Летний дождь

Утро. Дима поднялся пораньше, приготовил завтрак и они с отцом и Амалией перекусили, а затем поехали в аэропорт. Диме тяжело было расставаться с отцом. В зале ожидания они ждали рейс. Даже когда мама наговаривала на отца, он ни на секунду не засомневался в нём. Об отце он узнавал исключительно от родственников – дяди и друзей. Все они говорили, что он замечательный работящий человек. Дима навсегда был и останется сыном для отца независимо ни от чего. 6:34. Дима начал обнимать и целовать отца и Амалию в щёки. Амалия пошла вперёд, а отец ненадолго остановился. - Знаешь, сынок, теперь я за тебя спокоен. У тебя есть любимый человек, и прошу, постарайся больше доверять своему сердцу, не бойся раскрыть свою душу, ведь любовь это всегда риск. - Спасибо, папа! – с теплотой отозвался Дима, обнимая его. На глаза навернулись слёзы. Они попрощались, но после этих слов в душе Димы остались теплота и любовь. Весь путь до дома он размышлял, расплатился с таксистом и зашёл в пустой дом. В столь ранее утро Саша ещё спал. Дима с трудом поборол в себе желание разбудить его поцелуем. Он вздохнул и приступил к приготовлению завтрака. После слов отца он чувствовал в себе неограниченный запас внутренних сил. Теперь он ни за что не отступится. На кухню вошёл Саша в синих джинсах, белой футболке и тонком шерстяном фиолетовом джемпере с закатанными до локтей рукавами. - Ты рано встал. Что-то готовишь? – Голос Саши звучал легко и спокойно. - Да, завтрак уже готов. – Дима повернулся и поцеловал Сашу. Дима закрыл плетёную корзину и понёс её к выходу. - Я проводил отца с Амалией, и они уже улетели. Дима взял из шкафа шерстяной плед и положил на корзину. - Что ты делаешь? – спросил Саша, внимательно следя за манипуляциями Димы. Дима положил руки на плечи Саши и проговорил ровным голосом: - Мы идём завтракать. - Куда? – слегка оторопел Саша. - Секрет. – На сей раз, Дима поцеловал его долгим поцелуем и, оторвавшись, накинул поверх своей синей футболки, коричневую кофту плотной вязки. Он заправил синие узкие джинсы в белые кроссовки с высокими язычками, пока Саша зашнуровывал чёрные кеды, и взял корзину. Они вышли из дома. На улице было прохладно, но утренняя свежесть бодрила. Прохожих практически не было, и Дима взял Сашу за руку, переплетая их пальцы. Добирались до парка они недолго и устроились под раскатистым дубом в дубово-осиновой рощице на пледе. - Пикник на природе. Ты здорово придумал. Дима в ответ лишь улыбнулся и, скинув кроссовки, забрался на плед и открыл корзину, в которую были уложены бутерброды, нарезанные немецкие колбаски, термос с кофе, посуда и бутылка с ликёром Бейлиз. Саша тоже устроился напротив и разливал в бокалы кофе, пока Дима раскладывал еду в фарфоровые тарелки. Он не любил, есть из одноразовой посуды. - Капни в кофе ликёра, он там в бутылочке. – Дима был счастлив, что Саша помогает ему и чувствовал впервые за всё время, проведённое с Сашей, что они влюблённая парочка. - Зачем? - Сегодня прохладно и немного сыро, хоть согреемся. - Понятно, - улыбнулся Саша. Когда всё было готово, они сидели рядом и поедали еду с тарелок, сидя напротив друг друга. - Здесь хорошо! – восхитился Саша. – Еда на природе почему-то кажется намного вкуснее. - Это точно, - сказал Дима и улыбнулся с теплотой в глазах, наблюдая за Сашей и получая истинное наслаждение от присутствия любимого человека рядом с собой. Дима расслаблялся лишь на лоне природы, заряжаясь её энергией и чувствуя себя её частичкой. - А ты давно знаешь немецкий язык? – спросил Саша. - Нет, пришлось выучить. – Дима засмеялся. – Конечно, поначалу меня практически не понимали, но я задался целью выучить язык, в этом мне помог отец и репетитор. – Голос Димы стал тёплым, полным ностальгии. – Когда я впервые приехал сюда, ничего толком не знал и не понимал в жизни. Не понимал местных традиций, но со временем учась и работая в кафе, я привык к людям. Когда Дима улыбнулся, сердце Саши замерло, и он затаил дыхание, но через секунду забилось быстрее. - Если бы сюда не приехал, то меня, как личности, не существовало. Днём я учился в институте, а вечером работал в кофейне, кстати, там и научился делать лучший в квартале кофе, - не без гордости закончил Дима. - Да, я обратил внимание на кофе. Вкус глубокий с тонким ароматом. - Спасибо. Саша впервые увидел на лице Димы смущение. Дима положил пустую тарелку с вилкой в пакет и, вытерев руки салфеткой, откинулся на плед. Он смотрел на голубое небо, по которому плыли облака. Они неспешно неслись по небу, и Дима чуть прищурил глаза. Его начало клонить в сон. Саша понял, что Дима открылся ему с новой стороны. Он