Темный переулок

Дмитрий задумчиво шел рядом с Лессанас. Облака, как будто назло, рассеялись. Звезда ярко светила, озаряя контрастный после дождя мир. Человек смотрел на кварианку, опасаясь, что с ней вот-вот случится очередной приступ, но, кажется, Фуракса и не собиралась отчаиваться, смотря по сторонам. — Главное, ничего не пугайся, я рядом, — Штайнер оглянулся. За ним следили, и это было ясно, но зачем? — А почему я должна пугаться? — кварианка продолжала смотреть по сторонам, — всё такое… Четкое, ярко очерченное… Я сначала подумала, что это светофильтр шлема, а, нет! — Она внезапно остановилась и заглянула ему в лицо. — Это мир стал более живым и ярким после дождя. Понимаешь о чём я? Дмитрий посмотрел по сторонам, хмуро прищуриваясь. Видимо, пока что он не замечал чего-то важного для него. — Да, — неуверенно произнес Штайнер, — нечасто сразу после дождя греет солнце, — он пытался разглядеть ее лицо, но отблеск звезды сводил все старания на нет. — Я не об этом, — она явно нахмурилась, это невозможно было увидеть по её лицу, но вполне — прочитать по её телу. Кварианка свела плечи, скрестила руки на груди и опустила голову. Вся словно съёжилась, — я… стоит заглянуть в суть моих слов… — Она посмотрела на него — я о том, что после печальных, страшных событий, если выжил, ты преображаешься, становишься ярче, чем обычно… возможно не сам, а твое ощущение жизни. — Она замолчала, — или же ты просто сходишь с ума.  — Хэй, ты не сходишь с ума, — он аккуратно прикоснулся к ее плечу, — ты вышла из лабиринта мучений, мир действительно стал ярче, — сказал Дмитрий, посмотрев за спину кварианки, и увидел торговый центр. Человек внезапно понял, что не был готов к выписке девушки, — Лессанас, у меня нет еды для тебя, пойдем в магазин, не хватало еще чтобы ты голодала, — Штайнер снова посмотрел на Фураксу. До того момента, Как Штайнер сказал про еду она даже и не задумывалась, а сейчас ощутила реально сильный голод. Лес стало очень неудобно. Кредитов у неё естественно не было, Есть хотелось сильно и она… — Знаешь, это лишнее. Не нужно тратится. Тут недалеко есть пункт приема беженцев «Свободная инициатива» там дают три суточные дозы еды. Обычно эти пайки я растягиваю на неделю. Пойдем — Она сделала несколько бодрых шагов вперед, потянув его за руки. Штайнер удивился такому поведению, девушка до этого особо не любила прикосновений, а тут прям тащила прочь, будто чего-то опасаясь. — Хей, — он улыбнулся, усмехнувшись, аккуратно потянув обратно кварианку, — тебе надо восстанавливаться, а на той еде вряд ли можно нормально пожить, пойдем, — Дмитрий аккуратно высвободил руки, несколько смущаясь, — да и траты это небольшие, — Штайнер кивнул в сторону магазина, пряча руки в карманы куртки, — держу пари, турианских конфет ты не пробовала, но так хотела. Лесс замерла. Лица ее было не видно, но моментальную смену настроения заметил бы любой. Она немного сгорбилась, скрестив руки на груди, и как-то неестественно наклонила голову. — Чего ты на самом деле хочешь от меня? — прошипела она. Коммуникатор ещё какое-то время мерцал красным и потух. — Зачем мне вдруг конфеты? Да! Я никогда их не ела и никогда не смогу позволить даже посмотреть на них! Так зачем мне ощутить то, о чём я буду тосковать всю жизнь отчётливо понимая, что никогда не смогу с этим соприкоснуться вновь! — с каждым словом тональность её голоса повышалась, а напор усиливался. Создавалось четкое впечатление, что речь идет явно не о конфетах. Она смотрела в упор, и медленно попятилась назад. Штайнер похлопал глазами, не понимая отчего кварианка так напирала. — Я просто хочу, чтобы тебе было проще подняться на ноги, — он попытался заглянуть ей в глаза, насколько мог позволить ее светофильтр, — а на той еде это будет тяжко, — он с трудом выдохнул, — бывают не только плохие инопланетяне, но и хорошие, — Дмитрий улыбнулся, стараясь казаться как можно дружелюбным. — Хорошие… плохие! Всё зависит от угла зрения на ситуацию! Подросток из рас совета, да и не только, украл еду — бедолага, ему нечего есть, какая у него тяжелая судьба… Кварианский подросток украл еду чтобы выжить — космический мусор, отброс общества и т.д. Для вас людей, ну и конечно турианцев, если мой народ навсегда исчезнет — это благо, а тот, кто устроит это исчезновение — герой! А как насчёт того, как кварианцы смотрят на эту ситуацию?! А? — теперь она уже наступала на него. Уверено, небольшими шагами, при каждом удобном слове тыча в него пальцем. — «… подняться на ноги…» Ха! Хемрев Шудер! Что твои соплеменники чем-то недовольны, ты где-то обосрался, а теперь за счёт меня хочешь реабилитироваться стать героем?! — Внезапно она качнулось и упала на колени. — Зачем? Зачем… надо было умереть… там спокойно, тепло… там музыка, музыка звёзд… хочу туда… — она схватилась дрожащими пальцами за светофильтр, нащупывая кнопки для снятия стекла скафандра. Такого Дмитрий ну уж точно не ожидал. Он сел рядом и аккуратно прикоснулся к ее рукам. — Не стоит, — Штайнер так же аккуратно опустил ее руки, — я такой же заблудший в лабиринте собственного разума, как и ты. Я был солдатом, убил многих, не уж-то я не смогу спасти всего одну? М-м? — он опять попытался взглянуть в ее глаза сквозь светофильтр. Пробежала шальная мысль, а как она выглядит, за светофильтром. Мотнув головой, он откинул ненужную сейчас мысль, — героев в нашем мире не бывает, также, как и хороших и плохих, ты верно подметила. Но представь: вот я, человек, заблудшая душа, коплю деньги не понятно на что, не понятно за чем, и заливаю в себя алкоголь, чтобы найти хоть какую-то цель в этом бессмысленном мире. И, тут, такое происшествие. Осознание пришло само: а что если все мое бесцельное существование свелось всего лишь к одному поступку? Что если, пройдя сквозь ад, оставшись на обочине жизни, для чего-то я еще смог пригодиться, не как бездушная машина для убийства? Что если я помогу тебе? Деньги — всего лишь цифры и мне, по большому счету они не нужны. Мне нужно только одно: чтобы тебе было комфортно. Как только окрепнешь, я тебя не держу, прилетишь обратно на флот, с подарком. Сможешь зажить обычной жизнью, а я успокоюсь, сказав всей этой чертовой галактике что смысл я нашел, — он встал и протянул ей руку, чтобы она могла встать, — спасти тебя. — Вот видишь, каждый в этом мире так, или иначе, заботится только о себе, порой через заботу о другом. — Она немного поколебалась, потом поднялась вместе с ним на ноги. — Быть чьим-то смыслом не самое плохое предназначение в жизни. — Она замолчала, тело её расслабилось, а волна эмоций отступила. — Ну вот, может я и эгоист, но тебе дам попробовать хоть что-нибудь из турианских деликатесов, которые тут можно найти, — он улыбнулся, — пошли в магазин, выберешь себе что-нибудь поесть, — Штайнер опять кивнул в сторону магазина. Лессана смотрела по сторонам, словно попала в музей, или на выставку технологических достижений. Такого изобилия продуктов питания она никогда не видела и вряд ли когда увидит. — Этим запасом корабль может питаться полгода, — тихо сказала она. Она не знала, как реагировать. С одной стороны, нельзя было упускать такую возможность, а с другой её терзать стыд и чувство вины, что она будет продаваться наслаждению, а её сородичи — голодать. Стеллажи с продуктами другой кислоты мало отличались, тем не менее, ходить здесь Дмитрию было не привычно. Он смотрел на Лессанас, которую явно приободрило такое обилие продуктов. Штайнер легонько ухмыльнулся, сколь мало надо счастья иногда, и ему было приятно, что именно он дарил кварианке это простое счастье. — Больше, хотя зависит от количества населения, — Штайнер смотрел на полки с турианской едой, — не хочешь вот это? — он взял упаковку и протянул Лессанас. Это было что-то наподобие шоколада. — Нет. Это лишнее. Нужно брать только то, что действительно необходимо. Белки, углеводы, протеины… я бы взяла немного фруктов, в них витамины… — она задумалась на мгновение — если конечно они росли на плантациях, а не в биоотсеках турианских промышленных траулеров. — Кварианка протянула руку и взяла странной формы фрукт голубого цвета с яркими жёлтыми листьями. Она подняла его к светофильтру и… и положила на место — Знаешь, я так мечтала, …и мечтаю, что когда-нибудь наступит день и я смогу ощутить запах! Но это глупые мечты так ведь?! Так?! Конечно ты думаешь, что я чокнутая! — она резко крутанулась на пятках и почти побежала в другой конец торгового центра. Человек удивленно наблюдал как кварианка удалялась от него, несясь вдоль стеллажа. Секундное замешательство и Штайнер с тележкой побежал вслед за Фураксой. — Стой, не беги! Леса! — крикнул Дмитрий и притормозил, как только кварианка врезалась в турианца, что работал в этой сети. — Вам чем-то помочь? — только и смог произнести рабочий, удивленно и растерянно разводя дважды. Она немного опешила. Турианец — рабочий… с растерянным взглядом, в гражданской форме… Для кварианки скитающейся из колонии в колонию, обитающей в основном на форпостах -это было весьма неожиданно. Она прижала руки к подбородку и стала медленно пятится назад, до тех пор, пока не наткнулась на Дмитрия. Мужчина прихватил ее за локти в надежде стабилизировать. Турианец сконфузился. В душе он понимал почему это диковатое дитя космоса так на него пялится, но это не турианская колония, не военный объект и вообще свободные личности имеют право на самореализацию. Рабочий щелкнул жвалами и обратился к Штайнеру. — Ваша спутница что-то желает? Если нет, то я продолжу работать. — Здесь всё так странно… Всё неправильно… — Лесана обернулась к мужчине, но обращалась не к нему. Она словно роняла слова в пустоту. — Тише, тише, — произнес тихо Дмитрий. Он сам пребывал в неком смятении, но тем не менее, как-то успокоить кварианку все же надо было, — тут жизнь далека от той, которую ты видела в космосе. Колония находится далеко от торговых путей, а тем более военных, — Штайнер попытался заглянуть в ее глаза сквозь светофильтр, — я понимаю, как тебе тяжело, сейчас