Стоматолог

Боль просто адская. Сквозная, пронизывающая и такая зудящая, что в уголках глаз собираются слезы. И меня переполняет уверенность в том, что не один человек своему самому злейшему врагу такого не пожелает. Такого страдания и унижения как зубная боль. Когда вечером, по приезду домой, с левой стороны щеки появилось тянущее ощущение, я не обратила внимания. Ну, с кем не бывает, когда часы в гостиной пробили полночь, я взвыла, и схватилась за челюсть. Чертова ненавистная зубная боль, а ведь завтра такая важная пара! Мне нельзя её прогуливать! Из холодильника достаются запасы жидкого ледокоина, из аптечки сильнейшее обезболивающее а из бара бутылка презентованной водки. Цель - выжить! К двум ночи удалось задремать, к трем новая волна боли разбила мои мечты о крепком сне, в пять я полоскала десны водкой, а одну рюмку выпила так…для храбрости. В семь утра щеку раздул флюс. Блять. Прогуливать нельзя. Собираясь в университет, я встала перед зеркалом и всхлипнула. Как в таком виде меня могут допустить до лекции? В глазах болезненный огонь, тёмные круги, раздутая щека и нездоровый румянец. -Ооо,как весело! – По площадке перед нашим корпусом разносится смех Югёма. Этот паршиваец на год всего старше меня, а уже готовится защищать докторскую по кинетике электрон-фононных процессов.- Ты откуда такая красивая? Он с анатомическим интересом осматривает изменения на моем лице, и даже порывается заглянуть в рот. Что физик хочет там увидеть, абсолютно непонятно, и думается мне, что он просто хотел найти повод для новых шуточек на ближайшие пару недель. - Опять подралась с очередной барышней своего бывшего? - Ты что несешь, дебил? Говорить становится сложнее, и я решаю просто показать ему фак. - У тебя сегодня раздача проектов? Киваю, и слышу нарастающий гул звонка. - Мирэ, после проектов подходи к машине моей, отвезу тебя к своему знакомому стоматологу. Югём подмигивает, и бежит вперед, подгоняя перед собой группу симпатичных молоденьких студенток. Они только громко хихикают, смущенно(?) пожирая его взглядом. В этом весь он. В аудитории сотня пар глаз смотрит на меня, кто-то сочувствующе, кто-то с пониманием. А некоторые, кажется, даже злорадствуют. Почему такие злые то?? Проход по парковке и вовсе становится моим звездным часом. Все кивали, здоровались и смотрели на распухшее лицо во все глаза. Югём покатывался в машине со смеху, и в ударе стучал по рулю. - Серьезно, ты бы видела своё лицо! – Он ободряюще хлопает меня по плечу, когда я от злости сильнее, чем нужно шарахаю дверью его старенькой бмв. – Уоу уоу, крошка, полегче. Скоро все пройдет! У него голос хриплый, так и не выровнялся после подросткового периода, но смех очаровательный и очень запоминающийся. - Что за друг? Я его не знаю? Югем отрицательно мотает головой, выруливая со двора университета на проспект, и набирая скорость. - Мы в боулинге познакомились, его Чонгук привел. Мне остается только мычать в ответ. Слезы текли по щекам, и почему-то было очень обидно. Я его сестра, почему он мне ничего не рассказывал про своего нового знакомого. - Вот только не надо думать, что я тебе ничего не говорил по каким-то причинам! Для обид причины нет! - Словно читая мысли мои мысли, говорит Югём, и сворачивает в какие-то элитные каннамские дворы.- Выходи давай, страдалица. Он буквально за руку тащит меня за собой к стеклянным дверям стоматологии. «ТэБамия» гласит золотая, вычурная и мигающая золотом табличка над входом. Пол выложен мраморным камнем, а на стенах обои чистого шелка с красивым и ненавязчивым орнаментом. На потолке хрустальные люстры, которые переливаются и мерцают в белоснежном свете. За резной каменной регистрационной стойкой красивый молодой человек, который при нашем появлении выходит вперед и кланяется так глубоко, что мне начинает казаться, я имею как минимум королевское происхождение. Все кругом буквально кричит о том, как сильно любит пафос и роскошь человек, которому это все принадлежит. - Оппа, что это за стоматология? – Шепчу я, ошалело разглядывая убранство этого маленького дворца. – Я тут в счет оплаты должна буду душу продать? - Если пожелаете, юная леди! – Раздается мелодичный голос мажордома(?) и он улыбается, как бы показывая, на сколько тонкой и удачной вышла его шутка.