Хрустальная маска

«Вдох. Выдох. Вдох. Спокойствие. Что произошло? Где я нахожусь?» Шин сидела в углу какой-то комнаты, поджав колени к груди. На глазах красовалась черная атласная повязка, из-за чего девушка ничего не видела. Руки были связаны верёвкой, но не сильно. Так, чтобы не оставалось следов. Неожиданно она услышала скрип входной двери и инстинктивно вжалась в угол ещё сильнее. Кто это? И что с ней ещё могут сделать? Девушка терялась в догадках. Их финал не предвещал ничего хорошего. — Надо же. Уже очнулась. Ну и как тебе поездочка? — видимо этот человек решил снять с ее глаз повязку. Джин. Ким Сок джин. — Зачем ты опять это делаешь? Тебе так нравится доставлять мне боль? За что… Я же ничего не сделала! — прокричала Пак со злостью смотря в глаза парня. — Ничего не сделала говоришь. Неужели ты ничего не помнишь? Так позволь освежить твои воспоминания, — после секундной запинки Джин начал рассказывать. — Вспомни среднюю школу в Пусане. Свой класс. Ну как ничего не навевает воспоминания? Может это поможет? Джин достал из кармана кожаной куртки несколько фотографий. Сначала он показал девушке лишь фото здания школы, после чего достал другую пару и поднял к глазам жертвы. Шин в ужасе отшатнулась. Трупы. Куча трупов. В голове стали всплывать обрывки. К доске пойдет… Ким Джин. Давай поторапливайся. Не тормози. Крики одноклассников. Идиот! Кусок дерьма! И ни одного слова со стороны учителя. Он неспешно выходит и в свете солнца ученики замечают лишь холодный блеск стали, а потом кровь, рекой хлынувшую из горла учителя. Снова крики, но уже не издевательские. Крики ужаса. Все бегут врассыпную к двери, которая оказывается заперта. Вы все умрёте. За свои поступки. За все это. И вот девушка видит, как ученики один за одним падают навзничь. Когда никого вокруг не остаётся, то убийца подходит к ней. Говорит, что они ещё обязательно встретятся. Шин трясется в ужасе, пытаясь хоть немного успокоится. Фотографии медленно, одна за другой падают на пол. Злорадный смех Джина и его улыбка… Это заставляет внутренности холодеть и переворачиваться внутри. — Значит… Теперь ты хочешь прикончить и меня? — с дрожью спросила Пак и опустила глаза вниз. — А ты догадливая. Ты всегда мне нравилась, Шин, но все, что я слышал с твоей стороны лишь насмешки. Ты даже не могла просто промолчать. Всегда была остра на язык. Вот теперь и получи своё обратно и вдвойне. — Сокджин со всей силы ударил ее ногой в живот, следом последовал удар по лицу кулаком. Потом снова и снова. Хруст. — Кхм. Пожалуй на сегодня все. Спокойной ночи, Пак Шин. Девушка лежала на полу в позе эмбриона, а с ее глаз медленно текли слезы. Неужели это правда? Если да, то она потеряла память вследствие полученной психологической травмы. Почему она была таким жестоким ребенком? Шин встала и откашлялась кровью, после чего, опираясь о стену рукой, прошла к кровати и без сознания упала на нее. Утро никогда не бывает добрым, особенно после ужасно тяжёлого вечера. За дверью раздавались голоса. — Джин, одумайся! Я конечно все понимаю, но тебя посадят за убийство! Да и это же действительно ужасно. Ты же не собираешься продолжать дальше? — голос Шуги всегда можно узнать. Он такой грубый и холодный. Его можно почувствовать всеми частичками тела. Джин не ответил ни слова и, развернувшись, ушел. Снова скрипнула дверь и Юнги зашёл в помещение с подносом на котором стояла еда. Он медленно подошёл к Шин и поставил еду рядом. — Шуга… Пожалуйста… Спаси меня. — словно в бреду повторяла девушка, заставляя сердце парня сжиматься ещё сильнее. На теле была куча синяков, а из губы сочилась кровь. — Не бойся. Потерпи немного. Осталось совсем чуть-чуть. — шёпотом произнес он ей на ухо и вытер кровь с лица. Что-то противно съедало его изнутри, заставляя делать всё это. — Я сделаю всё возможное. Шин задавалась вопросом почему он это делает и зачем это ему нужно, но спрашивать не решалась. Пусть все идёт своим чередом. Если она выживет, то обязательно спросит его об этом, но не сейчас. Ей нужно лишь подождать.