Исповедь

Хлоя нервно переминалась с ноги на ногу, собираясь с мыслями, чтобы войти в квартиру Люцифера. Их разделяла только одна дверь. Одна чертова дверь. Деккер очень хотела поговорить с Люцифером. Во-первых, по поводу Трикси — какого черта он разрешил сесть ей за руль?! И, во-вторых, на счет… Кэйси, Картер? А, точно - Кэнди. Эта девица точно была похожа на зефир — розовый и пушистый, что неимоверно раздражало Хлою. Она была типичной Барби — блондинистые волосы, розовая одежда… и такие же розовые мозги. Все уши прожужжал про эту длинноногую тупицу, Кэнди то, Кэнди это. А теперь он, мать его, развелся! Хлоя в который раз занесла кулак над дверью, чтобы постучать. Врываться в его квартиру она не собиралась — вдруг там очередная проститут девушка. — Нет, Аменадиль. Я в этом уверен. Голос Люцифера, доносившийся из-за двери, дрогнул. Деккер думала уже было уйти, чтобы не мешать семейным разборкам, но резкий голос Шарлотты Ричардс — той еще занозы, заставил детектива остаться. — Мальчики, прекратите! Спорами делу не поможешь. — она так громко вздохнула, что Хлое показалось, будто она стояла рядом. — Нужно разжечь клинок и отправиться домой. — Это дом для тебя, мама. — произнес Люцифер. Мама? Шарлотта-то? Хлоя заглянула в маленькую щелку в двери — может это и вправду его с Аменадилем мать, а не "супер-модель Шарлотта"? Реальность разочаровала — даже через крохотную щель была видно Ричардс. — Когда мы вернемся, то он снова станет и тебе домом, Люцифер. И ты снова станешь зваться Самаэ… — Люцифер, не надо. — попытался вразумить брата Аменадиль. По комнате прошел грохот. Послышался звон разбитой посуды и сильный шлепок по столу — видимо, Люцифер разбил свой бар. Сама-кто? Отчего Люцифер так реагирует на это имя? Хлоя закрыла глаза на секунду, вникая в смысл беседы. Для неё Морнингстар был прост как три копейки, но когда на горизонте появлялся кто-либо из его прошлого… Он становился жестким и злостным — настоящим Дьяволом. Удивительно, что тем, кто ты есть делаешь не ты себя, а те, с кем ты рядом. — Не смей произносить это имя! Я больше не Самаэль! Я перестал им быть, когда Отец меня выгнал! Выгнал, как ненужного щенка сторожить умерших в аду. Думаешь, приятно было там, в аду? Смотреть на их страдания и испытывать муки собственные — то место было преисподней и для меня. «Правитель ада». Что-то привилегий никаких не было! Как сторожевой пес для этих никчемных людей, которые возомнили о себе черте-что и теперь мучаются в аду за грехи на земле. Это его работа — отца! Он так забавлялся этими людишками — плодом его работы, а теперь ему надоело? Столько лет… — его голос сорвался, — столько столетий я торчал там, как жалкая пешка. Как и все вы! Мы — лишь пешки в руках моего «небесного папаши». Наступило молчание. Хлоя глубоко вздохнула, поняв, что все это время не дышала совсем. Она знала, что у Люцифера с отцом не лучшие отношения, но чтобы совсем его ненавидеть? Еще и это его «изгнан из Рая», «правитель ада» — создавалось ощущение, что он и вправду Дьявол. — Мейз отрезала мне крылья. Я не вернусь назад. Крылья. Те самые. Белоснежные, яркие. Ангельские. И они идеально подходили для шрамов на спине Люцифера. Единственных увечий, которые у него вообще были. Стоп. Хватит. Это все просто бред сумасшедшего. Бога не существует. Дьявола тем более. А уж тем более Люцифер не может быть им. Её храбрый, справедливый, порой пошлый, но всегда честный и мужественный напарник ну уж никак не подходил на эту роль. Поэтому Хлоя решила оставить эту затею и тихо, как мышка, уйти домой. А потом наесться с горя мороженого и пока Трикси спит поплакать с горя. — Это все из-за детективши? Хлою по голове как обухом треснуло. Это они о ней? Детектив опять припала к дверной щели. — Из-за Хлои чертовой Деккер? Я знала, что она всему виной. Надо было убить её еще