мы купим продуктов и пойдем ко мне, ты нормально покушаешь и успокоишься, хорошо, Лесса? — человек слабо улыбнулся, а после посмотрел на турианца, мотая головой, мол, мы сами справимся. Рабочий лишь раздраженно щелкнул жвалами и удалился. — Я не знаю, что покупать. Мне стыдно, но это так… всё что я знаю — это декстропайки для беженцев и армпроднаборы турианских военных. Я много слышала о том, что турианцы выращивают фрукты на своих кораблях, для полноты эстетического восприятия пищи, — она высвободись из его рук, и побрела вдоль полок, разглядываю яркие упаковки, читая рекламные слоганы и поражаясь изобилию продуктов. — Наверное, я хотела бы попробовать фрукты, очень хочу ощутить запах, доктор сказал, что это очень опасно… Я слышала есть терапия, кочевники рассказывали, мол, есть таблетки и стимуляторы и можно дышать воздухом по три четыре часа в сутки! А некоторые говорил даже о нескольких сутках! — она было оживилась, но снова сникла — это всего лишь разговоры… Я вообще не ем мясо, хотя я даже никогда и не пробовала… Я не знаю, не издевайся надо мной! Выбери сам еду. Цветы?! Это живые цветы и их можно вот так просто купить в магазине?! — Она с трепетом подошла к тессианской подарит и едва коснулась синих лепестков кончиками пальцев. — Говорят, у них неповторимый аромат; говорят, за то чтобы ощутить их запах кварианцы отправлялись в азарийские просторы и отдавали жизнь чтобы вкусить аромат лазури. Дмитрий удивился ее прыткости, но несколько облегченно выдохнул. Взяв и положив кусочек мяса, несколько разных овощей и фруктов, он аккуратно прикоснулся к плечу кварианки. — Цветы мы купим в другом месте, я знаю одну азари, что продает самые свежие цветы в районе, — как можно дружелюбнее произнес Штайнер, — я взял тебе на попробовать разной еды, думаю, ты приятно удивишься разным вкусам, — Пойдем, это не все яркие моменты, которые тебя ждут, — человек гадал, как отреагирует Фуракса нар Игнис на дружелюбного Хорда. День шёл к своему логическому завершению, кутаясь в зеленые сумерки. Запад ещё горел золотистыми переливами, а на востоке небо озаряли всполохи неона, лазерной рекламы и вывесок увеселительных заведений. Они шли молча, она чуть позади Дмитрия. Раньше она бывала в этом районе, но тогда всё было как-то иначе. Сейчас она шла медленно, прогуливаясь, глазея по сторонам, рассматривая местность и прохожих, она никуда не спешила, ей не о чем было волноваться, и она знала, что не одна. Шума и света было много, но он не раздражал как раньше, а наоборот всё хотелось понять, рассмотреть. Лессана обратила внимание на то, что гуманоиды ведут себя раскованно, но в компаниях друзей разношерстные представители разных рас включая даже ханаров. Они общались без всяких проблем и чувствовали себя комфортно. — В колонии кварианцы редкость? Все на меня таращатся, да и я встречала только пару с «мигрирующего» в доках. Один паломник, а другой… не знаю, что он вообще тут делал, но вид у него был довольно деловой. — Она пристально посмотрела в затылок мужчине, словно у него глаза были на затылке. Он шёл вальяжно вразвалочку, в руках у него были пакеты с продуктами, он явно о чём-то напряженно думал. А думал и гадал Штайнер о том, как теперь повернется его жизнь, после той выходки Родеона. Но то, что Лессанас чувствовала себя несравненно лучше, отчасти успокаивало совесть, которая в последнее время только и делала, что грызла. — Да, очень большая редкость, в принципе, как и ханары — Дмитрий косо посмотрел на ханара, что жил тут не подалеку и был тоже своего рода диковинкой. Обернувшись к кварианке он продолжил, — мы пришли, моя квартира в этом доме, у меня дружелюбная собака, так что не пугайся. До нужной двери добрались достаточно быстро. — Запоминай код, -Штайнер начал набирать цифры на красном табло, — пять, четыре, два, девять, четыре, девять, ноль, — табло стало зеленым и дверь открылась. На пороге уже ждал Хорд и радостно гавкнул, после чего стал радостно махать хвостом. От звонкого «Гав» кварианка отпрыгнула назад и по всему телу прокатилась холодная волна. Испугалась ли она, возможно, было ли это неожиданно — однозначно. Небольшое, по пояс, покрытое шерстью существо скалило на неё зубы, выставляя напоказ свои хищнические инстинкты. Она слышала, что у людей есть варварская привычка приручать представителей фауны и держать в домах для развлечения, в угоду своему эго и подчеркивая доминирование над более слабым. Также она слышала, что иногда животные нападали на своих хозяев и пожирали их. Существо продолжало издавать агрессивные звуки и топтаться на месте. Штайнер потрепал существо по голове, потеребил его уши и предложил познакомиться ему с ней, назвав животное Хордом. Лесс вжалась в коридорную стену, когда Хорд не спеша, и явно с осторожностью подошёл к ней. Животное потянуло носом пробуя воздух, затем сделало шаг и стало обнюхивать её ноги. — Что мечтаешь меня сожрать?! Отравишься! — прошипела она в коммуникатор. Из квартиры послышался смешок Дмитрия. — Я не понимаю, что тут смешного? Он нюхает… — Хорд завилял хвостом и чуть подпрыгнув оперся передними лапами ей на ноги. — Что ты стоишь?! Помоги мне оно… оно напало на меня! — Хорд так не нападает, — Дмитрий посмотрел на пса, что радостно изучал гостью, — он рад гостям, и нет, тебя он точно не будет есть, привереда еще тот, да? — Штайнер положил пакеты и потеребил свое животное, отвлекая от Лессанас, — проходи, — он посмотрел на нее снизу, — конечно не хоромы, но места должно хватить, -потом повернулся к Хорду, — ты иди, мы к тебе чуть позже подойдем, — пес спрятал свой язык, непонятливо повернув голову на бок, — Хорд, место, — пес помчался, обогнав кварианку и сел на свой удобный лежак. Лессанас открылся вид на кухню, плавно переходящую в гостиную. В раковине творился беспорядок, небольшие залежи посуды, о которых, видимо, Штайнер до поры до времени не вспоминал, на полу валялась пару пустых канистр непонятно для чего, на маленьком столе, возле дивана стояла пепельница, которая была наполнена до краев, а рядом с ней был опрокинутый стакан. Пол явно не мылся пару недель, так как можно было увидеть на холодно-сером ламинате капли непонятно чего. Штайнер зашел следом. — Прошу простить за этот беспорядок, — он тяжело вздохнул, кладя руки в карманы штанов, — как-то и забыл нормально прибраться, ладно, пошли, я покажу тебе где ты будешь спать, там намного чище, чем здесь, — человек прошелся вдоль стены и открыл дверь, за ней была небольшая комната с большим окном, все было в нежных бело-зеленых тонах, а посередине комнаты была двуспальная кровать. Так же был и шкаф бело-серого цвета с нежными вкраплениями зеленого цвета. Это место выглядело нетронутым, будто Дмитрий тут не обитал довольно давно, но все было чисто, — твоя комната, — он посмотрел на нее, пытаясь понять, что думает кварианка обо всем этом. Девушка внимательно осмотрелась. Комната очень отличалась от предыдущей и несмотря на то, что в гостиной был жуткий разгром и беспорядок, она казалась живой, а от этого помещения веяло холодом и пустотой. Она подошла к окну, прикрывая светофильтр рукой. Свет был белым, слепящим и очень ярким, непривычно ярким для существа, чья большая часть жизни протекала в темном и холодном космосе. Горная гряда на горизонте отражала свет солнца ледяными шапками, и отбрасывала сине-зелёную тень на город в долине. Лессанас опустила глаза и обнаружила на подоконнике нечто, как ей показалось, волшебное. Она было хотела коснуться прозрачной коробочки, но в последнее мгновение не посмела. Кварианка чуть присела, положив локти на подоконник и стала внимательно разглядывать диковинный цветок. Она точно знала, что это цветок… Ибо они были частью её мечты… Ещё будучи ребёнком, она мечтала, что когда-нибудь наступит тот день и она сможет не просто вдохнуть аромат благоухающей жизни, но и прикоснуться губами к нежному шелку лепестков. — Он прекрасен… Как его имя и что он делает в этом одиноком месте? — она внезапно осеклась. Ей не хотелось расстраивать хозяина тем, что комната предназначенная ей не вызвала бури восторгов. — Не подумай, мне всё очень нравится, просто… просто… для меня это не привычно. На кварианском корабле в таких хоромах разместили бы как минимум шестерых. — Она выпрямилась, опустила голову и стала заламывать пальцы, не зная как дальше всё обернётся. — Это… Орхидея, — Дмитрий несколько растерялся, смотря на ее пальцы, — вид цветка, — человек подошел к окну и облокотился на подоконник, смотря вдаль, — этот цветок… В такой коробочке не живет долго, но… Это традиция, — он повернулся и посмотрел на нее, — тебе они нравятся? А насчет хором… Расслабляйся, места много, и… Все твое, — он направился обратно к двери, — я разберу пакеты, не хочешь погладить Хорда? Он будет рад. Прошло время, но кварианка так и не решилась выйти из комнаты. Она сидела на широком подоконнике обняв колени руками, её взгляд был направлен на прекрасное создание природы, стеклянный дом которого, едва касался кончиков пальце её ног. Кварианка изучала его лепестки, пыталась представить, как это растение живёт в дикой природе, есть ли у него запах, и если есть, то скорее всего это чарующий аромат. Ночь вступала в свои законные права. Дмитрий все не решался зайти к Лессанас, понимая, что ей нужно привыкнуть и к новому месту, к комнате, к нему, да и к его собаке тоже. Бывший военный медленно подошел к холодильнику и лениво посмотрел на его содержимое. Немного поразмыслив, достал почти пустую канистру ринкола, на дне которого оставалось буквально чуть-чуть алкоголя. Идеально. Вылив в канистру примерно литр воды он размешал получившееся пойло. В последнее время его вечера сводились именно к алкоголю. Забавно. Небрежно взяв со стола стакан и эту чертову канистру Штайнер вышел на балкон. Холодный легкий ветерок приветственно обдал свежестью лицо Дмитрия. Взгляд Штайнера медленно пополз вверх, наблюдая как на небе проявляются далёкие звёзды. Человек ухмыльнулся, даже не замечая, как в его зубах