Behind Every Corridor Is A Stolen Kiss

Ни для кого не было секретом то, что в Хогвартсе — школе магии и волшебства, два факультета Гриффиндор и Слизерин были противниками. Это длится на протяжении многих веков, и вероятно никогда и не закончится. Преодолел ли кто-то из учеников эти глупые препятствия? Да, конечно! Однако соперничество друзей Чонгука было нормальным, и даже отчасти не всегда заметным. Они просто продолжали заниматься своим делом и дальше, если в зал входили ученики Слизерина; хоть и из всей их компании, факультет соперников никто не поддерживал, да и не горел особым желанием. Типичный стереотип о слизеринце, был приблизительно таким: брезгливые и косые взгляды на другие факультеты, заносчивый характер, и мнение, что они гораздо лучше других. На другом конце спектра, их отношение и мнение к ученикам с Гриффиндора было приблизительно таким же. Чонгук всегда считал, что лучше просто игнорировать их появление или сказанное предложение, насколько это было возможно, и это именно то, что он и делал при таких ситуациях. До одного дня. Всегда был один день, не так ли? Гриффиндор — Чон Чонгук, пятый год обучения. Слизерин — Мин Юнги, седьмой год обучения, пересеклись около двух лет назад. Не было ничего, что могло бы как-то связать их, кроме приближающегося экзамена по уходу за магическими существами, который в последнее время сводил с ума. В библиотеке было тускло по вечерам, но мягкое освещение, что давали свечи, освещало всю площадь настолько, что Чонгук всё ещё мог наблюдать за бледным парнем, с вороньими волосами, которые давали сильный контраст с его тоном кожи, делая его ещё более привлекательным. Слизеренские черты были резкими, но в то же время мягкими, почти женственными. Его взгляд был таким острым, как и линия его скул, заставляя бабочек в животе Чонгука испытывать нервозность. Он долго раздумывал над вопросом, о том, может ли он получить что-то большее, чем пожатие плеч парня? Как ни странно, они были последними, кто остался сидеть в библиотеке, и это было главной причиной того, что в какой-то момент, Слизерин взглянул на него и сообщил, что один из ответов его научного пособия оказался неверным. Подготовка продолжалась до тех пор, пока библиотекарша миссис Каллиан, вышла к ним, и с громким вздохом, палочкой указала, что пора бы им закончить. Чонгук даже не произнес своего имени, когда случайно схватил старшего за напряженную мышцу на руке, тот час заливаясь краской при темном освещении коридора. — Я-я хотел поблагодарить тебя... но хён? Или как мне к тебе обращаться? — Хён неплохо, - Чонгук уставился на старшего, который в мгновенье отвернулся, делая небольшой шаг назад. — А меня, кстати, Чон Чонгук зовут, - это была первая приятная встреча меж двух этих факультетов, до этого, в лучшем случае она была нейтральная. — Спокойной ночи, Чон Чонгук, - уходя в сторону, попрощался старший. В течении нескольких следующих дней, младший задавался вопросом, о том, сможет ли он вновь увидеть хёна? И отчасти своих догадок, младший был прав — они встречались ещё несколько раз, всё в той же самой библиотеке. Можно было даже сказать, что эти двое сблизились немного. По-крайней мере, теперь Чонгук обладал некоторой информацией о старшем. Например, что его имя — Мин Юнги, что он родился в Дэгу, и его мать была магглом, а отец волшебником; узнал о том, что старший любит музыку, как из мира магглов, так и из мира волшебников, а пейдж — это класс в котором он обучается; узнал, что слизеринец предпочитал белый и черный, и что его гардероб был почти однотонным. Библиотека стала фактически для них вторым домом, где вдобавок ко всему, они могли узнать о друг друге гораздо больше, и стать не просто учениками Хогвартса, но и возможно друзьями. Это также стало местом, где их пальцы соприкасались, во время изучения материала. Это стало временем, когда пальцы не просто щелкали, а переплетались друг с другом. Когда Чонгук склонял голову, положив её на чужое плечо, просто вздыхал аромат лесной мяты, который носил Юнги. Чонгук бывало видел старшего возле старинного замка, и приветствовал вежливым поклоном, иногда получая в ответ лишь один быстрый взгляд. Время от времени, друзья спрашивали, кому он кланяется, но они были довольно рассеяны, давая ему возможность легко перевести тему. Слизерин был его секретом, и казалось, что Гриффиндор у Юнги тоже был в тайной. За два года, что они знали друг друга, их встречи с каждым разом становились всё смелее. В конце концов их переплетенные пальцы, переросли в блуждающие поцелуи. Это стало обычным делом, схватить старшего за рукав, и притянув за статую, прижаться к его губам своими. От Юнги можно было услышать громкий, но приглушенный смешок, но он всегда отвечал ему. Иногда это был короткий чмок, а иногда полноценный поцелуй, всё зависело от времени и от места их нахождения. Домашним эльфам часто приходились сгонять с кухонь этот самодовольный Гриффиндор и конфликтный Слизерин, что были пойманы на полуночных перекусах. Было сложно завоевать их доверие, но в конечном итоге им всё же удавалось этого добиться, пока ловушка Миссис Норрис не поймала их. Задержание парней произошло после неоднократных увиденных глазами учителей раз. Они сильно подросли, и если раньше их кончики ушей краснели при каждом взгляде, теперь они даже не пытались определить уровень их отношений. Им просто нравилось это: тайные взгляды в коридоре, переплетенные пальцы и поцелуи украдкой. Чонгук никогда не мог подумать, что найдет утешение в каком-то Слизеренском доме, но чем больше проходило дней, тем больше он понимал, что в его жизни ещё не было такого, как Мин Юнги. Старший давал почувствовать тепло, как зеленые языки пламени на коже; но он также усмирял его возбуждение, рвущиеся наружу. Глубокий голос успокаивал младшего, когда он расстраивался и его руки... О, его руки — Чонгук любил его руки, и честно говоря, никогда не хотел отпускать их. Когда они сидели вдоль берега Великого озера под мерцающими звездами ночного неба, их пальцы были переплетены друг с другом на краю плескающейся воды. Младший так странно чувствовал себя, ощущая, будто это рандеву, от которого он не смог убежать. Его мизинец парировал в воздухе, когда Чонгук неожиданно взглянул на старшего. Он вобрал в себя все резкие черты лица слизеренца, с которыми младший был так хорошо знаком. Он мог бы легко нарисовать портрет Юнги с закрытыми глазами, изображая на холсте каждый изгиб челюсти и деталь аккуратного носа, но ему всё равно больше нравилось смотреть на реального человека прямо перед собой. — Что? Что-то есть на моём лице? - хмыкнул старший, когда Чонгук неожиданно прочистил горло. — Нет..., - Юнги понял в этот день, ведь это был не первый раз, когда он замечает пристальный взгляд младшего на своём лице без всякой причины. Чонгук может не замечать, но старший также любит смотреть на него, изучая взглядом. Особенно заостряя внимание на синем шарфе, который он подарил ему в качестве рождественского подарка в прошлом году. И Чонгук почти всегда носил его, как бы его друзья не смеялись. Просто этот шарф был особенным. — Иногда бывает слишком сложно притворяться, - шепот пронесся по легкому ветерку, который подул в эту секунду. Юнги не нуждался в разъяснение слов младшего. Он знал. Ни один из них не рассказал никому об их отношениях. И они по-прежнему открыто не приветствовали друг друга в коридорах. — Мы можем рассказать в любой момент, - слегка пожав плечами, ответил старший.