Уже не та

Хартфилия рывком села на кровать. Ей приснился какой-то странный сон. Она мало что запомнила, только бессвязные, как ей казалось, обрывки. Но плюнув на затею вспомнить всё, Люси ничего не оставалось, кроме как привести себя в порядок и пойти в гильдию, где ей всегда рады и есть множество друзей. В ванной комнате, ещё сонная Хартфилия включила сначала в душе кипяток, а после окатила себя ледяной водой. Поняв, что день не задался с утра, и справедливо решив, что на кухню ей лучше не соваться вовсе, девушка, натянув на себя излюбленный бело-голубой топ и юбку голубого цвета, надела свои сапожки и, повесив ключи от звёздных врат на пояс, не торопясь пошла в гильдию. Весело помахав ладонью с гербом гильдии рыбакам, что в который раз предостерегали её от падения, она и не заметила, как дошла до гильдии. Прислушавшись, она тихонько приоткрыла дверь, готовясь защищаться от летящих в неё стульев, столов и младшего брата Миры. С опаской выглянув из-за двери, она поняла, что опасность в виде летящей в лицо табуретки ей не грозит, а затем быстро прошмыгнула в главный зал гильдии, уворачиваясь от то и дело летящей в неё мебели и согильдийцев. Она почти ползком добралась до барной стойки, за которой со своей вечной улыбкой хлопотала Мира. — Утра, Мирочка! — весело прощебетала заклинательница. — Что ж они бушуют с утра пораньше? Неужто Эрза на задание одна ушла, что их разнять некому? — Доброго, да, эти два оболтуса снова драку затеяли, вот пол гильдии и втянули, ну, ты не хуже меня знаешь, как это бывает, — сетовала барменша своей подруге, протирая и без того чистый стакан. — Хорошо хоть Лексус в драку не полез, да и Гажил чего-то отсиживается. — Истину глаголишь, святую истину… — волшебница тяжело вздохнула, смотря на согильдийцев, то и дело вылетающих из кучи дерущихся. Тут живот девушки дал о себе знать и, посмотрев на белокурую волшебницу глазами побитого щенка, Люси покраснела. Маг перевоплощений, быстро смекнув, что надо подруге, тут же умотала на кухню готовить той завтрак. Вдруг рядом с девушкой уселся железный драгонслеер и, пока нет барменши, принялся употреблять козённые столовые приборы с гвоздями вперемешку. Девушка посмотрела на него, как на самоубийцу. И неодобрительно покачала головой, готовя речь для похорон.  — Зря ты это делаешь, ой зря… Мира тебя живым закопает, а на могиле напишет, что так и было. Редфокс как-то странно посмотрел на согильдийку, которую в прошлом чуть лично не убил. Он помнил это до сих пор, как и помнил то, что сотворил с маленькой Леви и остальным теневым механизмом. Он никак не понимал, как они могут искренне улыбаться ему. Но раз за разом не находя ответа, просто поражался их выдержке. Также он знал, что сотворит с ним дьяволица, но просто не мог себя контролировать — слишком уж вкусное тут железо. И тут появилась сама Мира, что несла поднос с завтраком для Люси. Он нервно дожёвывал вилку под уничтожающим взглядом волшебницы. — Спасибо, Мирочка, если что, я его предупреждала, — Хартфилия принялась за завтрак, что принесла ей барменша, сделав вид а-ля «Я тут не причём». Разъярённая дьяволица же принялась гонять железного мага по гильдии, приняв одно из своих обличий сатаны. Не увидя для себя ничего нового, заклинательница спокойно себе завтракала ровно до того момента, пока ей в затылок не прилетел обугленный и замороженный кусок стула. Мордобой как-то затих и все разошлись за уцелевшие столы и стулья. В гневе Хартфилия бывает и пострашней Скарлет. Она медленно развернулась и посмотрела на двух парней, что сидели в обнимку и мелко дрожали. Улыбка, не предвещающая им ничего хорошего, озарила уста заклинательницы. Она подозвала к себе барменшу и, еле слышно прошептав той что-то на ухо, маниакально сверкнула глазами. Быстро нашарив нужный ключ на кольце, девушка отточенным движением сняла его и окунула в стакан с водой, так любезно предоставленный белокурой подругой. — Льющего воду откройтесь врата. Водолей! — тихо сказала волшебница, злобно смотря на огненного и ледяного магов, которых уже кандратий по третьему разу схватил. Из золотого сияния появилась голубоволосая русалка, злобно смотрящая на хозяйку ключа. — Какого чёрта, пигалица, ты срываешь меня со свидания! — все в здании, кто был знаком с этим духом, схватились за сердце и мысленно похоронили Грея и Нацу. А заклинательница спокойно посмотрела на духа и всё также спокойно начала говорить: — Риу, уж прости, но