Выжить в новом мире.

      Пятнистая Звезда сидела в бывшем кабинете Камня. Она печально расхаживала по комнате, стряхивала пыль с книг, хлопала дверьми шкафов. Она села на кресло, в котором любил сидеть Камень и закрыла лицо руками. Что-то тёплое, ранее не знакомое строгой королеве потекло по её щекам.       Слёзы.       Это были они.       Пятнистая Звезда встала и отёрла рукавом мокрые дорожки на щеках. Она посмотрела в окно, на голодающих людей, просящих милостыню. Сердце её сжалось.       Разве было такое раньше в Ривертауме?! Никогда. Зато теперь многие крестьяне, да что там крестьяне, некоторые дворяне, сидели на площадях и протягивали жестяные кружки или дырявые шляпы, смотря большими голодными глазами.       Что нельзя было сказать про выходцев Дарктауна. Каждого рождённого в этой стране болот, и приехавшего в Ривертаум, Звездоцап лично устраивал, делая каким-нибудь верховным лицом.       Но и этого было мало. Дарктаунские люди не жалели Ривертаунских. Для них делом чести было убить какого-нибудь крестьянина из Дарктауна. Развлечением было избить ребёнка из какой-нибудь бедной Ривертаунской школы, или украсть последнее у убогого бедняка, гнусавившего у богатого дома, тыча в ноги господ железной тарелкой, в которой лежало два-три медных гроша. Долгом было обесчестить девушку.       Был известен случай, прогремевший на всю страну, но горько покаравший восставших. Дарктаунские воины, совсем забыв совесть и хоть какое-то сострадание, украли четырнадцатилетнюю девушку прямо из её дома. Пятеро воинов жестоко изнасиловали бедняжку. Она еле пришла домой, а когда рассказала родителям, закололась обеденным ножом, чтобы не жить с позором. Обезумевший от горя отец сорвал со стены ружьё и застрелил этих ублюдков, одного за другим.       Узнав об этом, отца жестоко казнили, использовав забытое в веках жестокости и крови четвертование.       Вспомнив этот случай, кровь закипела в жилах Пятнистой Звезды. Она быстро села за рабочий стол Камня, достала государственную бумагу, и стала писать.                   «Премногоуважаемый Огнезвёзд, Король Стормтауна!       Я пишу тебе, измученная жестоким правлением Звездоцапа. Дети моей страны падают от усталости, старики умирают от голода, дети оказываются средством утех диких забав этих варваров!»       Резкий удар по затылку ударил Пятнистую Звезду о дубовый стол. Капельки крови из разбитого носа красными маками распустились на белой бумаге.       Чья-то грубая рука схватила её за шею, ещё несколько раз ударив об стол. Пятнистая Звезда тщетно пыталась ослабить удар, подставляя руки под лицо, это не помогало.       Рука невидимого карателя прижала её к стене. Пятнистая Звезда раскрыла глаза, слипшееся от её собственной крови из разбитого носа и брови.       Чернопят, жестокий телохранитель Звездоцапа, держал королеву на высоте неплохого стула, над землёй. Дыхание женщины становилось прерывистым, хриплым. Пятнистая Звезда несколько раз подумала о том, что пришёл ей конец. Она краем глаза видела как побагровели её руки, и догадывалась о синеве губ.       Мужчина отпустил руку, и Пятнистая Звезда обессилено упала на пол, тяжело дыша. — Если я ещё раз увижу такие письма, это будет с тобой, — сказал он, разрывая бумагу.       Пятнистая Звезда как загнанное в тупик животное прижалась в угол, одной рукой держа горло, с синеющими пятнами побоев, а другой вытирая текущую с носа кровь. В глазах была смесь страха и ненависти, презрения и разочарования. — Чего? — с ухмылкой произнёс Чернопят, шагая к женщине, — Больно небось, а?       Пятнистая Звезда, униженная, но не потерявшая гордость, молчала, глядя на Чернопята таким взглядом, что если бы он мог убить, то на Чернопята тут же свалилась люстра с потолка. — Ха, когда я скажу об этом Звездоцапу, тебе всё это игрой покажется…       Пятнистая Звезда вжалась в угол, сжав кулаки, до боли впившись в ладони ногтями. — Хотя, у меня есть одно непристойное предложение, из-за которого никто не узнает о это письме… Согласна?