фотографии

      У них так много совместных фотографий, что одного альбома было бы явно мало.       Они висят во всех комнатах вместе с гирляндами, которые освещают разными цветами их счастливые лица, стоят в маленьких аккуратных рамочках на журнальном столе, лежат закладками в непрочитанных книгах. Их много, но для него чертовски мало.       Каждую из них он отлично помнит. Помнит день, когда они запечатлели очередной счастливый момент, помнит время. Он все это помнит, старается помнить и не упускать ни одной детали. Ведь фото — это все, что от него осталось.       Теперь он не приходит домой с громким «я дома», не ставит свои кеды на обувную полку и не обнимает со спины, окутывая теплом и любовью. После не спрашивает, как прошел день и не говорит, что сильно скучал. Он не зовет ужинать вместе, чтобы в это время успеть поговорить о чем-то не значительном, но для обоих увлекательном и в какой-то степени важном.       Он ушел. Ушел, не объяснив причины. Хосоку и не нужно, он поймет его и будет ждать, рассматривая их фотографии так, будто видит впервые, хотя и до больного знает каждую. Он будет делать вид, что все хорошо. Раз ушел, то так нужно. Ночью он все равно займет свою часть кровати, надеясь, что с другой стороны вновь почувствует родное тепло. Утром Хосок проснется не один. С фотографий, которые висят на стене, будет так же тепло, как и раньше, смотреть Чимин. Он будет смотреть с искорками счастья в глазах, с нежностью, с тем, чего Хосоку сейчас так не хватает. А тот лишь грустно им улыбнется и пойдет заваривать кофе, представив, что Чимин опять рано ушел на работу, а вечером вернется и обнимет со спины.