как я могла стерпеть их оскорбления в твою сторону, ты представляешь! Эти два идиота назвали тебя дурой и полурыбиной… А также они сказали, что Скорпион слишком хорош для такой вяленой селёдки, как ты! Согильдийцы ужаснулись такой злорадности от милой заклинательницы духов. И, мысленно похоронив ребят ещё раз, перекрестились сами. Зодиакальный дух же уничтожающе смотрела на парней, которые хотели смешаться с полом и взглядом молили заклинательницу остановиться ещё на полурыбе. Но, видно, их мольбы не были услышаны, а потому они с ужасом смотрели на русалку, которая уже замахнулась на них кувшином. — Смою к чертям собачьим! — Русалка послала в них сильнейшую волну, на которую только была способна, а после исчезла в золотом сиянии, оставляя прибитых к стене парней и гильдию в целом. А заклинательница подошла к парням с самым что ни на есть грозным видом, которому её научила сама Титания. Те, уже придя в сознание, посмотрели на напраницу с неприкрытым ужасом, мало ли чего ещё натворит? Однако та, немного наклонившись вперёд, елейным голосом пропела: — Мальчики, вы же друзья? Вы больше не будете драться? — она взяла в руку звёздную реку и активировала её, затем с милейшей улыбкой смотрела на друзей, что дружно в истерике закивали, озираясь на хлыст в руке напарницы и подруги. Видевшая всё это Эрза, что вошла в гильдию ровно тогда, когда заклинательница вызвала духа, гордо смотрела на «дочурку», как она порой называла заклинательницу. — А теперь, ты, Греюшка, бегом к Джувии. Иначе я попрошу Вирго придумать тебе наказание и претворить его в жизнь, — Грей на второй космической побежал к водной волшебнице. — Нацушко, а ты чего расселся? Бегом к Лис, узнаю, что ты накосячил при общении с ней, тебя будет ждать та же участь, что и Грея. Кстати, Грей, узнаю, что обидел нашу милую девушку-дождь, лично Риу попрошу преподать тебе урок по отношениям с пристрастием. Драгнил, про тебя я также не забуду упомянуть, если обидишь Штраус младшую. И вот эти двое разбежались в разные стороны к названным личностям. И теперь пришёл черёд Миражанны смотреть на Хартфилию с гордостью. А заклинательница же продолжила есть свой завтрак, заботливо приготовленный Мирой. К барной стойке подошла мечница и села рядом с ней, улыбнувшись. — Ух, как ты их! — она говорила с гордостью за подругу, а дьяволица лишь кивала, подтверждая слова Скарлет. Люси же лишь неловко улыбнулась, пожав плечами, мол, дело такое. — Ну ты даёшь, болельщица… — Сказало сразу три мага, коими являлись Лексус, Гажил и Бикслоу. — Никому я не даю, Лампочка, Шуруп и Клоун. А вот на счёт вас уверена быть не могу, разве только на счёт Гажила, Леви мне давно уже всё рассказала. А ты, электро-веник, и ты, куколка, таких подтверждений мне дать не можете, вдруг у вас там шуры-муры. Если расскрыла ваш маленький секрет — звиняйте, — девушка говорила спокойно, и даже когда рядом пролетели кукла и пронеслась молния, она и бровью не повела. Сейчас для неё еда важнее этих трёх клоунов, сбежавших из несмешного цирка. Согильдийцы же съехали под стол, и не от смеха, а от страха перед Лексусом, всё ж маг S-класса это тебе не рядовой волшебник. Нет, ну, а что вы хотели от голодного человека, который поесть спокойно не может? Гажил как-то подозрительно стих, а на лице громовержцев было сначала удивление такой наглости, а потом их прошибло на злость. Но сидящая близ волшебницы Титания и стоящая за стойкой Штраус старшая ясно давали понять, что, если те тронут Люси хоть пальцем, материнская кара обрушится на них и тем явно это не понравится. А Хартфелия же, спокойно доев, поблагодарила барменшу за вкусный завтрак и наконец поприветствовала Эрзу. Так незаметно пролетел день, под испепеляющими взглядами двух громовержцев. Под вечер, распрощавшись со всеми, девушка лёгкой походкой вернулась в свою квартирку. И приняв горячую ванну, увалилась спать, всё же не каждый день она разнимает Нацу с Греем, а также хамит Гайке и Лексу с Бикслоу. Девушке вновь приснился сон, правда, сейчас в нём была только она и та девушка, Юи, кажется. — Привет, Лу. Помнишь свой сон? Так вот, тебе предстоит сейчас самый нелёгкий выбор в своей жизни. Ты должна выбрать свою смерть. Не смотри на меня такими ошалелыми глазами, мне самой не в радость предоставлять тебе его и, будь моя воля, ты бы осталась жива. Но такова воля неба. Какую смерть ты предпочтёшь? От меча, что пронзит твоё тело, или от мага, что погубит