понял, что пора, и, надеясь, что не потерял злосчастную коробочку, отпустил Рукию, сделал шаг назад и, вместо того, чтобы медленно встать на одно колено, резко упал на оба, чувствуя головокружение после танца. — Ренджи! — Рукия бросилась к нему, явно забеспокоившись, но Абараи рявкнул: — Стой на месте! Рукия замерла, пока он шарил по карманам, разыскивая кольцо. Наконец найдя, Ренджи поднял глаза на Рукию, протягивая ей коробочку на ладони. — Возьмешь? — все слова, которым учил его Бьякуя, вылетели из головы. Все эпитеты, которыми он должен был наградить Рукию — тоже. Все витиеватые признания в любви были забыты. Ренджи чувствовал себя полным идиотом. Рукия не была намного выше его, даже когда он стоял на коленях, и все же он ее боялся. Вот сейчас как шарахнет своим недавно освоенным банкаем… и поди пойми, что лучше — быть разрезанным на миллион кусочков от Сенбонзакуры или замерзнуть в глыбе льда от Соде но Шираюки. Рукия удивленно распахнула свои глазищи, взяла коробочку, открыла, увидела платиновое кольцо с бриллиантом и лишилась дара речи. Некоторое время они просто пялились друг на друга. — Горько! — раздался отчаянный вопль Урахары, — горько! Рукия шагнула к Ренджи и ткнулась губами в его губы. Абараи кое-как встал, подхватил ее на руки, чтобы было удобнее, и продолжил поцелуй. — Раз! Два! Три! — радостно считал Урахара. На «пятнадцать» Абараи увидел мрачного Бьякую и разорвал поцелуй. Рукия надела кольцо и теперь любовалась им, протянув руку перед собой. — Так ты согласна? — переспросил Ренджи. — Да конечно же, идиот! — привычно отозвалась Кучики. Хоть что-то в этой жизни не меняется…