оказывается сигарета. Ничего не оставалось сделать, как зажечь эту маленькую палочку смерти, которую хотелось курить раз за разом все сильнее. Жадно вдыхая дым, Штайнер молча смотрел вдаль, размышляя о том, как он докатился до такого. Четыре месяца назад он каждое утро встречал рассвет за чашкой чая, а теперь утренний позитив сменился ночной меланхолией. Дмитрий до последнего был уверен, что не сломается, как остальные сослуживцы, что запои его обойдут стороной, но. Солдат не может иметь бесконечно крепкие нервы, которые и так натянуты сильнее некуда. Бывший военный неаккуратно плеснул в стакан содержимое канистры. Жгучий напиток больно ударил по горлу. Штайнер поморщился. Кем он стал? Когда-то примерный семьянин, сейчас алкоголик-одиночка, не имеющий сил, чтобы хоть как-то двигаться вперед, но пытающийся спасти жертву. Жертву, которую сотворил его товарищ. Дмитрий вновь взглянул на звезды, медленно выпуская дым из своих легких, наблюдая, как тот растворяется в ночном небе. Ничто не проходит бесследно. Когда-то редкие сигареты стали куда более родными. Он и сам замечал, что сигареты теперь уходят с катастрофической скоростью. Легкие впустили новую порцию яда, как что-то родное. Дмитрий ненавидел себя. Именно такого, и понимал, что если будет продолжать в том же духе, то Лесс будет некому спасать. Это только злило, раздражало. Человек чувствовал себя беспомощным, будто попав в какую-то изощренную ловушку и как из нее выбираться, он не знал. Время текло, а Штайнер все продолжал. Стакану просто не давали возможности высохнуть, человек то и дело выпивал. А окурки бывший военный сбрасывал с балкона, наблюдая за последними секундами жизни этих маленьких тлеющих убийц. На секунду ему показалось, что там, внизу, на него смотрел Родеон, как будто издеваясь. С силой запустив в то место стакан, Штайнер увидел, как тот разбился с характерным звуком. Очередная галлюцинация от злоупотребления этой дряни. Не было там Родеона. Пустая канистра полетела следом. Утром автоматические роботы все равно убирают мусор. Последняя сигарета. За эту ночь он выкурил целую пачку. Своеобразный антирекорд. Из-за горизонта начали проступать первые лучи бледно-зелёной звезды. Штайнер опять не поспал, но его это мало заботило. Главное, чтобы Лессанас смогла адаптироваться к новым более-менее дружелюбным условиям. Но этой ночью она не спала. Комната казалась ей огромной, холодной и чужой. Как только человек затих за дверью, она взяла с постели подушку и устроилась на подоконнике. Лесс наблюдала за облаками, отражающими огни ночного города, едва трепещущими в световом смоге звёздами, и редкими пешеходами. Так она встретила рассвет. Первые, зеленовато-золотистые лучи восходящей звезды скользнули по металлическим этажеркам колонии, отразились в зеркальных окнах административных зданий и нежно коснулись лепестков маленького чуда у её ног. Чем больше она смотрела на него, тем сильнее ей хотелось его коснуться. Пару лет назад она слышала о деле Нар Дитау, кварианку судили в закрытом режиме за контрабанду препаратов, которые по слухам позволяют находиться более суток без скафандра. «Возможно это всего лишь сплетни… Но если бы был хоть малейший шанс…» — коммуникатор загорелся красным и медленно угас. От раздумий ее отвлек странный звук по ту сторону двери. Лесс медленно и осторожно спустилась с подоконника и подошла к двери. Сначала она стала прислушиваться, пытаясь понять, что происходит в другой комнате и корректно ли будет открыть дверь. Поколебавшись несколько секунд, она активировала омнитул и дверь открылась. С восторженным лаем, скаля пасть и бешено виляя хвостом в комнату ворвался пёс. Кварианка вжалась в стену скрестив руки на груди. Хорд проверил помещение, пробуя воздух и осматривая всё кругом, затем подошел к девушке и сел перед ней преданно вглядываясь в полупрозрачное стекло светофильтра. Пес радостно вилял хвостом, высунув язык. — Гав! — Доброе утро, — Дмитрий лениво подошел к двери и прислонился к стене, весь разбитый и взъерошенный, с сигаретой в зубах, — Хорд, будь терпеливым, — собака повернула голову закрыв рот, смотря на хозяина, — каким бы добрым ты не был, тебя бояться, — человек вяло улыбнулся, делая затяжку, — ко мне, — пес лениво подошел к Штайнеру и сел, — Лессанас, как тебе спалось на новом месте? — произнес он явно беспокоясь о ее состоянии, хотя, судя по его лицу, насколько это можно было судить с точки зрения кварианки, сам человек явно провел такую же тихую и бессонную ночь, — я разделил еду в холодильнике чтобы не спутать чья где. Твои две нижние полки, мои верхние. — Он рассматривает меня как потенциальную еду? — резко спросила. Она осторожно повернулась к Дмитрию, и солнечный свет, проникая сквозь фильтр проявил черты ее лица. Было видно, как она косится на Хорда. — Прости я не вежлива… Доброго рассвета и удачного дня. — взгляд кварианки скользнул по мужчине. Впервые она обратила на его фигуру. Крупный, атлетического телосложения, что отлично подчеркивала обтягивающая футболка. Это было немного странно, поскольку кварианские мужчины отличались астеничностью, но всё же было в этом что-то привлекательное. Девушка засмущалась и метнулась к окну, бережно взяв в ладони цветок. — Можно мне заботиться о нём? Расскажи как? И как я могу называть тебя? Я не знаю традиций и правил человеков… не хочу обидеть или оскорбить и… Как мне вести себя с ним… с животным… — она сжала в руках цветок, сложно хотела защитить его — какую еду ему давать, чтобы он не хотел сделать едой меня? Черты лица кварианки были… Знакомыми, такими красивыми, а светофильтр лишь добавлял какой-то изюминки. Где-то он уже видел эти нежные черты, но вот где? — Нет этот пес не любит есть даже нежное мясо каких-то азарийских животных. Дружелюбен и просто хочет чтобы с ним погуляли, — он взял сигарету в руки, небрежно скниув пепел за порог комнаты кварианки, попутно зевнув и помотав головой, — к сожалению этому цветку не помочь, он медленно умирает в специальном растворе. А так… Этот цветок от несколько хищного растения, оно предпочитает в естественной среде жить в корнях, кажется, — Штайнер задумчиво затянулся, — тропических деревьев, дома можно держать в древесной коре, не особо интересовался, но обязательно посмотрю, — он опять смахнул пепел на пол в гостиную, — так же как я представился еще давно, Дмитрий Штайнер, так же можно… — человек задумался на секунду, — Дима, но только в стенах этой квартиры, — он присел, погладив пса, — у меня корм в шкафу в прихожей лежит, это самое оно, иногда мясо говядины или курицы, но это у нашего друга деликатес, да, хитрец? — Штайнер улыбнулся, а пес довольно плюхнулся на спину, подставляя живот под руку своего хозяина, — я сейчас пойду его выгуливать, чтобы он не сходил в туалет дома, пойдешь с нами? Потом покушаем. Оставаться одной ей очень не хотелось, да и новость о цветке, её откровенно расстроила. — Это очень печально… он так прекрасен и… умирает. — Она поставила орхидею на тумбочку возле кровати. Мужчина гладил животное по животу, трепал его за уши и по голове при этом он улыбался. Его глаза были наполнены искренней радостью, пусть и с оттенком печали, но всё же. Кварианка не могла понять, что заставляет его улыбаться, как это странное существо воздействует на этого сурового человека. Внутри неё боролись страх и любопытство, горячее желание, жажда познания, и… она решилась. Сделав несколько решительных шагов, Лесс присела на корточки и протянула руку к страшной голове. Кварианка застыла. Мужчина перехватил её руку, и настойчиво опустил на голову Хорду. Теплое, мягкое, живое… Она почувствовала, как бьется его сердце. Хорд быстро дышал, высунув наружу розовый язык, глаза были наполнены добротой и преданностью, и он определенно смотрел на неё. Штайнер все еще удерживал её запястье, и в надежде на освобождение от этой мертвой хватки она подняла на него глаза. — Мне нравится, как звучит Дмитрий, если ты не против, я буду звать тебя так. — Она сделала попытку отдернуть руку, но он не отпускал и как-то странно смотрел на неё. — Так мы идём справлять физиологические нужды Хорда, или ты задумал что-то другое? Штайнер аккуратно отпустил ее руку, немного погрустнев, что нашло на него, не понятно, но со своей стороны посчитал это достаточно грубым шагом так держать запястье кварианки. — Да, идем, — Дмитрий попытался улыбнуться, а после пошел к пепельнице и привычным движением раздавил окурок, — так что, одевайся, пойдем, — и запнулся, кварианка-то уже одета, — чтобы не слишком было тяжело гулять с псом, я использую поводок, — Дмитрий достал из шкафа в прихожей длинную веревку, — сейчас хоть и популярны поводки на основе мощных магнитов, но я считаю что это вредно для пса, — он накинул серую куртку, — Хорд, ко мне! -Пес радостно побежал, чуть не сбив с ног кварианку. Все же животное было неуклюжим, когда бежало, — извини, он не нарочно, да, наглец? — человек погладил Хорда и характерным щелчком закрепил поводок на ошейнике, — сегодня малооблачно, так что тебе повезло, сможешь погулять подольше, хитрец. Она проводила животное пренебрежительным взглядом. Ей было сложно понять зачем держать животное в неволе регламентируя его жизнь — это же жестоко, но люди получали от этого удовольствие. — Мне не нужно одеваться, этот костюм ещё лучше прежнего — она опустила голову — намного лучше… мне никогда с тобой за него не расплатиться — она сжала пальцы в кулаки и быстро вышла из квартиры. Что её поражало, животное рвануло за ней, словно она была для него чем-то не просто новым, странным, а определенно обожаемым, оно… так смотрело на неё. Хорд рванул с большей силой, но хозяин резко одёрнул поводок, уголки губ мужчины едва тронула улыбка, но это была не радость или умиление, это была снисходительная ухмылка. Лес шла по правую руку от Дмитрия, наблюдая за выражением его лица, за взаимодействием с собакой. Странное название — собака — Хорд — ещё страннее. «Зачем давать животному имя собственное? Зачем держать его