твою душу? Девушка взглядом, полным грусти и отчаянья, смотрела на подругу, что осела на пол, выложенный из плитки цвета молока. Умереть физически, но при этом не потерять себя во время смерти. Или же умереть духовно, оставив лишь оболочку, что может натворить немало дел? Она глазами, полными скорби, посмотрела на Кусанаги. Понимая, что не шутки шутит и выбрать ей придётся. Она хриплым из-за кома в горле голосом спросила: — Если я выберу меч, я смогу помочь этим тем, кто мне дорог? — Стоящая напротив неё девушка пожала плечами. И тяжело выдохнула. Глаза Хартфилии сейчас были сухи и серьёзны. Она уже твёрдо решила, что умрёт только за гильдию и друзей. — Прости, я не знаю. Но уверена, твоя смерть будет достойной. Встретимся на той стороне, — Кусанаги начала исчезать, а Хартфелия проснулась. В глазах была холодная решимость. Быстро собравшись, ведь уже полдень, Люси быстро побежала в гильдию, в которой всё было так же, как и вчера. Она вошла в неё и, нацепив свою привычную улыбку, поздоровалась со всеми. Ближе к вечеру она решила, что всё это было глупым сном. Однако в гильдию ворвался какой-то невменяемый мужчина, он бросился на Лисанну с мечом, а в глазах пылал гнев и нечто, что мог понять только он. Все застыли, однако Хартфелия приняла удар на себя, закрыв девушку, ставшую ей подругой, от клинка. Она воткнула мужчине между рёбер кинжал, тот самый, что ей подарил Аполлон. Мужчина упал замертво, а Люси упала следом. Ей было ужасно больно, однако радость от того, что она спасла согильдийца, тоже имела место быть. Первой очнулась сама жертва покушения. Девушка упала на колени, не зная, что делать. Из голубых глаз ручьями текли слёзы. Хартфилия улыбалась ей, некрепко схватив ладонь волшебницы. Она тихо шептала, пока у неё было время, которого с каждым вздохом становилось всё меньше и меньше. — Лис, не плачь, подруга. Я знала, что со мной случится, и была готова. Я могу тебя попросить? Передай мои ключи Юкино, из Саблезуба, она будет достойной хозяйкой для них. И ещё приглядывай за Хеппи и Нацу, они же себе дом спалят, если готовить начнут, — Хартфелия всё улыбалась, а в глазах темнело. Из уголка рта волшебницы вытекла маленькая струйка крови. Становилось всё тяжелей дышать, рядом с ней уже на коленях не скрывая слёз сидели мечница с алыми волосами, белокурая дьяволица, миниатюрная маг слова и девушка-дождь, никто не скрывал слёз. — И ещё, прошу, присмотрите за малышкой Венди, она точно станет одной из сильнейших в Хвосте Феи, обещайте, что поможете ей в этом. Мирочка, а ты себе парня найди, да нашего сурового повелителя электрических чайников с картёжницей сведи, ты ж не хуже меня видишь, как они смотрят друг на друга. А сама к Джастину присмотрись, влюблён в тебя парень по уши, а ты не замечаешь. Эрзочка, мамочка моя, ты с Жориком своим поговори, парень не дурак, любит тебя, только вот мозгов не хватает понять, что ты его простила давно. Левичка, дорогая моя, если этот шуруп тебя обидит, с того света вернусь и лично ему весь пирсинг без наркоза повырываю. И чтоб с каждого мне крестники были! Не важно, что я умерла, я ж вас с того света достану, если детишек не наделаете! И последняя просьба, похороните меня красиво, по-Фейритейловски! — девушка улыбнулась, испустила последний вздох, а в глазах померкла искра жизни. Даже умирая, она желала счастья своим согильдийцам. Никто не хочет умирать, но кто мы такие, что бы противостоять судьбе? Хартфилия понимала это, а потому ушла красиво, как ей казалось. На следующий день вся Магнолия была в трауре, состоялись похороны, как и просила заклинательница, торжественные и красивые. Каждый, кто знал эту светлую заклинательницу, пришёл на задний двор гильдии Хвост феи, единогласно было решено похоронить девушку там. Ключи, как она и просила, отдали Юкино, что приехала из Белокогтя в Магнолию, также там были и Пегас с Чешуёй Ламии, да Русалкиным башмачком, Саблезубы тоже не остались в стороне. Даже принцесса Фиора посетила могилу заклинательницы в сопровождении Аркадиуса. Король духов тоже пришёл на могилу старого друга вместе со всеми духами, что были у девушки на попечении. Риу плакала на плече у Скорпио, Ариес рыдала в объятьях Локи, Вирго тоже молча роняла слёзы на землю, рядом с надгробьем заливался рыданиями Плю, остальные не меньше своих собратьев грустили по заклинательнице.       

Так закончилась история юной заклинательницы духов

      

Люси Хартфилии