Сборник Драбблов BTS

— То есть ты мне сейчас на полном серьезе предлагаешь сняться в стиле ню? – ты ходила взад-вперед по комнате, в которой и без того было полно моделей, сетуя на неловкость сложившегося положения. — Да, Т/И, это станет толчком в твоей карьере, - менеджер беззаботно потушила сигарету, выпустила струю дыма из легких, и вопросительно посмотрела на свою подопечную. – Что не так? — У меня есть молодой человек! Что он подумает, увидев мои обнаженные фотографии на развороте журнала?! — Как же ты не поймешь, что это твоя РАБОТА, - женщина недовольно посмотрела на модель, с интересом подслушивающую ваш разговор. Последняя тут же отошла на несколько метров, прикрыв ладонью вспыхнувшие щеки, - и отношения не должны влиять на продвижение твоего имени в индустрии. Слишком много средств было вложено в твою фигуру, так почему бы не показать ее другим? — Фотограф – парень! – ты взмахнула руками, обреченно вздохнув. Внутри тебя разрывались две личности – приличной и верной девушки и перспективной молодой модели, которая впоследствии способна получить соответствующий гонорар за проделанную работу. — Т/И, на кону хорошее вознаграждение и приглашение на съемки от известных компаний. Тебе решать, но я настоятельно рекомендую взять себя в руки и потратить два часа на фотосессию. В конце концов, предупреди своего молодого человека, если он не идиот, то поймет. Ты лишь фыркнула в ответ и подошла к дивану, чтобы собрать свои личные вещи. Путем недолгих уговоров, все же решилась на эксперимент, предварительно отправив сообщение любимому, чтобы тот не волновался. Пришлось немного приврать, сказав, что фотограф – девушка, иначе вся карьера, изнурительные диеты и мечты попасть на обложку окажутся в мусорном ведре. Вызвав такси, ты приехала по нужному адресу. Студия оказалась небольшой, но довольно симпатичной на вид: высокие светло-бежевые стены, потолок, к которому были прикручены осветительные приборы и пара камер для обширности ракурсной съемки. Девушка привела тебя в раздевалку, где модель смогла раздеться до нижнего белья, а затем пригласила в главную комнату, где и, по задумке, твои фотографии должны воплотиться в явь. — Добрый день, - послышался мужской голос, и ты машинально обернулась. Неожиданно в груди стало тесно, дыхание замерло, а пальцы задрожали от волнения. — Привет, - перед тобой стоял высокий юноша с фотоаппаратом в руках. Чон Хосок – востребованный фотограф города и, по совместительству, твой бывший. — Какими судьбами, Т/И? – парень сглотнул, увидев девичью фигуру, прикрытую лишь полупрозрачным кружевным бельем, которое ты накануне купила специально для съемки. — Начнем или будем обсуждать загадочные обстоятельства? Хосок настроил баланс белого на камере, разложил ярко-красную шелковую простынь на кушетке и встал чуть поодаль. При нажатии кнопки, софиты тут же принимали необходимое профессионалу положение. Ты стала принимать различные позы, немного дурачиться, чтобы расслабить мышцы лица, смеяться. Спустя какое-то время заметила, что и Чон лучезарно улыбается, всматриваясь в изгибы твоей фигуры. Между вами будто снова промелькнула та, до боли знакомая искра, что когда-то смогла соединить два любящих сердца. Хосок отложил камеру в сторону и подошел к модели, чтобы поправить реквизит. Он сосредоточенно кружился вокруг тебя, что-то ежесекундно добавляя и убирая, словно ты – его личная богиня красоты, которую он так боится спугнуть своими неосторожными действиями. Запах его одеколона прочно въелся в волосы, а шлейф окутывал, лаская кожу. В одну минуту появилось внезапное острое желание вновь ощутить сладкий привкус медовых губ, но здравый смысл упрямо просил не совершать ошибок. Когда фотограф приблизился к твоему лицу, чтобы чуть смахнуть с кожи упавшие локоны волос, ты сама подалась вперед, прильнув губами. Температура тела повысилась, стало невыносимо стыдно и неловко, но Хосока, казалось, это ничуть не смутило. Юноша, наоборот, усилил поцелуй, холодной рукой нежно поглаживая обнаженные бедра. — Т/И, это неправильно, - шептал парень сквозь зубы, пока твои пальцы настойчиво поглаживали порядком напрягшийся член сквозь ткань джинс. — Но ведь ты хочешь меня, - ты выпрямилась, присев на колени, и одним ловким движением стянула лишнюю одежду с тела Хосока, заставив тихий стон сорваться с обкусанных губ. Чон аккуратно взялся за твою голову, направляя движения, а ты страстно и быстро справлялась с представшей эрекцией фотографа. Языком ласкала головку, игралась, брала до основания, доводя до истомы. Внезапно внутренний чертенок юноши взял верх над разумом: благодаря настойчивости парня твое тело в одну секунду избавилось от нижнего белья, к тому же, насквозь промокшего от выделений. Так грязно и пошло, но, в ту же секунду, страстно и желанно, ты была готова отдаться бывшему любовнику без угрызений совести. Хосок ласкал твою грудь, спускаясь ниже и попутно оставляя багровые следы, которые придется неделю скрывать от молодого человека. Не церемонясь, фотограф медленно вошел в тебя, заставив наполнить тишину студии хриплым стоном наслаждения. Чувства обострились, и, казалось, внизу живота все стянуло тугим узлом настигшего разврата. Чон ускорялся и замедлялся, массируя клитор подушечками пальцев – все, как ты когда-то любила, заставляя с виду стеснительного и спокойного юношу экспериментировать в постели. Вспомнив былую страсть, парень только усиливал напор, менял угол, доводя до высшей точки наслаждения. Толчок, алая простынь падает на пол с кушетки, и ты ложишься на спину, содрогаясь в волнах оргазма. По рельефу пресса стекают капли пота, с губ срываются остатки глубоких вздохов, и это невыносимое удовольствие заполняет тело изнутри, как обжигающий кофе по утру. Все то, что ты когда-то любила, но была вынуждена забыть из-за измены Хосока, вспыхнуло багровым румянцем, но тут, наконец, здравый смысл снова отрезвил помутившиеся мысли. — Т/И, я… — Надеюсь, ты успел сделать хорошие фотографии, - на бегу утирая слезы, ты поспешно покинула студию, попутно набирая в телефоне номер любимого. Внутри все дрогнуло, когда на другом конце провода чей-то женский, запыхавшийся голос ответил: «Алло?».