Летний дождь

Дима открыл глаза и с удивлением взглянул на часы – 12:04. Неужели он проспал целую вечность? Он взглянул на парня, лежащего на животе и прикрытого простынёй. Неужели это не сон? Чтобы убедиться в этом он провёл рукой по спине Саши и тот промычал. Дима улыбнулся и прижался к нему, осыпая плечи, шею и щёки поцелуями. Дима любил это лицо, тело, в общем, всего Сашу. Он желал обладать им всецело, безраздельно и навсегда. В этот воскресный солнечный день он не хотел делить Сашу ни с кем. Этот день принадлежит только им двоим. Он тяжело вздохнул, чмокнул Сашу в плечо и с неохотой встал с постели. Достал из шкафа шорты с трусами и пошёл в душ. Пока прохладная вода ласкала тело, стекая по спине и груди, он размышлял о том, что произошло вчера. Неужели он влюбился? Никогда раньше он не желал настолько человека: тело, душу, сердце и разум. Впервые в жизни он был так счастлив, что хотелось поднять руки и взлететь, такую лёгкость он чувствовал во всём теле! Дима помыл голову шампунем с ароматом киви и жожоба. Его волосы успели отрасти, и теперь были по 6 сантиметров от корней. Н-да, его на работе даже считали вторым Томом Крузом. - Пффф! – «Больно мне это нужно! Женщины иногда проявляют такую тупость и назойливость». Дима вышел из душевой кабины и начал вытираться. Он ненавидел принимать ванну, но всё же установил и её, но из-за этого пришлось убрать умывальник. Планировка дома не позволяла развернуться вовсю. А, жаль. Из ванной комнаты он вышел посвежевший в своих бежевых шортах до колен, которые скорее походили на бриджи. Поставил электрический чайник и, распахнув окно, уселся на подоконник и закурил. Он подобрал под себя правую ногу и выдохнул дым, болтая в воздухе левой ногой. Дима услышал шорох и обернулся. Саша стоял на пороге комнаты такой сонный и желанный в белых плавках, что Дима широко улыбнулся. - С добрым утром! - С добрым утром. Саша был явно смущён. - Я в душ. - Чистые полотенца и халаты в тумбочке. - Хорошо, - произнёс он и скрылся из виду. Дима сидел и улыбался во весь рот, его так позабавила милая смущённость Саши. Без очков он выглядел ещё более сексуальным и милым. - Да уж, кажется я и правда влюблён. – Он проговорил, размышляя вслух. Затянулся ещё раз и выкинул окурок. Дима поставил на огонь сковороду, налил оливкового масла и положил нарезанные ломтики копчёной ветчины. Кинул туда помидоры и, обжарив всё с двух сторон до румяной корочки, разбил четыре яйца на свободные места и посыпал сверху натёртый сыр. Он выключил плиту и раскладывал приготовленную яичницу в плоские большие тарелки, когда Саша вышел из душа. Дима его не столько услышал, сколько почувствовал энергетику и нежный запах свежести. - Садись, кушать будем. – На последнем слоге фразы его голос предательски сорвался, как-то захрипел от нахлынувших внезапно чувств. Он поставил тарелки на стол, стараясь не смотреть на Сашу. Он едва сдерживался, чтобы не наброситься. - Чай пойдёт? – спросил Дима, разливая чай с бергамотом в белые широкие кружки с нежными голубыми васильками. - Да. Замечательно пахнет! Что это за чай? – спросил Саша, вдыхая аромат. - Эрл Грей с бергамотом, - ответил Дима и посмотрел на Сашу. Теперь он не мог отвести взгляд от чистого благоухающего тела, облачённого в белый махровый халат. Он был небрежно повязан, поясом на талии. Дима не мог отвести взгляд от нежной кожи на шее, белоснежных ключиц, серых глубоких глаз и лёгкого румянца на щеках. - Приятного аппетита! – произнёс Дима, слегка улыбнувшись. - Да, приятного аппетита. Саша начал кушать. - Очень вкусно. Кстати, похоже на что-то итальянское. - Я рад, что тебе понравилось. – Дима искренне улыбнулся, глядя в это милое кругленькое личико, совсем как у ребёнка. - А самому тебе доводилось бывать в Италии? - Нет, - он улыбнулся, и у Димы перехватило дыхание. - Я не любитель путешествий и многолюдности… - Понятно. А в отпуск, что обычно делаешь? - В основном, в городе остаюсь или зависаю на даче. А ты? – Лицо Саши стало более заинтересованным и живым. - В прошлом году ездили с матерью, сестрой и её мужем в Турцию. Но это традиция у нас. А до этого был у отца в Штутгарте, правда, всего недельку. – Он задумчиво прищурил глаза. - Что такое? - Слушай, не хочешь поехать со мной? Отец с семьёй уезжает отдыхать, кажется, в Стокгольм и я присмотрю за его домом. - Когда? – удивился Саша, его никогда ещё не приглашали так внезапно куда-то ехать. - В августе. Я понимаю, что это внезапно, но визы заранее нужно получить. - А твой отец не будет против моего приезда? - Сомневаюсь, он не придерживается консервативных взглядов, в отличие от матери… Саше показалось, что на миг глаза Димы стали грустными, холодными и отстранёнными, это длилось мгновение, поэтому он не был уверен. - Я подумаю. - Хорошо. – С этими словами Дима встал и положил посуду в раковину. Он мыл посуду, его вообще успокаивала вода, поток и даже её шум. Саша не понимал, почему Дима так внезапно предложил провести вместе отпуск. А главное, его пугало столь стремительное развитие событий. Он ведь совершенно ничего не знал о Диме. Его затягивало всё больше в этот смерч. Более того он не сопротивлялся, даже не хотел, к чему бы это? Дима вытер руки и посмотрел на Сашу, взгляд которого стал притягательным с поволокой. Не удержавшись, он прильнул к губам Саши, держа одной рукой подбородок. Саша даже представления не имел, насколько соблазнительно сейчас выглядел. Дима медленно ласкал своим горячим языком язык Саши и одновременно руками скользил по груди, а затем пальцами ласкал соски, поглаживая и пощипывая. Он следил за реакцией Саши, который откинул голову и начал тяжело дышать. Дима прильнул губами к соску и водил языком, продолжая второй сосок между тем тоже ласкать. Затем он развязал пояс на халате и стянул трусы, которые изрядно набухли. Дима прильнул губами к горячему изнывающему члену, изо всех сил стараясь работать языком и губами. Наконец, Саша кончил, и Дима уложил его на пол. Снял с себя шорты с трусами. Затем сплюнул сперму Саши в ладонь и, смазав ею свой член, и вошёл в Сашу, практически молниеносным толчком. - Ах! – выдохнул Саша, выгибаясь. На белоснежном халате его тело выглядело более розовым и к тому же горело. Дима сплёл их кисти рук, прижимаясь теснее, и поцеловал долгим, полным страсти поцелуем и задвигался. Они слились воедино, не понимая где находятся. Существовали лишь они сами и больше ничего. Они практически не дышали, дыхание стало прерывистым и тяжёлым. Наконец, последний толчок и оргазм пронзил их тела. - Хах … а-хаа… - выдыхал Саша. - Хаа… - выдохнул Дима и повалился рядом с Сашей на пол. Дима перевернулся на бок, и лениво начал поглаживать кончиками пальчиков кожу на руке Саши следуя к груди. Он понял, что никогда не насытится им. Затем прекратил ласкать и прильнул губами к его губам. Саша прикрыл веки и обвил руками шею Димы, сердце которого бешено, застучало в груди.