медленно приоткрыл завесу своей души. Сейчас он казался открытым и доверчивым, значит досягаемым физически и душевно. Саша вытер руки и прильнул всем телом к Диме, впившись лёгким и нежным поцелуем в губы. Дима чуть приоткрыл глаза и обнял Сашу и за талию, прижимая крепче к себе. Они лежали в обнимку минут тридцать, пока не подул ветер, и тучи не собрались зловеще на небе. - Ну что, пошли домой? - Домой! – с энтузиазмом ответил Саша. Они собрали всё в корзину и отправились домой. Успели вовремя переступить порог дома, и начался дождь. Дима скидывал обувь, как и Саша, а когда выпрямился, Саша прижался всем телом к нему. В потьме Дима лишь чувствовал горячие страстные губы Саши и бешено колотящееся сердце в груди. Когда они оторвались, друг от друга тяжело дышали. Одной рукой Дима прижимал к себе за талию Сашу, а другой держал его за шею, лаская большим пальцем щеку. Саша редко проявлял инициативу и поэтому Дима решил не отталкивать его. Руки Димы скользнули под футболку с кофтой и, задрав, ласкал губами и языком сосок, а другой сосок, в это время, сжимая, ласкал большим и указательным пальцами. Он сорвал одним движением кофту с футболкой, отбросив в сторону, и с наслаждением сжал обнажённую спину руками, царапая кожу. Спина была эрогенной зоной Саши, а также часть шеи и мочки ушей, которые сейчас ласкал Дима языком. Изящное тело Саши чуть выгнулось. Дима снял с него джинсы и стянул с себя кофту, и потащил Сашу за собой в комнату. В полутьме спальни они лишь видели очертания тел друг друга, словно от них исходило особенное сияние. Дима толкнул Сашу и тот откинулся на постель. Дима снял джинсы и, достав из тумбочки презервативы, кинул на постель и одним нетерпеливым движением стянул с любовника плавки. Волосы Саши были откинуты со лба, и он смотрел на Диму, который, сняв с него очки, прильнул всем телом к нему. Они целовались, их языки переплетались, и Саша посасывал язык Димы. Дима целовал шею, шепча: - Ты готов? - Да, - хрипло ответил Саша. Дима снял свои плавки и, надев презерватив на горячий член, выдавил на него лубрикант, развернул Сашу спиной к себе и медленно насаживал на член, пока тот полностью не оказался внутри, а Саша полностью сидящим на коленях Димы. Дима чмокнул в шею, и волна прошлась по телу Саши. Дима руками сжимал талию Саши и приподнимал и опускал так, чтобы постоянно стимулировать точку, где проходила простата. Саша дрожал и тяжело дышал. Они кончили одновременно и тяжело дышали, а сердца быстро бились. Дима уткнулся в спину Саши, впервые за полтора месяца осознав, что не сможет жить без него, просто сердце остановится, а душа умрёт. Он прижал к себе руками Сашу и, повернув пальцами подбородок, крепко поцеловал, отдавая всего себя поцелую без остатка. Саша сначала с удивлением смотрел на него, но вскоре отвечая на сладкий нежный поцелуй, осознал, что Дима его по-настоящему любит и дорожит им. Саша никогда ещё в своей жизни не был так безгранично счастлив. Его душа наполнилась теплотой и светом. Утро. Слабые лучи солнца пробивались сквозь окно. Дима и Саша спали, прижавшись, друг к другу. Дима открыл глаза. Он всё время поражался красоте Саши – нежной белой коже, ресницам и алым губам. Дима затаил дыхание. Дима вздохнул, при мысли о том, куда их приведут эти отношения. Чем дальше, тем страшнее. Они погружались, узнавали привычки, где-то уступая, и подстраиваясь друг под друга. Но Дима слишком хорошо себя знал – он не терпел однообразия, скуки и пресных или слащавых проявлений любви и именно поэтому последний человек, с которым он встречался, был Крис. Ради отношений Дима постарается и сделает всё возможное. - У меня не так хорошо, получается, готовить, как у тебя. - Просто я люблю готовить. – Саша был спокойным, ему нравилось хлопотать и готовить для любимого человека. Он не считал это зазорным и бабским, ведь когда любишь плевать на мнение других людей. – Знаешь, продукты как люди, с ними нужно дружить, ладить, строить отношения, иначе ничего не выйдет. Нужно сотрудничать, по-другому не объяснишь. Дима улыбнулся тёплой обволакивающей улыбкой, от которой сердце Саши готово было выпрыгнуть из груди. Дима вспомнил недавний эпизод. Когда Саша поедал кусок шоколадного торта, ведь у Димы отменно получались сладости, хотя сам он их толком не ел. - Научишь готовить? – спросил Саша, подъедая второй кусок самого наивкуснейшего десерта, который когда-либо ел. - Ни за что! - Как так? Почему? – оторопел Саша. Дима рассмеялся и, потрепав за щёку ответил: - А чем тогда я буду тебя удивлять? Так ты будешь зависеть и не бросишь меня. Саша удивился, но ему было приятно внимание и намёк на дальнейшие