Не гасни, Солнце

      Темное, сырое помещение, с первого взгляда на которое можно понять, что это подвал, иначе и не скажешь. Окон нет, бетонные стены и пол, слишком холодно и темно, лишь тусклый свет падает от лампочки, придавая этой комнате и без того мрачный оттенок. В центре помещения стоит железный стул, к которому прикован белокурый парень. Руки и ноги мальчика заточены в кандалах, на которых высечены чакроподавляющие символы, что служат неким барьером для свободного перемешения чакры — такими приковывают заключенных в Кровавой тюрьме. Рядом с мальцом находился небольшой столик, поверхность которого занимали различные орудия пыток — от самых разносторонних приспособлений до банального ножа. Запах крови, стоявший в помещении, вдыхая который, ощущался металлический привкус, заставлял щуриться от отвращения, и вперемешку с запахом металла, сама картина всего здесь происходящего скручивала живот, вызывая рвоту.       Тускло-желтый свет еле заметно освещал окровавленный стол и прикованного к стулу парня. При взгляде на это в голову приходила ассоциация — будто смотришь ужасную сцену зверского насилия в театре. Яркий свет театрального прожектора освещает только актеров, тем самым заставляя зрителей сконцентрировать внимание только на них, замерев и ожидая, что же произойдет дальше. Жутко.       Состояние парня, мягко говоря, паршивое: с ног до головы он покрыт гематомами, лицо опухшее, нос разбит и алая кровь стекает с подбородка на оголенное тело. В области живота расползлась спиралевидная печать, которая, как Вы уже поняли, сдерживает силу хвостатого зверя.       Неподалеку от пострадавшего стояли трое мужчин в белых медицинских халатах. Лица всех присутствующих были закрыты масками, вырезанными в форме мордочек различных животных, которые, обычно, носят шиноби из спецотряда «АНБУ». Ниндзя что-то вполголоса обсуждали между собой, изредка кидая взгляд на бессознательного парня. Этот деловой разговор прервали приближающиеся шаги.       Через пару мгновений в помещение вошел пожилой мужчина с тростью. Он был одет в белую рубашку с длинными, широкими рукавами, черные штаны, поверх которых была надета такого же цвета ткань. Лоб и правый глаз мужчины были обмотаны бинтами, на подбородке имелся шрам в виде креста. Глядя на тех ниндзя, которые замолкли, и встали смирно, как только тот вошел, можно понять сразу: этот человек — важная личность. Медленным шагом, с раздражающим стуком своей трости мужчина направился к тому самому столу, где лежали холодные орудия. Проходя мимо смирных подопечных, он сильнее стукнул тростью об пол, будто приказывая им. Те же машинально привстали на одно колено, и преклонили головы. Взяв со стола самый привлекательный нож, мужчина стал разглядывать оружие. Один из шиноби заученно начал свой доклад:       — Данзо-сама, задержанный без сознания. Состояние стабильное. Пульс…       — Ближе к делу! — грубо отрезал пожилой мужчина, и уже спокойнее продолжил. — Что с печатью? — он медленно положил нож на место, и устремил свой взгляд на печать, что расползлась на теле паренька.       — Кхм… мы испробовали все существующие методы высвобождения Биджу из Джинчурики, но все попытки тщетны. Похоже, четвертый изрядно потрудился над печатью, — ответил шиноби, недовольно выдохнув в конце. Мужчина, выслушав своего подчиненного, прищурился, покосившись на мальчишку. — Более того, повторная попытка убьет парня… — добавил ниндзя, подняв голову и направив взор на бессознательного джинчурики. — Нам нужно еще немного времени, чтобы он пришел в себя…       — Нет времени! Сроки жмут! —злобно ответил Данзо, покосившись на своего подопечного. Тот сразу же опустил взгляд в пол, дабы не видеть до жути серьезное лицо хозяина. — Чертов Минато… Он все еще продолжает мешать мне, даже когда покоится в могиле! — в словах мужчины прозвучало явное недовольство. — Да еще и пятая начала догадываться о моих замыслах… Так-с, времени не осталось. Приберитесь тут, до прихода АНБУ.       — А что делать с мальчишкой? Он выглядит потрепанным…       — Спишем это на обычный допрос, а за мальчишку не беспокойся. Его усадят прямиком в местный обезьянник до начала суда… Я обо всем позаботился.       — Вас понял.       — Завтра провозглашение приговора. Ты, как мой лучший боец, будешь должен сопровождать парнишку до зала суда.       — Будет…       —И еще кое-что… — мужчина достал какую-то ампулу из кармана. — Ты знаешь, что делать…       — Будет сделано, Данзо-сама…