в неволе? Если ты так любишь живое существо, то сделаешь всё чтобы оно было счастливо, а счастливо оно будет только на свободе…» — она украдкой взглянула на мужчину, он упивался моментом, разговаривал с Хордом, поглядывал по сторонам, ловя на себе одобрительные, а порой и восхищенные взгляды прохожих. И тот она вдруг поняла, осознание пришло настолько неожиданно, что она резко остановилась, остановилась и застыла. «Они испытывают удовольствие от того, что кто-то более слабый и незащищенный находится у них во власти, они каждый день мучают и унижают волю животного, которое хоть и имеет клыки и когти, но в сотню раз уступает в силе и изощренности человека. Держа питомцев люди удовлетворяют свои низменные потребности во власти, доминировании, насилии и даже садизме… Они покупают и красивые вещи, еду, выводят их на прогулки, определяют им место…» — кварианку затрясло, дыхание перехватило, а по позвоночнику прокатилась колючая ледяная волна. Она впервые за очень долгое время, а может и впервые по-настоящему встретилась с Дмитрием взглядом. Она собралась и сделала глубокий вдох. — Я долго не могла понять «Почему?» тысячу раз задавало себе этот вопрос и никак не могла найти ответ, но теперь я поняла… — она прижала руку к горлу и попятилась назад — нет… нет… этого не будет… лучше… — она начала жадно хватать воздух, коммуникатор резко то гас, то загорался, издавая хрипло-хлюпающие звуки. Длинные пальцы нащупали под подбородком клапан. — Стой! — Человек подбежал к кварианке, но было уже поздно, та жадно хватал воздух, смотря на человека глазами полными ужаса. Дмитрий взял ее маску, Лессанас панически задыхалась он ловко подхватил ее, когда она начала падать. Штайнер понял, что произошла паническая атака, только вот от чего? Человек посмотрел на ее миловидное лицо, на щеках у кварианки были шрамы, притом не сказать, что очень давние. Родеон… Чертов маньяк, — Лес, все хорошо, — произнес человек. Он обеспокоено смотрел на нее. Как. Как этот чертов маньяк сломал жизнь такому прекрасному созданию. Сломать жизнь, изуродовать, притом не внешне, а внутренне. Дмитрий сжал зубы. Конечно он уже встречал панические атаки ранее, но этот случай был другим. Сложность состояла и в том, что она стянула свою маску. Как это отразиться на ее здоровье? Но и надеть не получится, человек может сделать только хуже, — Лессанас, смотри на меня, все хорошо, тебе ничего не угрожает, давай, дыши глубоко, вдох выдох, — Штайнер держал ее на руках, — все хорошо, слышишь, давай реже глотай воздух, давай… Надевай маску обратно, -черт… не помогает… Дмитрий поджал губы, скрупулезно пытаясь сообразить что можно сделать в данной ситуации. — Ты! — она схватила его за ворот куртки и потянула на себя — Ты… — девушка захрипела — решил сделать из меня домашнего питомца?! Я не животное! — она снова захрипела, сквозь полупрозрачную сиреневатую кожу проступили крупные жилы, было едва заметно как они пульсировали, темно-каштановые волосы выбились из-под капюшона, а сверкающие белизной звёзд глаза стали медленно закрываться — Лу…лучше смерть… чем так… как он… — она медленно повернула голову в сторону оторопевшего Хорда. — Какое животное? Ты в своем уме? — Дмитрий продолжал ее держать, — Леса, прошу надень маску. Хорд живет со мной давно и поводок нужен чтобы не ограничивать его, а чтобы другие не пугались его любвеобильного интереса. Я живу один и с ним веду беседы, это помогает мне не скиснуть, давай, Лесса, надень пожалуйста маску обратно. «Я вижу… вижу мир… я умру счастливый… увидела, я дышала, я чувствовала… Они такие зелёные, или синие, или всё вместе, его глаза… Он что-то говорит… Почему я ничего не слышу?» — мысли путались у неё в голове, Лессану словно затягивало в воронку — " Вот так просто… всё закончится… нет это не он и не кто-то другой… это я себя убиваю, но я хочу жить… зачем я так жестоко к себе… я должна жить, я ещё не прикоснулась к цветку…» — она судорожно листала мысли и пыталась вспомнить название — " ар… армит… орхит. орхидея…» — она едва улыбнулась своим мыслям и провалилось во мрак. ________________________________ — Не пойму, — задумчиво произнес Альберт смотря на фотографии Штайнера вместе с кварианкой, — зачем он ее вытащил? — Добро еще есть в этом мире, — задумчиво произнес Гррен, попивая какой-то горячий напиток. — Да не верю я в это, — резко, с каким-то раздражением, произнёс детектив, — столько денег угрохать просто чтобы спасти одну жертву известного маньяка? Он не миллиардер, такими средствами разбрасываться. — Может он просто хочет помочь ей, безвозмездно, — Арекс посмотрел на эти же фотографии, — как думаешь, Т’Элл? — турианец посмотрел на азари, что сидела за специально собранным для нее рабочим местом и о чем-то думала. — А? Ты что-то сказал? — азари откинулась на спинку кресла и положила ноги на стол. — Извини я задумалась…- Доктор, облизав и прикусила нижнюю губу, вопросительно посмотрела мимо турианца на человека. Человек неодобрительно фыркнул. Все же эта дама «с верхов» ведет себя крайне неподобающе своей работе. Чем там вообще в крупных колониях занимаются? — Мне не понять зачем Дмитрий вытащил кварианку и оплатил ей дорогостоящие процедуры, — он также посмотрел распечатку счетов Штайнера, — для человека особенно с засекреченным военным прошлом это явно нетипично. Турианец покачал головой, смотря на отчеты по другим подозреваемым. Гррен тоже подметил странную модель ведения дел у Катари. Но в отличии от Дрездена думал, что это не из-за того, что она «важная шишка», а потому что специфика ее работы хорошо повлияла. Ведь в центрах кого только не встретишь, это тут один маньяк, все остальное более-менее бытовое. — Ну ты сам ответил на свой вопрос… — она поменяла ноги местами, а Арекс напряженно сглотнул, не отрывая от них хищных глаз, цвета крепкого виски. — Засекреченное военное прошлое, хотя ни настолько оно и засекреченное — она поднесла к лицу датпад и стала перелистывать страницы — много и жестоко убивал, всегда по приказу, порой, а потом и зачастую не соглашаясь с ними, но не имея возможности и даже права возразить. Возможно, убивал кварианцев, а скорее всего так и было, люди после войны хотели прогнуться под турианцев, турианцы под азари, в итоги грязные, неприглядные совместные секретные операции в периферической области галактики, в тех же системах Терминус. — Катари встала, и подойдя к Арексу, положила ему руку на плечо. Турианец вздрогнул, а она продолжала смотреть в глаза Альберту, ища зацепку в его реакции. — Вы очень с ним похожи… Так что продолжай, мне нужны детали. — Уголок её губ пополз вверх, а глаза приобрели хищный прищур. — Не лезь в мое прошлое, — детектив прищурился, не особо желая вступать в игру, затеянной азари, тем не менее встал и подошел к ней, — оно к этому делу никак не относится, или ты коллекционируешь досье бывших военных? — он прищурился беря в зубы сигарету, он особо не курил в помещении, где работал, но сейчас ему было плевать, ему было интересно как отреагирует на это азари, — так значит нашей королеве дали данные, которые мы не можем получить уже битый месяц, — он выпустил дым ей в лицо, прищурившись, — деталей не так и много, госпожа, — издевательски продолжил Альберт, — не считая тех, что он потратил около трети своих сбережений на лечение и костюм кварианки. Не думаю, что это тот человек, который способен сопереживать чужим трагедиям. Но и связи не проследить, она к компании, где он числится, никак не относится. Турианец смотрел на них с неподдельным интересом. Но не встревал, пытаясь краем глаза смотреть на датпад, и при этом не пропускать ни секунды данной игры за психологическое доминирование. — Как мило, Вы такой чувствительный и сентиментальный, азари любят сентиментальных существ, в их глазах такая светлая грусть… — она глубоко вздохнула и улыбнулась. — Только вот тут дело, дорогой Альберт не в сантиментах и эмпатии, а в искуплении. — Она ловко закрыла датпад и её шустрые пальчики пробежались по шее и загривку турианца, остановившись на ближнем к ней гребне. — Он увидел жертву страшной расправы, вспомнил, как чинил такой, а может и более жестокий беспредел с кварианками, и щёлк — она щелкнула пальцами перед самым носом следователя — кто-то другой, к примеру, идёт служить обществу и видит в этом искупление — она не двусмысленно смерила его взглядом — забывая, что именно это самое общество и толкало его в прошлом на все те ужасы, что он пережил — она стала интенсивней поглаживать гребни, уже расслабленного коллеги следователя. — И со стороны это тоже кажется весьма странным, всем кроме того, кто жаждет искупления. Дрезден косо посмотрел на своего коллегу, который блаженно дергал жвалами, еще чуть-чуть и, глядишь, заурчит, потом посмотрел на Катари, выдыхая медленно дым. — Я смотрю, вы предпочитаете турианцев, но при этом ведете диалог со мной, а не с Грреном, — счет был в ее пользу, но на то он и человек, чтобы пытаться выиграть даже в безвыигрышных ситуациях, — вы ошибаетесь. Искупление удел простаков. Какой смысл после стольких убийств искать искупление всего в одной кварианке? Это не соизмеримо. Гррен все же блаженно заурчал. Чем отвлек человека на секунду. — Смотри не кончи, Аррекс, тебя используют, — детектив ухмыльнулся переводя взгляд обратно на Катари, — а что насчет меня, мисс Т’Элл, я не ищу искупления. Просто в этой богом забытой дыре нет нормальной работы в отличии от ваших процветающих центров. — Эгоцентричность людей и зацикленность на себе порой туманит умы даже тех из вас, кто наделён не только талантом, но и проницательностью — она тяжело вздохнула и провела рукой по лицу Арекса. — ревность к своей расовой идентичности, также, как и предпочтение не свойственны культуре азири, мы — космополиты, но мне не может не льстить, что вы детектив, не остались равнодушны. — Подойдя к нему, она забрала зажатую в его в губах сигарету и сделала затяжку — простаков говорите… самокритично и наивно. — Она снова затянулась, элегантно играя сигаретой между