тогда, когда была возможность. — Мама! — взгляд Люцифера метал молнии, а выражение лица было таким жестким, что Хлое на миг показалось, что глаза его залились красным. — Не смей о ней говорить. — Что ты нашел в простой смертной? Даже если твой Отец наделил её какой-то силой? Недавно же сам женился на какой-то проходимке, и забыл свою ненаглядную Деккер. — Нет, мам, все не так. — Аменадиль подал голос с кожаного дивана, вставая и глядя в глаза Шарлотте. — Ты что, совсем не видишь? Люцифер… боится. Вдруг его чувства к ней вызваны только Отцом? Его чувства? — Вдруг, это какой-то обман зрения, и она тоже чувствует к Люциферу не любовь, а простую иллюзию? Трюк. Фокус. Называй как хочешь. Люцифер отошел от них, скрываясь из зоны наблюдения Хлои. Детектив дрожала. По щекам текли слезы. Его чувства? — И поэтому… — Достаточно, Аменадиль. -… он решил бросить её, чтобы она не чувствовала к нему ровным счетом ничего. — Я сказал: достаточно! — Люцифер мгновенно возник перед Шарлоттой, нависая над ней, и скалясь, словно озлобленный волк. Вот кого он сейчас и напоминал Хлое — хищника. Опасного, бескомпромиссного, готового бороться до конца. Его глаза горели адским пламенем, а руки схватили Шарлотту за запястья. Даже с такого расстояния и через узкую дверную щель было видно, что Люцифер сжал её руки настолько сильно, что их как будто заковали в детские наручники. — Во-первых, мама, это не твое дело. А во-вторых, — он засунул руки в карманы, но взгляд так и остался пылающим. — Не приплетай Хлою к тому, где она совсем не причастна, Аменадиль. — Конечно, Люцифер! — старший брат резко подскочил к Люциферу. — Не тешь себя глупыми иллюзиями! Это все из-за неё — это же очевидно! — он развел руками, а потом указал на стоявшего напротив брата, — Ты — просто идиот, раз во все это веришь. Хоть Отец и создал её специально для тебя, заметь. Но кто знал, что ты покинешь ад? И отправишься в Лос-Анджелес, а не в Нью-Йорк, или вообще в Великобританию. Отец всемогущ — но видеть будущее не в его силах, пожалуй единственное, что ему недоступно. Ты такой болван, как еще ты смог стать любимым папенькиным сыном? Она тебе нравится, ты ей — тоже, так в чем проблема? А я отвечу, братец — как был избалованным ребенком, так и остался. — Сказал тот, кто сразу же бежал к мамочке под юбку, — начал кривляться Люцифер. Хлоя ухмыльнулась. Конечно, и Люцифер, и Аменадиль (что там Шарлотта делала вообще непонятно) пороли полную чушь, за исключением, конечно, тех моментов, где они спорили о семье. Они были немного тронутой семьей — слишком набожной, что даже переносили истории из Библии на собственные отношения. Дверь под ладонями Детектива скрипнула. Не успела она и удивиться, как створки распахнулись и Хлоя упала на блестящий пол квартиры Люцифера. Три пары удивленных глаз уставились на нее, распластавшуюся на паркете. — Детектив, какая встреча! — Люцифер искренне улыбнулся, показывая белоснежные зубы, — Как же не вовремя ты решила заглянуть на огонек. Хлоя подняла голову, неловко улыбаясь и никак не найдя в себе силы, чтобы подняться. Кажется, она подвернула ногу. — Я, пожалуй, пойду, — кашлянул Аменадиль, легонько дергая бровями и разворачиваясь к лифту. — Аменадиль, сынок, подожди меня, — Шарлотта подбежала к нему на каблуках, скрываясь за дверями лифта. В комнате остались только Хлоя и Люцифер. Неловкое молчание как-будто наэлектризовало помещение до предела. Казалось, что стоит чиркнуть спичкой и все тут взорвется к чертям. Хлоя положила голову на руки, все еще лежа на полу. Она склонила голову и слегка улыбнувшись прищурено посмотрела на Люцифера: — Так, я тебе нравлюсь? Утром, возвращаясь домой из квартиры Морнингстара, совершенно нечаянно надевшая вместо своей футболки рубашку Люцифера, счастливая Хлоя совершенно точно могла ответить, что знает ответ на этот вопрос.