перспективы. Дима сконцентрировался на текущем моменте. - Кусок что дальше, всегда кажется слаще. Но, как правило, ты не замечаешь, что находится под носом. О чём это он? Опять Сашу потянуло на философию. Иногда его пробивало, когда настроение было отличным. Дима всегда считал, что никогда не стоит унижаться, просить о чём-либо или ныть. Это привилегия женщин, но не мужчин. Настоящая сильная личность должна стиснув зубы продолжать борьбу, даже если бой окончен. А теперь думал, что не так уж и плохо полностью довериться и открыться любимому человеку. Приятно было сознавать, что для Саши он всё. Его тело всегда отзывалось на каждое прикосновение Димы, даже лёгкое, так чувствительно. Становилось в руках Димы таким пластичным и гибким, томным и развратным! Саша заметив, направленный на него взгляд, наклонился к Диме и ухватил нижнюю губу, потянул к себе и страстно поцеловал в губы. Дима ответил, приобнимая рукой Сашу за талию и увлекая к себе на коленки. Дима устроил для Саши экскурсию по городу, заодно обучая немецким словам и фразам. Саше нравилось гулять по городу, впитывать его атмосферу и главное находиться рядом с Димой. Саше нравилась в Диме спокойная мужественность, размеренная неторопливая речь, порой грубоватая – манера истинного самца. Более всего потрясали зелёные кошачьи глаза, увлекая магнетизмом вглубь души. Эти глаза, видели насквозь людей и были такими тёплыми, страстными во время занятий любовью, они следовали за каждым движением тела Саши. Сейчас их отношения стали размеренно спокойными. Они наслаждались каждым мгновением, проведённым вместе, ведь в будущем их полностью поглотит работа. Они гуляли по «Зелёной подкове», парковой зоне, где любили отдыхать горожане после трудовых будней и в выходные. Парк назвали Зелёной подковой, потому что он был в форме буквы «U». Вышли на реку Неккар и уселись на зелёную травку, попивать пиво. Они вдыхали чистый свежий воздух, наполненной влажностью и были счастливы. Небо над их головами было лазурное, а ближе к воде у горизонта, цвета синей стали. Казалось, небо и вода сливались воедино. Вода в реке казалась антрацитовой. Дима прищурил глаза, глядя в морскую глубокую пучину. Саша смотрел по сторонам, разглядывал людей, отдыхающих на пледах, и поражался зелёной траве, сочной и непреодолимо хотелось прикоснуться, вдохнуть и прилечь. Дима ясно осознал, что чувства, которые он испытывает к Саше, в корне отличаются от тех, какие испытывал раньше к другим. К Крису его влекло с непреодолимой силой, он чувствовал, что принадлежал до последнего волоска и кусочка кожи, ему. У них была психическо-зависимая связь. Дима желал знать свои пределы, погружаясь с неистовой радостью в бездну ада. Первые его серьёзные отношения, где он играл пассивную мазохистскую роль. Вторые отношения с поэтом и художником Фридрихом Вейне, были кратковременными. Как и все творческие люди, он активно занимался наблюдением и изучением человеческих чувств, также своих собственных. Дима питал живой интерес к личности этого незаурядного человека, страсть и лёгкую привязанность. Они познакомились в Штутгарте, выпили в баре, а через некоторое время договорились встретиться в России. Жили вместе, три месяца, ведь ровно столько проводилась его выставка. Он уехал, и Дима чувствовал лёгкую тоску. Но к Саше, Дима питал нежную заботу, тёплую привязанность, всепоглощающую страсть и одновременно, спокойно-размеренное очарование им. Сердце трепетало, а в груди теплело всякий раз, как он смотрел на него. Его серые глубокие глаза на бледновато-белой коже, на светлых русых волосах играли маленькие солнечные лучи, и сам он весь сиял точно ангел. Солнце освещало и подчёркивало силуэт его тела. Дима лёг на траву, положив руку под голову. Он мог лежать так целую вечность, настолько хорошо ему сейчас было. Сейчас как никогда хотелось прикоснуться к Саше, чтобы осознать, что это не сон, но Дима лишь прикрыл глаза и отдался сладостному ощущению свободы. На Диму что-то капнуло, и он открыл глаза. Начал накрапывать дождь. Дима вскочил на ноги, схватил за плечо Сашу и потянул со словами: - Быстрее, побежали! Дожди в этом сезоне были продолжительными, и Дима боялся, что они не успеют. Ливень насквозь промочил их до трусов. Они чувствовали себя мальчишками. Они мчались со всех ног. В ушах всё шумело. Холодный воздух насквозь пронизывал их тела, изрядно промокшие. И вбежав в прихожую, запыхались. Дима посмотрел на Сашу, и они засмеялись. Он привлёк к себе Сашу и поцеловал. Их тела слились воедино, и они чувствовали себя как никогда наполненными и умиротворёнными. Дождь лил как из ведра, но они не замечали этого.