пальцев — только вот это вершина огромного айсберга и самое интересное сокрыто в глубине, ибо истинные цели никто не выставляет напоказ, уж кому- кому, а Вам ли не знать детектив. — Она затушила сигарету и вышла из кабинета. — Тьфу, — человек фыркнул, — надменная королева, — Альберт посмотрел на турианца, что был явно расслаблен, — Гррен, работа не ждет, просматривай данные. Дрезден проиграл в сухую в игре, в которой не хотел играть. Что ж… Т’Элл умеешь ты играть, а не заниматься нужными делами. человек уткнулся в датпад, продолжая изучать данные. Несмотря на то, что маньяк затих, никто из троицы не сомневался, что рано или поздно может произойти еще одно убийство, которое, возможно сможет дать еще одну хорошую зацепку. ________________________________ Штайнер сидел на кровати, склонившись над Лессанас. Омнитул показывал, что Фуракса в приемлемом состоянии, система жизнеобеспечения не сигнализировала о каких-то отклонениях, ни повышение температуры, ни вирусов… В общем, повезло. Хотя на всякий случай система ввела смесь стимуляторов, усиливающие иммунитет. И повезло не только в этом, а втом, что на улице нашлась азари, разбирающаяся в кварианцах, что помогла поставить обратно светофильтр и проверить соответствующие сигнатуры, прежде чем он отнес Лессанас домой. Время шло, но он не отходил от нее. Уже начало темнеть, а он все сидел рядом и смотрел то на нее, сквозь светофильтр, то на ее показатели, в надежде, что они останутся такими же нормальными. Омнитул замерцал и погас. Во рту было горько, а на языке отчетливо ощущался привкус металла. Ноющая боль в основании черепа растекалась вдоль позвоночника, создавая едва уловимые электрические импульсы. Темнота, такая спокойная и тёплая… «Я скорее всего умерла, или где-то на пороге смерти, было очень похоже…» — кварианка захотела открыть глаза, но испугалась. Еще несколько минут она лежала, не шевелясь и слушала как резко, с перебоями бьётся её сердце. «Я определённо жива, но где я? Я могу открыть глаза и понять где я… мне нужно просто открыть глаза и всё…» — мучительный шаг в бесконечность — разомкнуть веки, как перевернуть страницу жизни, как приоткрыть завесу страшной тайны, как упасть в бездну. Она решилась, она сделала это резко и быстро. Штайнер улыбнулся, видя, что кварианка приходит в себя. — Все хорошо, Лессанас, ты в безопасности, — проговорил он стандартную фразу, в надежде на то, что кварианке сейчас резко не станет хуже, — как ты себя чувствуешь? Система жизнеобеспечения говорит что все в порядке, у тебя ничего не болит? — Дмитрию самому было странно так заботится о ком то, видимо сейчас он пытался создать атмосферу безопасности для нее, просто… Чтобы ей было комфортно. — Зачем ты не дал мне умереть? — она просто лежала, не шевелилась, внутренне затаившись. — Ах ну да… я очень дорогой питомец, — всё что произошло пронеслось в голове огненном вихрем. она сжала пальцы в кулаки, коммуникатор зашипел, она хотела что-то сказать, но так и не решилась. Улыбка сползла с лица Штайнера, сменяясь на… Грусть? Он тяжело вздохнул. — Я не дал тебе умереть просто потому что я хочу тебя спасти. Почему? Не знаю. Ты не питомец, а личность, а значит вольна уйти, когда тебе будет удобно. Согласись, — он достал сигарету и приложил к губам, поднес зажигалку и… Убрал так и не прикурив, более того, убрал сигарету обратно в пачку, — что сидеть в стенах больнице ужасно. Поэтому ты тут. Захочешь улететь, я помогу тебе безвозмездно. Ты ничего мне не должна. — Какой жест, какая широта души! — Она резко села, почти впритык приблизившись к его лицу — И куда же я пойду? Ты прекрасно знаешь, что идти, лететь мне некуда, да и не ждут меня. Больница… Ну если только в ночлежку сестёр милосердия Аттами, да и то на пару дней. — Она заглянула в его сине-зелёные глаза — у меня два варианта умереть или остаться тут… на твою милость. Думаешь я буду ждать тебя, как это несчастное животное в надежде на еду и прогулки, буду развеивать твою тоску и печать, собирая на нить времени твои воспоминания о давно потерянном?! Ошибаешься! — кварианка встала, пытаясь так придать своим словам значимость и вес, но ноги оказались не столь надежными союзниками как она ожидала, в голове загудело, а пространство медленно поплыло. Она сами не поняла, как оказалась у Дмитрия на коленях. По выражению его лица было видно, что он тоже. Несколько секунд замешательства и он крепко схватил её за предплечья. Лесс застыла. Голова всё ещё кружилась, ноги покалывали, к горлу подступила тошнота, но она не смела шелохнуться или издать какой-либо звук, она застыла, словно кристалл в оправе из титановой хватки его рук. Его руки начали сжимать предплечья сильнее, а после скользнули ниже, он прихватил её за локти и одним резким рывком прижал к себе. Мужчина наклонился к ней: «Быть жертвой и строить ее из себя совершенно разные вещи. Опыта тебе конечно не занимать, но не нужно стремиться к первому и увлекаться вторым» — голос был спокойный, жесткий, холодным и совсем чужим. Дмитрий сглотнул, резко ее обнял, пытаясь тем самым ее успокоить, или себя? — Но если тебе некуда идти, то почему тебе не задержать тут хотя бы на немного, чтобы встать на ноги? Успокоиться. Чем здесь хуже, чем у сестер милосердия? Код двери ты знаешь, в любой момент уходишь, гуляешь по городу, общаешься с теми, с кем тебе хочется, а здесь, — он несколько крепче, но при этом все с той же нежностью, коей не было в начале, усилил объятия, — здесь твоя кровать, твоя еда и такой же заложник ситуации, который живет вместе со своим псом как в клетке, — последние слова Штайнер сказал очень тихо, но также чуждо, — день ото дня. В аду собственного безумия и беспомощности. — У нас у обоих есть иллюзия выбора, иллюзия того, что мы можем что-то изменить, управляем ситуацией, а не наоборот, мы бережно храним эту иллюзию, только вот нет у нас никакого выбора. — она чуть повернулась и положила руку ему на плечо, — и самое страшное, что мы сами не хотим ничего менять. — Дмитрий ослабил хватку и она повернулась к нему — Вот что мешает тебе собрать вещи, его — она кивнула в сторону притихшего и озабоченного пса — и свалить в центральные системы, встретить друзей, найти работу, стать частью социума, — она приложила пальцы к его губам, когда он было что-то хотел сказать — проблема в том что… мы не хотим быть частью социума, мы презираем его, видим его боль, грязь, несовершенство и все пороки. — Лессанас машинально положила руку ему на грудь — Я… я могу попробовать… — она явно засмущалась, и заламывая пальцы опустила голову — разделить твою иллюзию, но легче тебе не станет, хотя… возможно это будет неплохая прививка от одиночества. — Кваринка осторожно поднялась, опираясь на его колено. — И я все еще побаиваюсь его, а выходит так, что большую часть времени мне проводить с ним. — она снова посмотрела в сторону Хорда. Пса это воодушевило он поднялся на четыре лапы, осторожно и размеренно завилял хвостом, сделал пару шагов навстречу и звонко гавкнул. Лесс вздрогнула. — Хорд! Место! — пес расстроенно поджал уши и грустно пошел на свой коврик и лег на него, тяжело фыркнув. Человек встал сам, кварианка успокоилась, и это, пожалуй, главное в данной ситуации, — ну почему же большее время ты будешь проводить одна? Я то сейчас особо никуда не хожу и… Ты не голодна? Вторые сутки без еды, — Дмитрий посмотрел на нее и вновь машинально достал сигарету и… задумался, — ты против не будешь? — Штайнер кивнул на сигарету, мол, можно ли ему покурить в собственной квартире? Что в принципе звучало как-то… Странно, — возвращаясь к вопросу о самочувствии, — Дмитрий взял сигарету в зубы, но так и не закурил, дожидаясь ответа, — голова не болит? Или что-то еще? Ведь разгерметизация костюма вещь не очень приятная для тебя. — Этот костюм намного совершеннее привычного мне, видимо в нем дополнительный и более оснащенный медицинский модуль — она чуть покачиваясь пошла в сторону балкона — в любом шлеме кварианского костюма вмонтированные воздушные фильтры системы ран хай 6 — Лессанас немного растерянно стала искать кнопку с помощью которой можно было открыть балконную дверь — они фильтруют даже кроганское дыхание, не говоря о токсинах и прочей ерунде. — не найдя кнопки она повернулась к мужчины, который уже наслаждался долгожданной сигаретой — это очень печально, — она обняла себя за предплечья — печально, когда не можешь ощутить запах и вкус пищи, аромат цветов, запах утра после дождя, да и даже дым сигарет. Вам не понять… Тебе не понять… Ты вот говоришь, что живешь в клетке — она явно начала раздражаться, внутри снова затлела обида, злость и даже где-то зависть — а я в ней постоянно с самого рождения, как… как какое-то животное. Кварианка, всё ещё страдая нарушением координации, двинулась через комнату в сторону кухни. Зайдя за барную стойку, Фуракса осмотрелась по сторонам и взяв в руки половник растерянно посмотрела на Дмитрия. — Я не умею готовить. — она положила поварское орудие на столешницу, — кварианцы не готовят, а что и как едят человеки я просто не знаю. Казалось она вот- вот заплачет от обиды. — И не надо, всю еду, человеческую, я возьму на себя, а вот помочь научиться делать кулинарные изыски, например, турианских блюд, это пожалуйста, научу, что умею делать, — он подошел к холодильнику, открыл его и достал турианскую шоколадку, а себе коробку открытого апельсинового сока. После медленно прошелся до кварианки и сунул в руки сладость, — забавно что ты хочешь свежего воздуха, оставаясь в фильтрах, — это было сказано опять странно, с усмешкой и как-то резко. Дмитрий потянул за ручку балкона, система была достаточно древней, но такой простой и надежной, даже если отключат электричество, он сможет регулировать воздух как ему вздумается, в отличии от соседей. — Пойдем, посмотришь на колонию с высоты, -Штайнер вышел, Лесса, неуверенно держа шоколадку, вышла следом. — Если так рассуждать, свежий воздух ты уже ощутила, — голос Дмитрия менялся с завидной регулярностью. Что