Всего лишь влюблен в тебя

Юри с придыханием смотрел за разминкой команды Слизерина, а точнее только за одним из них, ловцом — Виктором Никифоровым. Кацуки слышал, что этот парень перевелся еще в начале учебного года из Дурмстранга и практически сразу же стал незаменимым членом своей команды. Приятная внешность, хорошие физические данные, а также природная харизматичность сделали его любимчиком преподавателей и студентов. Слизеринец практически моментально обзавелся небольшой свитой из щебечущих вокруг него девушек, которые пытались получить хоть какую-то крупицу его внимания. Признаться, Юри и сам порой любил подолгу наблюдать за ним. Ему нравилось в нем все — движения, мимика и даже то, как Виктор вытирает пот со лба после изнуряющего полета за снитчем. Капитан объявил об окончании тренировки, и пуффендуец с удовольствием отметил, как слизеринец перебросил метлу в правую руку, а затем последовал к раздевалкам. Его шаги замедлились, и Виктор поднял голову к трибунам, прямо туда, где сидел наблюдавший за ним Юри. Сердце сделало глухой удар, а дыхание перехватило. Виктор смотрел на него. Кацуки не мог пошевелиться, казалось, что его тело больше не принадлежит ему и единственное, что он мог делать, это не отводить взгляда. Его глаза. Все вокруг померкло по сравнению с ними. Взгляд Виктора для Юри был как маяк в ночи для корабля, который долгие месяца шнырялся по просторам океана в поисках суши. Кто-то окликнул Виктора, и тот прервал зрительный контакт. Сердце билось в бешеном ритме, а руки не переставали дрожать, как бы юноша ни пытался успокоиться. Ему было неловко. Неловко от того, что слизеринец заметил наблюдающего за ним пуффендуйца. Все же Юри удалось справиться с собой, и он поспешно покинул трибуну, крепче закутываясь в свой черно-желтый шарф, так и не узнав, как опечалилось лицо Виктора, когда, закончив разговор, тот не увидел на прежнем месте темноволосого паренька.

***

Вместо привычных аккуратных букв на листе появлялись мелкие закорючки, которые сопровождались небольшими капельками чернил. Почему-то после вчерашнего Юри так и не удалось взять себя в руки. Образ Виктора преследовал Кацуки всю ночь, не давая уснуть и даже сейчас, когда маг, казалось, был сосредоточен на лекции, его мысли то и дело возвращались к тому моменту, когда на него смотрел он. Весь урок пуффендуец мечтал о том, что все случится как в сказке, Никифоров окажется его соулмейтом и они всю жизнь будут вместе. Всей душой он желал, чтобы на его теле расцвела метка, которая бы доказала что он принадлежит Виктору, а тот принадлежит ему. Юри опустил голову и уткнулся лбом на сложенные руки. Вот только это все бредни влюбленного подростка. На самом деле такого не случится, ведь это не сказка, а реальная жизнь. Думать о таком действительно было безумием. Никифоров ни за что не будет с таким как Юри, ведь он самый обычный ничем не примечательный студент и ему никогда не сравниться с таким талантливым человеком, как Виктор. Было чудом, что строгий преподаватель истории магии не спросил его, поэтому парень посчитал, что сегодня определенно неплохой день. Урок закончился, и группа дружно покидала кабинет, направляясь в сторону большого зала. Желудок неприятно заныл, давая о себе знать. Из-за вчерашнего волнения Юри так и не удалось поужинать, а завтрак он тоже благополучно пропустил, поэтому обед для него был настоящим спасением. Маг аккуратно опустился рядом с сокурсником и принялся за еду. Кацуки с чувством откусил кусочек курочки, но закашлялся и чуть не подавился, и виновником был Минами, который пихнул его в бок. — Что ты творишь? — возмутился пуффендуец. — Прости, — тепло улыбнулся Кендзиро, — ты ведь уже слышал, что сегодня будет матч по квиддичу между факультетами Слизерин и Гриффиндор? — Как сегодня? — Юри неподдельно удивился, ведь ближайший матч должен был состояться только на следующей неделе. — Говорят, что Никифоров сам бросил вызов капитану гриффиндорской команды, а все из-за того что тот весьма нелестно отзывался о слизеринском загонщике Плисецком, — сказал Минами слегка понизив голос. Сердце сделало гулкий удар. Юрий Плисецкий. Почему он? Внутри все похолодело. Юри не раз видел, как непринужденно Юрий и Виктор общались друг с другом. Хотя это было неудивительно, ведь их семьи были весьма дружны между собой. Но неужели этот парень настолько дорог ему? Ведь всегда собранный Никифоров ни за что не стал бы делать подобное. Неужели у Юрия есть особое место в сердце слизеринца? На глазах наворачивались слезы, но он сдерживал их, не показывая никому, что чувствует. Собравшись, Юри все же поблагодарил Минами за информацию и пообещал вечером придти на матч.

***

Настроение было неважным, в голове все еще крутились мысли о Никифорове и Плисецком. И Юри пришел к неутешительному выводу, что эти двое действительно подходят друг другу. Оба из знатных семей русских волшебников, оба талантливы, харизматичны и наделены чарующей внешностью. Так же он не один раз сравнивал себя с Юрием и понял, что у него нет шансов, ни одного. Поборов в себе желание тоскливо смотреть в потолок в спальне пуффендуйцев он все же решил отправиться смотреть матч, ведь даже если Виктору был небезразличен Юрий, то Юри он все равно продолжал нравиться. Кацуки почти подошел к трибуне, где намеревался найти себе местечко поудобнее, как вдруг его окликнул до боли знакомый голос. Не поверив своим ушам, он обернулся и вдруг замер. К нему приближался Виктор уже одетый в форму для матча и приветливо ему улыбался. В горле пересохло и, кажется, его ноги слегка подкашивались. — Привет, — слизеринец улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой, — ты ведь Кацуки Юри? — Привет, — чуть хрипловато ответил пуффендуец, его правая рука слегка подрагивала, — да. — А я Виктор, — парень поправил челку, которую растрепал откуда-то взявшийся ветер, — часто вижу тебя на матчах, спасибо, что ты всегда болеешь за нашу команду. Он заметил его. Кацуки моментально покраснел, он был счастлив, что с ним, наконец, заговорил сам Виктор Никифоров и что более важно тот даже знал его имя. Стараясь унять быстро колотящееся сердце, он ответил: — Вы действительно хорошо играете, постарайтесь и в этот раз победить. — Непременно, — Виктор выглядел слегка смущенным, — кстати, как насчет того, чтобы после матча сходить со мной в «Три метлы»? — Зачем? — слегка заикаясь, спросил парень, он все еще не верил, что такой как Виктор Никифоров, способен не только заговорить с ним, но даже пригласить на ужин. — Ничего особенного, — парень выглядел слегка смущенным, — просто ты всегда поддерживаешь меня на матчах, мне бы хотелось тоже чем-то отплатить тебе. Казалось, Кацуки покраснел пуще прежнего. Неужели, Виктор заметил не только то, что он приходил на каждый его матч, но и то, что он приходил только ради него. Дыхание перехватило и он смог выдавить только приглушенное «да». На это Никифоров слегка улыбнулся и, попрощавшись, убежал в сторону поля, где уже собрались две команды. На подкосившихся ногах он добрался до трибуны и отыскал себе место. Это было странно. Определенно. Неужели Виктор Никифоров пригласил его? Не кого-то вроде Юрия Плисецкого, а его, обыкновенного Юри. Сердце билось в бешеном темпе. Возможно ли, что у него действительно был шанс? Игра началась.