- Добрый день, господин Ким. У вас назначено? - Да-да, я звонил ему,- отмахиваясь, тараторит Югём, и тащит меня дальше, не обращая внимания на застывшего мальчика у стойки. А затем и вовсе голосит на всю стоматологию. – Бэмииииииии! Бэми выходииииии! Мы успеваем сделать еще пару шагов, как дверь перед нами открывается и в коридор вылетает явно чем-то недовольный врач, и буквально хватает Югёма за лацканы пиджака. - Я же просил тебя, меня здесь так не называть! Мне, стоявшей позади Югёма, остается только с интересом его разглядывать. Он на пол головы ниже Югёма, худой и кажется немного нескладный. На нем небесно-голубого цвета шапочка и такого же цвета медицинский костюм. На лице маска и блеск недовольства в узких и густо накрашенных глазах. Югём на все это только смеется, хлопает друга по плечу и небрежным жестом указывает на меня. - Я звонит тебе по поводу неё, можешь посмотреть? Бэми(?) отпускает Югёма и переводит на меня наконец свой взгляд. Между аккуратных бровей появляется складочка, когда он хмурится, и едва вздергивает подбородок. - На кресло!- Громко командует молодой человек, и исчезает в кабинете из которого выходит миниатюрная ассистентка, и вежливо провожает за доктором, который вдогонку уходящему Югему говорит. – И не надо начинать таскать ко мне своих симпатичных студенток! Югем ржет в голос, и оставляет меня саму разрешать этот вопрос. - Прости. – Вежливо говорит доктор, пока я стягиваю с себя шейный платок и рюкзак. – Меня зовут доктор Канпимук Бхувакуль. Можно просто мистер Бэм. А ты? Он смотрит пронизывающе, внимательно, и я невольно отмечаю, что его надбровные дуги идеально правильной формы. А цвет глаз поразительно ясного, чистого оттенка. - Преподаватель кафедры челюстно-лицевой хирургии, доктор медицинских наук, практикующий хирург, Ким Мирэ. Стоматолог выпучивает глаза, и даже стягивает маску с лица на подбородок, открывая от удивления рот. - Ты сестра Югёма? – Удивление бьёт через край, и парень невежливо тычет в меня пальцем. – Никогда бы не подумал. - Да, я тоже крайне удивлена, что у такого глупого человека как Югём, может быть такая умная сестра! Боль противно царапает щеку, и раздражение накатывает волнами, не давая контролировать слетающую с языка колкость. Я морщусь и хватаюсь за щеку. Пора валить отсюда нахрен в нормальную стоматологию. Но стоматолог быстро берет себя в руки, натягивает маску обратно на лицо, и помогает мне удобнее устроится в кресле, одновременно что-то быстро и неразборчива говоря своей ассистентке. - Я из Тайланда, - зачем-то сообщает он, осторожно надавливая ложечкой мне на нижнюю губу, заставляя открыть рот. – Как и моя ассистентка, и между собой нам соответственно проще говорить на родном языке. Я понятливо мычу, и почему то чувствую, как мои щеки заливает девчачий румянец. Становится стыдно, что первый раз перед другом Югёма я предстаю лохматая, замученная зубной болью и с флюсом на всю щёку. - Вообще меня Канпимук зовут, - продолжает он повторять уже сказанное ранее, осторожно постукивая кончиком зонда по зубу. Это вызывает новый приступ боли, и я недовольно мычу. – Прости-прости, - спешно извиняется парень, и продолжает, меня в руках инструментарий. – Но друзья зовут меня БэмБэм. - Ммм? – Единственный звук, который я могу издать на данный момент, и потому стараюсь придать ему максимальную звуковую окраску. - Не знаю, - он следит за тем, как мне делают укол обезболивающего, и отсчитывает положенные в этом случае три минуты, пока лекарство не начнет действовать. После этого в его руке проявляет скальпель. – Просто в Тайланде так принято. Давать сложное имя и простое прозвище. Сейчас будет чуточку неприятно. Если что, сразу говорит. Его голос постепенно затихает в конце предложения, когда он сосредотачивает все свое внимание на моей проблеме. Чувствую, как кожа расходится, и во рту появляется неприятный вкус гноя. Я наконец открываю глаза, и смотрю на БэмБэма. Из под шапочки выглядывают выжженные в светлый, наверняка даже серебристый оттенок волосы, а от кожи пахнет кремом с алоэ и дорогим ароматом от Givenchy. Он хмурится, когда проделает сложные движения, и немного приподнимает подбородок, когда задумывается о следующем своём шаге. По верхнему веку густая черная подводка, а в ушах серебряные серьги в виде патонс пате и крошечное колечко в левом хряще. - Югём много о тебе рассказывал. – Неожиданно вновь начинает говорить таец, от чего я вздрагиваю, и быстро отвожу от него взгляд, торопливо смаргивая. От яркого света, бьющего прямо в лицо роговица начала высыхать, и теперь казалось что в глазах полно песка. – Мне давно хотелось с тобой познакомиться. Я неоднозначно хмыкаю, и прислушиваюсь к своим ощущениям. Тяжесть в лицевых мышцах стала отступать, давая дорогу новым ощущениям, вкусу лекарства во рту, и чужому теплу, что я чувствую на своем лице. БэмБэм аккуратно поддерживает мой подбородок, шлифуя пломбу во рту. - Ну, все готово. – Удовлетворенно говорит он, снимая с лица маску, и я как-то мгновенно залипаю на его пухлых, с ярко очерченным контуром губах. – Я почистил каналы, и положил немного лекарства под временную пломбу. Через пару дней сможешь зайти еще раз? - Д-да, - неуверенно, и с трудом отвожу взгляд, неловко трогая себя за лицо. – Когда?