это? Издевается? Или просто такая странная манера общения? — И ничего, даже система жизнеобеспечения сказала, что ты не заразилась ничем. — Дело не в том, заразилась я или нет, а в том, что у кварианцев очень низкий иммунитет, можно сказать его вообще нет и то что для других рас совершенно естественно в составе воздуха, для кварианца может стать смертельно. Вы рождаетесь с микрофлорой, в которой насчитываются сотни тысяч бактерий, они не вредные, а полезные… для вас, но смертельные для нас. — она прошла на балкон и встала рядом с ним — Значит, свежий воздух… чувство юмора у тебя оригинальное, я оценила. С балкона открывался вид на долину Крипта, в которой располагался деловой центр колонии. Солнце ещё не село за горизонт окончательно, и окрашивало изумрудно-синие небо в причудливые сполохи рыжего, синего, густого зеленого и фиолетового цвета. На западе, пряча за собой уставшее солнце, возвышалась горная гряда Веном Фангз, которая рваной сетью кинула свою тень на долину. На востоке уже появились первые звёзды, небо приобрело темно-фиолетовый цвет, а очертания огромного оранжевого брата планеты с каждой минутой становились всё чётче и чётче. В городе уже наступили густые сумерки, улицы расцвечивались огнями магазинов, клубов, подвижной рекламой. Высокие административные здания сверху отражали удивительную палитру неба, а внизу подсвечивались зелеными огнями и красным свечением. Кварианка и человек стояли молча, она наслаждалась видом, он — сигаретой, видом и тем что она осталась. Не важно на сколько, сам факт — осталась. — Тебе повезло тут жить, очень красивый вид. — она старалась не смотреть на него, но это было сложно, — Утром тоже наверняка красиво, как странно стоит дом, можно видеть и рассвет, и закат. Погружённый в свои мысли человек закурил вторую. — Удачно дом расположен вдоль параллели, — пожал плечами Дмитрий, он открыл крышку и отпил немного сока, а после вдохнул едкого дыма, — утром красиво, пока не случились… Определенные события, я любил выходить утром с чашечкой чая и наблюдать рассвет, но, озабоченные личности все мне попортили, — Штайнер нервно выкинул недокуренную сигарету, — а… Как тебя занесло в этом богом забытую колонию? Он явно был напряжен и старался скрыть раздражение, но не очень удачно. Кварианка замерла на мгновение, а когда пришла в себя поняла, что раздавила в руке шоколадку. Не то чтобы вопрос был неожиданным, но то что неприятный — это однозначно. На улице было тепло и шоколад начал таять у нее в руке. — Не такая уж она и богом забытая… — они вошли в комнату, где их уже радостно приветствовал Хорд. Попробовав воздух пес осторожно, вроде как между прочем направился к кварианке. — Я как это обычно бывает отправилась в паломничество. Сначала я попала на Иллиум, там и поняла каково на вкус «идеальное общество». Я пробыла там около полугода, сменила пару работ и улетела, когда мою приятельницу и соседку по комнате продали в рабство. — Мужчина развалился на диване, и закрыв лицо руками, издал стон усталости. Лесс подошла к нему со спины. — Здесь все было, нет не проще, понятнее, честнее. Если ты батарианец вор — он вор, сам не скрывает и другие воспринимают это как данность, в отличие от центральных систем, где таких называют бизнесменами со сложными обстоятельствами в работе. — Кварианка присела на спинку дивана любуясь последними разводами заката. Дмитрий выдохнул. — Так мы так и не поели, — он встал и пошел к холодильнику, смотря на продукты кварианки, несколько нахмурившись. Такое разнообразие, и ведь может вытащить что-то не то, пусть сама Лесса найдет себе что-нибудь по вкусу, — подойди, я не знаю что из этого ты сейчас предпочтешь, — сам же Штайнер взял из холодильника себе кусок колбасы и… Немного подумав, ринкол, нет, не для того чтобы пить, скорее показать пару фокусов с этой горючей жидкостью чтобы скрасить вечер и отвлечь от тяжелых мыслей.- Честные личности… Да, ты права, здесь масок куда меньше, и именно поэтому оно богом забытое, когда нет жестких привязок к статусу, когда врать не имеет смысла, тогда и маски не нужны, не находишь? — он улыбнулся, разводя в стороны руками. А после посмотрел на Хорда, что явно наметил свой взгляд на колбасу, — собакен, не наглей, сегодня у тебя был вкусный корм. — Обычно я предпочитаю питательный коктейль, — она заглянула в холодильник через плечо Дмитрия встав на носочки. Глаза разбегались от изобилия и разнообразия — я даже не знаю, как многое из этого употреблять в пищу, там есть инструкция? — есть жутко хотелось, она потянулась за приглянувшейся коробкой и не смогла удержать равновесие. Штайнер среагировал быстро, подхватив её, Хорд тревожно залаял, а декстро шоколад остался на футболке Дмитрия. — Бош Тет Харвал Дум Рави! Прости, я забыла… мне так неудобно, я постираю, прямо сейчас, снимай! — Лесс засуетилась, подбежала к раковине, открыла воду, чуть не наступила псу на хвост, подскользнулась, но смогла удержаться на ногах. — Я всё порчу, всё не так… я не смогу у меня не получиться даже просто жить. — она закрыла светофильтр руками и по стенке сползла на пол. Бурча что-то невнятное, она обхватила колени руками, пряча в них голову. Штайнер снял футболку, чтобы не запачкать ее еще больше и подошел к Фураксе. — То, что ты выжила уже говорит о твоем стремлении жить, — человек ловко взял кварианку на руки, несмотря на слабое сопротивление, — успокойся, ты так испачкаешь все что можно. Тише, адаптация быстро не произойдет, ошибки все совершают… Лучше скажи, чем тебе надо будет отмыть светофильтр чтобы его особо не поцарапать. Все все портят, так и идет жизнь, пошли в ванную, отмывать твои руки, их же… Можно мыть не опасаясь? Или опять какие-то спец средства нужны? — Дмитрий медленно понес ее в ванную комнату, — спокойно, всему можно научиться, правильно ведь? — Штайнер посмотрел на ее измазанный светофильтр, — и сейчас тебя отмоем и спокойно сможешь поесть то, что захочешь, без всяких опасок, согласна? Ведь ничего плохого не случилось. Светофильтр был испачкан коричневато-черными разводами, глаза застилала пелена слез, она едва различала очертания и силуэты. Дверь в санузел характерно зашипела, и она услышала, как полилась вода. Стыд, обида, ощущение беспомощности разрывали её изнутри, она уже не могла сдержать поток эмоций, от ее всхлипов и неразборчивых причитаний на кварианском коммуникатор истерично моргал красным и сдавленно попискивал. Она чувствовала, как сильные, но нежные руки поставили её на пол, как струи воды побежали по ее костюму. На несколько мгновений он отпустил её, и вот большая ладонь медленно и осторожно смывала разводы шоколада с её светофильтра. Дмитрий стоял весь мокрый, по обнажённой груди бежали струи воды, брюки промокли насквозь, прилипнув к накаченным ногам. Сине-зелёный взгляд был немного растерянным и тревожным. Она смотрела в его глаза, пытаясь понять, где заканчивается синий и начинается зелёный. Он что-то ей говорил, но она не разбирала слов, она просто смотрела и с каждой минутой приходило успокоение. Он словно гипнотизировал её, казалось, она уже видела эти странные и завораживающие глаза. По всему телу разливалось тепло и это явно был не эффект от воды. — Вот и все, Лесса, а ты беспокоилась, — человек стянул полотенце и стал ее аккуратно, но старательно вытирать. Она лежала в ванной и, судя по виду, успокоилась, что несказанно упрощало любые действия. Штайнер аккуратно стал проходить полотенцем по ее костюму в районе груди. Дмитрий нелепо улыбнулся, в голову закралась шальная мысль, а как же все-таки выглядит кварианская грудь? Эта мысль предала ушам слабый красный оттенок, а сами они горели будь здоров. Казалось бы, вояку ничем было пронять, но Фуракса невинно смогла это сделать. Настолько, что Штайнер, увлекшись, натирал уже сухую часть. Пускай костюм кварианцев и был гидрофобным, но ведь это не значило, что можно ходить и мочить все вокруг водой. Совладав со своими мыслями, Дмитрий спустился полотенцем на живот Лессаны. Дойдя до низа живота, человек аккуратно обогнул его, переходя на ноги. На этот раз Штайнер сконцентрировался на собирании воды, игнорируя странные шальные мысли, более пикантного толка. Хотя само действие с полотенцем так и норовилось заставить человека мысленно раздеть кварианку. Это завораживало и одновременно отталкивало, как он, вояка-ксенофоб вообще допускает такие мысли? Еще немного и он помог ей встать. — Все? Успокоилась- холодно и как-то с нотками агрессии спросил Дмитрий, а после спокойным голосом продолжил, — теперь, когда ты сухая, позволь мне переодеться, и я тебя сегодня накормлю, какие бы события еще не приключились, не хочу, чтобы ты с голоду умерла, — Дмитрий улыбнулся, вытирая свой торс этим же полотенцем. Кварианка увлеченно наблюдала за процессом, казалось время потекло медленнее, внизу живота появилась приятная тяжесть, и не смотря на терморегуляцию костюма, ей стало жарко. Внезапно, ей стало стыдно за промелькнувшие мысли и посетившие её ощущения, тем более, он был человеком, а не кварианцем. Лицо Лесс залил нежно-фиолетовый румянец, но только на пару мгновений, осознание того, что её лицо скрыто от сине-зелёных глаз расслабило и подуспокоило её бешено скачущее сердце, а мысль о том, что она и дальше может пялится на него, не будучи разоблаченной, заставила улыбнуться. — Спасибо… Дмитрий… — прошептала она, впервые за долгое время обратившись к нему по имени — у тебя начинает входить в привычку спасать меня. — Она тихонько хохотнула. — Почему ты спрашиваешь? Переодевайся. — Это как-то само сорвалось с губ и только после того, как слова улетели, она поняла, что сморозила. Дмитрий лишь ухмыльнулся. — Ну, спасибо, что назвала меня по имени, — Штайнер ответил довольно резко и по его лицу скользнула едкая и затяжная ухмылка, а после перешел на нормально-дружелюбный тон, — хочешь присутствовать при этом? — повисла неловкая затяжная пауза, которую прервал звонкий лай пса, который все настойчиво скребся к ним в ванную, — хм… Боюсь, что Хорд не даст нам такого… Скромного и интимного процесса, — на последние слова Дмитрий сделал какой-то странный акцент, от которого сам и сконфузился, сморщив лицо в неприятной гримасе, — полагаю, тебе лучше побыть с ним, пока я переоденусь, а потом мы нормально покушаем, хорошо? — Да!.. Да, конечно… его нужно покормить и приласкать, Килла! Что я несу! — Ты давай, снимай, перевидай или что там надо тебе сделать… в общем делай наконец! — Лесс поспешно и немного неуклюже вылезла из ванны. Оставалось всего ничего, каким-то образом добраться до двери преодолев полуобнаженного и мокрого Штайнера. Кварианка решительно направилась к двери, немного замешкав перед мужчиной, не зная, с какой стороны его обойти. Дмитрий стоя не двигаясь крепко схватившись за кожаный ремень промокших брюк. Дышал он тяжело, смотря на неё исподлобья, хищно, плотоядно. — И с чего ты решил, что я хочу присутствовать при том, как ты оголяешься! — Кварианка ещё пару раз скользнула взглядом по его торсу и спотыкаясь вырвалась из санузла в коридор, где с оглушающем лаем повалил её на пол Хорд. Как нистранно, она была рада ему, он сам того не понимая спас её от чего-то странного и опасного. Человек смущенно фыркнул, представляя, как кварианка решилась приласкать… Но совершенно не Хорда, наверное именно по этому он неловко взялся за ремень, не сообразив, что не дает пройти Лессанас. Что с ним происходит? Почему присутствие Лесс пораждает такие грязные мысли в его голове? После того, как на нее свалился пес, Штайнер выдал: «Хорд! Аккуратней». Он помог Кварианке встать, краснея от собственных мыслей. Надо было это как-то прекратить и радостный лай пса заставил отвлечься обоих. — Колбасу этому наглецу не давать, — они еще не знали, что Хорд стащил уже колбасу и тихо слопал. Сам Дмитрий закрылся и стал переодеваться, надевая на себя обычную белую майку и шорты, что были до колен. Немного поразмыслив, он посмотрел в зеркало, раздумывая, как же убрать небольшой румянец на его щеках. Было поразительно, как такое нежное и непривычное существо в его стенах смогло заставить смущаться. Посмотрев на себя в зеркало, Дмитрий умылся холодной водой, смывая все мысли. Еще немного постояв у зеркала, Штайнер посмотрел на себя и вышел к Лессанас, что гладила Хорда, пытаясь отвлечься от каких-то своих мыслей. — Ну, с, теперь мы наконец-то тебя покормим, — Дмитрий улыбнулся, подходя к ним и обращаясь к Фураксе. — Один из нас уже неплохо перекусил. — Хорд посмотрел на Дмитрия и поджал хвост. Штайнер бросил взгляд на Лесс, затем на пса и снова не Лесс. — во всей этой суматохе дверь холодильника осталась открытой и… — кварианка погладила Хорда по голове и легонько похлопала по спине. — В общем колбасы больше нет и кажется ещё чего-то — она перебирала слова, пытаясь вспомнить — а мяса, куска мяса. — Мужчина мрачнел на глазах, пес прижал уши и инстинктивно стал жаться к кварианке. — Он не виноват, это всё я — она встала с колен и прикрыла пса собой — если бы не моя истерика и погром, который я устроила на кухне ничего бы не произошло, — Штайнер скрестил руки на груди и испепеляя взглядом несчастную собаку, сделал пару шагов навстречу. — Нет! Дмитрий не надо! — Лессана метнулась к нему навстречу и вцепилась тонкими пальцами ему в предплечья — Пожалуйста не наказывай его, прошу тебя! Штайнер резко схватил за бока Фураксу. Сначала как-то нервно пытался сдавливать, но потом хватка ослабла, а руки сползли несколько ниже. Бывший военный поменялся в лице. — Я бы ему ничего не сделал, максимум немного пожурил, — Дмитрий посмотрел за спину кварианке и прищурился на пса. Тот в свою очередь скульнул и спрятался за диван, разве что только хвост выдавал. Штайнер посмотрел вновь на Лесу, не сразу даже соображая, что держит ее за талию. Прикрыв глаза, он смущенно опустил руки и пошел к холодильнику, — и так, красавица, — человек даже и не сообразил, что отпустил комплимент, — как вы, кварианцы едите? — Ну… учитывая обстоятельства… — она немного растерялась и засмущалась — не думаю, что это приятное зрелище. — она почувствовала, как что-то коснулось её ноги, этим «что-то» оказался Хорд. Пес стоял немного позади, боязливо выглядывая из-за её ног. — Но тебе придётся с этим смириться, ведь мы решили пожить вместе, — она хохотнула, но не так как обычно в её интонации чувствовался вызов с тонкими нотками сарказма. — Прежде всего нам понадобиться машина для измельчения, декстро вода, небольшой жгут или гибкая трубка ну и главное… — тяжело вздохнула — терпение и сноровка. — она в два шага оказалась возле Дмитрия, который озадаченно чесал затылок. — Все устроим, — задумчиво произнес Штайнер, а после резко отшатнулся. Кварианка настолько тихо подошла что сработали рефлексы, но он вовремя остановился и не взял Лесу в захват, — пожалуйста, старайся так бесшумно не подкрадываться ко мне, — человек еле заметно сжал кулаки, — миксер организуем, трубки есть, все есть, так что сможешь попробовать турианской еды достаточно комфортным для тебя способом. — Учитывая, что нам нужен не миксер, а как минимум блендер, я что-то сомневаюсь в успехе нашего мероприятия — она скрестила руки на груди и немного отклонившись назад, смерила его взглядом. — Я не разбираюсь в кухонной утвари, но эта хрень у меня точно есть, — Дмитрий с ухмылкой посмотрел на Лессанас и развел руками, — что? Все есть? говорю же, — он открыл один из шкафчиков над своей головой и стал аккуратно искать нужную посуду. Найти-то нашел, но, когда доставал, на его голову свалилось огромное количество кухонной утвари. Стоя красный как рак, Штайнер повернулся к кварианке, держа в руках хороший и мощный блендер, — я думаю, пятьдесят процентов успеха уже есть, — холодно произнес он, красный цвет не пропадал с его лица. — О да! Ты весьма крут с этим блендером на перевес. — она нарочито шмыгнула носом, оставаясь стоять и оценивающе смотреть на противостояние прошедшего через космический ад солдата и кухонной утвари. — На твой миксер, я за трубками, — произнес он сквозь зубы, его жилы на шее вздулись. Дмитрий резко поставил на стол блендер. Штайнер стиснул зубы и в сердцах пнул валяющийся под ногами, по иронии судьбы, миксер и пошел в прихожую, где у него в шкафу лежало множество всего, в том числе и трубки. Кварианка старалась сдержать, а потом как-то скрыть смех, но удавалось ей это не очень, Пес побежал за хозяином в прихожую вяло виляя хвостом. Лесс прошла к шкафам и подняв с пола утварь, принялась просматривать тщательно упакованные продукты. На некоторых пакетах и контейнерах была маркировка в виде кварианского символа, что означало полную совместимость турианского продукта с кварианским, в основном это были овощи и фрукты. Фуракса взяла емкость блендера и промыла декстро водой, затем аккуратно открыла пакеты с овощами и фруктами, стараясь как можно быстрее положить их в емкость и закрыть крышкой. Из прихожей доносилась бранная человеческая речь, она это поняла поскольку переводчик не переводил причудливый сленг людей. Пёс лаял и скулил, Дмитрий матерился. В конечном итоге в дверном проёме, мрачнее тучи и разъярённее быка появился Штайнер. — Как успехи? — с легкой издевкой и любопытством поинтересовалась она. Он просто пылал, видимо умудрился даже споткнуться о пса. Тем не менее в руках был простенький резиновый шланг небольшого диаметра. Штайнер косо посмотрел на еще не включенный блендер. И это как-то помогло немного подостыть. — Лессанас, а чистить эти фрукты не надо? Мне кажется, парочка из них в несъедобной кожуре, — человек подошел к засранной грязной посудой раковине, видимо сполоснуть шланг, но понимал, что этого так просто сделать. Прошипев что-то себе под нос, Дмитрий старательно поднял большую часть посуды из раковины и отложил в сторону. Теперь хоть можно сполоснуть шланг. — Да? Ты думаешь? — она приподняла ёмкость блендера, рассматривая её содержимое — ну не знаю, я таких никогда не видела, но на пакете была маркировка, что подходит для кварианского рациона. — она приподняла ёмкость над головой рассматривая фрукты — а какая разница, всё равно измельчать. — она встала на носочки и заглянув через его плечо, оценила тщательность промывки шланга — мыть надо декстро водой, иначе он будет не пригоден. Он тяжело вздохнул. — Куплю фильтры, сейчас могу ринколом обеззаразить эту вещь, а потом сполоснем декстроводой, просто если так, то твои запасы воды очень быстро иссякнут, — он повернул голову к ней, — что? — Дмитрий ухмыльнулся, резко меняясь в лице, — Ринкол очень мощная штука, ей любую биологическую грязь можно удалить ни один сканер не возьмет, — он опять повернулся, вытаскивая шланг, — ну… Будем пробовать? Немного риска не помешает. — Ринкол?! Ты вообще соображаешь! — она вырвала у него из рук резиновую трубку и пихнула бедром, показывая этим, чтобы он свалил от раковины. Деловито промыв шланг декстро водой, она закрепила его на пластиковом контейнере цилиндрической формы. Осмотрев поделку со всех сторон она принялась пристраивать пластиковую соломинку к бутылке с декстро водой. — Ну вот — гордо сказала она — обращаясь к мужчине — столовые принадлежности готовы, теперь осталось только измельчить продукты. — она легонько подтолкнула к Дмитрию блендер. — давай ты — она опустила голову с и стала заламывать пальцы — как-то он не надёжно выглядит… нет не подумай, что я рискую твоей жизнью… я просто не умею и вообще это всё человечье мне не понятно. — она ещё разок подтолкнула к нему блендер, а сама сделала пару шагов назад. Он тяжело вздохнул, смотря на нее исподлобья. — Ты думаешь этот прибор может взорваться? Или хочешь посмотреть случиться ли что-нибудь со мной? — Штайнер самоуверенно посмотрел на блендер, — это не бомба класса К-784, так что страшного ничего не будет, — холодно, будто машина произнес Штайнер и включил блендер, забывая, что Фуракса не умеет пользоваться этой штукой и не смогла плотно закрыть крышку. Итог был очевидным. Хорошо еще что успел сразу выключить, так что часть ужина у кварианки все-таки осталось. Тяжело выдохнув человек, не открывая глаз, произнес, — обычно крышку плотно закрывают, забыл проверить, — он почти весь был в декстроеде как и часть кухни. Так от души она уже давно не смеялась. Дмитрий медленно закипал, густыми сине-фиолетовыми соплями по лицу и груди стекала кварианкая еда. Штайнер плотно закрыл крышку с остатками пищи. Лесс, давясь от смеха игриво подскочила к нему — Я не знаю, как детанирует К-874, но это тоже мощная штука, — она села на стол перед застывшим мужчиной и болтала ногами — теряем сноровку солдат?! — кварианка протянула к нему руку. Осторожно она провела пальцем от виска до губ собрав немного жижи. — выглядит аппетитно, вот бы… попробовать прям так… — Лесс снова стало жарко, а на кончиках пальцев она ощутила покалывание. Дмитрий как-то странно стрельнул в её сторону глазами, с ресниц всё ещё капала жижа. — Вот видишь, не только я вся в еде пачкаюсь, ты вот то же отличился, но намного эпичнее меня, — она решила пошутить что бы снять возникшее между ними напряжение. Дмитрий продолжал на неё смотреть и молчал. — Кваринака спрыгнула на пол — Так снимай одежду и иди мойся, а я пока приберу тут, где уборочный инвентарь я уже поняла. Человек посмотрел на нее, тихо рыча и резко стягивая футболку. — Тебе ничего не мешает попробовать, — тихо и сухо произнес Дмитрий, с некой загадочной улыбкой, после чего умылся, — я в отставке, так что в какой-то мере теряю сноровку, но по мне, удачно рвануло, — Штайнер улыбнулся и пошел в ванную комнату. Тихо рыча себе что-то под нос. Где сполоснулся в душе и выйдя в полотенце по пояс стал искать вещи в прихожей, который можно использовать как домашнюю одежду. За то время пока Штайнер был в душе, кварианка прибралась в кухне и накрыла на стол. Лессана не знала, что и как любит её спаситель, но при выборе продуктов и их сочетания, она ориентировалась на то, что видела в клубах, кафе и столовых. Фуракса была довольно наблюдательной кварианкой с очень хорошей памятью. До произошедших событий на её материнском корабле, адмиралы прочили ей большое инженерное будущее, но судьба распорядилась иначе и вот она живёт в отдалённой колонии, да ещё и с человеком, человеком со своими тайнами и странностями, однозначно с тяжёлым военным прошлым. Лессанас хотелось сделать для него, что-то приятное, не то что бы это была благодарность, а просто… может, чтобы он улыбнулся, ей понравилась его улыбка. Кварианка расположила на столе приборы, свой самодел поставила напротив. Из сан узла мужчина вышел всё ещё на взводе, бурчал что-то непонятное себе под нос. Лессана тихо присела на стул, положив руки на колени, и стала наблюдать за Дмитрием. Играя мускулами на руках и торсе, в повязано на бёдрах полотенце, Штайнер шарахался по квартире и что-то искал. За ним как обычно увязался Хорд, пёс явно хотел привлечь внимание хозяина, но тот на него не обращал никакого внимания. Расстроенный и обиженный питомец решился в последний раз испытать судьбу и крепко зубами вцепившись в край полотенца потянул на себя. — А ну отдай! — человек крепко держал полотенце в области паха, в то время как пес стал тянуть полотенце на себя, воспринимая все это как игру, забавно рыча, -твою мать Хорд! — собака потащила хозяина в гостиную, где за этим необычным действием с интересом наблюдала Лессанас, — фу, Хорд, фу! — пес продолжал задорно рычать. — ХОРД МЕСТО! — громко крикнул Штайнер, от чего подпрыгнула даже кварианка. Собака заскулила и быстро вернулась на место. Дмитрий смущенно прикрылся полотенцем нормально и опять завязал на поясе, — извини за неудобство, — он опять скрылся в прихожей и вскоре вышел одетым в штаны и майку. Пес тихо поскуилвал на своем коврике жалобно смотря то на Дмитрия, то на Лессанас. — Ты молодец, навела порядок, а я даже не просил, — Штайнер присел, напротив кварианки и взял один пакет и стал его тереть. Пакет зашипел надулся, а Дмитрий налил себе сока, — ну-с, приятного аппетита? — Штайнер взял стакан. Его уши так и оставались красным. — Спасибо. Спасибо за этот день.- тихо ответила кварианка и взяла в руки контейнер с едой. День был долгим, странным, наполненным эмоциями, страстями разными ощущениями. Одни были знакомы, другие забыты, третьи внезапны и неоднозначны, но в целом это день был наполнен жизнью, жизнью для них обоих. ________________________________ Привычный вой сирен эхом отдавался по темным переулкам. Альберт зажег сигарету и со своим напарником сразу перешел привычную голограмму «не заходить». — Что у нас? — Свежее убийство, — Гррен посмотрел на датпад, — судмедэксперт уже отправил предварительные данные. — А вот и он, привет Салекс, — Дрезден посмотрел на сараианца, что брал образцы у трупа. — А? Альберт? — судмедэксперт обернулся и продолжил собирать образцы, продолжив тараторить, — убийство интересное. — Я вижу, — человек выдохнул дым, смотря на мертвую турианку. Ее кишки были распотрошены и разбросаны по улице. Жвала жестко оторваны. Судя по окровавленной одежде с порезами, получила не одно ножевое ранение в грудь, — есть предположения? — Да что тут думать, Дартартис этот постарался, — произнес Арекс. — Сал? — Дрезден ухмыльнулся, видимо сделав какие-то свои выводы. — Не смогу сказать, это же не по моей части. Все отвлеклись на еще одну прилетевшую машину. — Твою мать, нашей королеве бала вздумалось вылезти из уютного офиса, — тихо произнес человек, вытаскивая изо рта сигарету, наблюдая за тем, как Катари выходит из машины. Доктор Т’элл осмотрелась по сторонам. На удивление приветствующих её мужчин, она пошла в совершенно другую сторону. Отойдя метров на пятьдесят от места, где нашли труп, она присела активировав омнитул. Сканировала Катари не долго и оставим паука-дрона, быстрым шагом, на сколько это позволяли сапоги на высокой платформе, направилась к месту, где был найден труп. В отличи от офисного короткого платья азари была упакована в лёгкую кевларовую броню чёрного цвета с яркими оранжевыми оттенками. — Доброе утро господа. Что тут у нас, милая турианочка, да Гррен? — она плотоядно смерила турианца взглядом. — И он утверждает, что это постарался наш маньяк, — хмуро произнес человек, по сути, подставляя своего напарника. Хотя человек видел в этом пользу: нельзя делать поспешных решений, и на такие ошибки надо было обращать внимание максимально жестко. — Да, я думаю это Дартартис, — Арен развел жвалами, — ищем по базам данных, пока не могу сказать, что она прям милая. — Красиво её разложили, прям как по нотам, — она присела и взяв жертву за уцелевшее жвала стала поворачивать голову из стороны в сторону, — такое впечатление что действовали по конспекту, проверяя каждый свой шаг, боясь допустить ошибку. — Она взглянула на Альберта и он её понял. — Арен я так полагаю вы уже осмотрели место преступления? — Турианец вопросительно на неё посмотрел. — Ты же не думаешь, мой милый, что её прям тут убили? Разобрали на красивую композицию, да, но не убили. Человек улыбнулся ее словам. Что ж, хоть тут она свою работу знала. — Наша служба безопасности всегда работает через жопу, — произнес важно Дрезден, вдыхая сигарету, — многие даже пыли на своих ботинках не увидят, не то, что что-то ценное, — Альбрет прошелся в сторону смотря как неровно лежит пыль в отблеске мигалок и фонарей полицейских машин, благо, пару дней без дождя сделали свое дело, — смотри, Гррен, вот на эту зацепку ты и не обратил внимания. — Я сделала несколько сканов и позволила себе отправить из на анализ. Судя по результатам, как я и предполагала, место приступления находится вон там, метрах в пятидесяти двух от этой кучи мусора. Там есть следы борьбы и капли определённо турианской крови, — она ещё раз просмотрела данные, и ехидно улыбнулась — кровь не принадлежит жертве, думаю если наш саларианский друг взял пробы из-под когтей жертвы, то мы с вами обнаружим там ту самую кровь. — Саларианец скривил губы и буркнув, что-то на саларианском сленге поплёлся к трупу. — Так что, правильно Ваш коллега обращает внимание на то что её тащили сюда. — она снисходительно улыбнулась турианцу. — Судмедэкспертиза так быстро не работает, — фыркнул саларианец, беря образцы из-под когтей жертвы. — Отбери все эти штучки у вас и что мы получим? — ехидно улыбнулся человек. — Именно поэтому я далеко не продвинулся по службе, — Гррен развел виновато жвалы не понимая почему он оказался на этот раз под перекрестным «огнем» этих двоих. — Отбери в своё время у людей шатлл, они никогда бы не попали на Марс и не нашли технологии протеан. — Она чуть прищурилась. — И мы бы сейчас не разговаривали. Я уж не буду говорить про то, как обезьяна спустилась с дерева. — Она заглянула в холодные и тоскливые глаза человека. Задержавшись несколько мгновений в дымчатой пустоте глаз человека, она повернулась к турианцу. — Ты только начинаешь свой долгий путь, не нужно расстраиваться, турианцы прирождённые охотники, главное почувствовать инстинкт — азари подошла к Гррену и её рука скользнула от его шеи к низу живота — вот тут и чуть ниже. Человек ухмыльнулся. — Как быстро мы с личностей перешли на расы, — Альберт ухмыльнулся, выдыхая дым сигареты, смотря на достаточно откровенные намеки Катари к Гррену, — а может… Все-таки продолжим осматривать все, может еще чего найдем? — Дрезден косо посмотрел на этих двоих. Турианец чуть ли не сразу растаял в ее руках. Поэтому не сразу смущенно поджал жвалы. Тем не менее, услышав замечания, он вновь уткнулся в датпад, смотря обновленные данные. — На расы изначально перешли вы, а вот азари не страдают предубеждениями и ксенофобиями относительно других представителей галактики, — она улыбнулась- просто нам, азари, свойственно судить о достижениях и умениях, как других так своих, объективно, — она активировала омнитул, — но вы правы, нужно ещё раз всё осмотреть, вы можете приступать, а я посмотрю, что добыл мой питомец. — её пальцы ловко забегали по золотистой голограмме и спустя несколько секунд весь перепачканный турианской кровью и утопающий в пыли к ним мчался паук-дрон.