Не оставлю

- Ай! — Дазай Осаму - маленький неко. Парня не очень-то и любили. А причину он и сам не знал. У него были каштановый волосы и такого же цвета уши, карие глаза и большое множество бинтов, что прятали ужасные синяки, ссадины, кровоподтеки, порезы и прочие гематомы, что оставили ему люди. - Прошу, не надо! Мне же неприятно!-маленький неко заливался слезами, а мужчина с ножом надвигался на него. Видите ли, Осаму запретил его дочери себя за уши и хвост дергать. - Прошу… — Осаму скатился по стене тупика, пряча голову за маленькими ладошками и ожидая удара ножом, давясь слезами Удара не было. Был лишь чей-то хриплый голос и звук удара тела мужчины о стен: - Я же говорил, что Морским Волкам запрещено появляться на территории Портовой Мафии — Звук выстрела… Чей-то последний вскрик… И тишина… Чьи-то шаги… - Ты в порядке, малыш? — все тот же хриплый голос и запах дорогих сигарет. Чьи-то обтянутые кожей перчаток руки с тонкими пальцами, подхватившие неко и поднявшие его в воздух. - Не стоит меня боятся, малыш. Я не причиню тебе зла, — тихий хриплый смешок, тут же замолкший, словно владелец голоса боялся улыбаться. - Пойдём домой, — всё те же руки завернули Дазая в тёплый плащ, прижимая к себе. А владелец голоса куда-то быстро пошёл, подальше от остывающего в луже крови трупа. Не более, чем месяц назад, Чуя Накахара потерял своего напарника, друга, того, как он думал, по-настоящему полюбил. Но Осаму Дазай умер. Умер, даже не попрощавшись, лишь прислав в последнем СМС слово «прости» и улыбающийся смайлик. Осаму никогда не извинялся. А после — умер. Кинулся под поезд, вновь улыбаясь. Тело, или то, что от него осталось, не нашли. И дело замяли. А у Чуи на столе пылилось несколько фотографий, в простых рамках, а некоторые и без них, просто лежащие возле стакана с ручками. Вот они на совещании у Мори, вот гуляют по парку, вот на море. Осаму вновь шутит над Чуей и отбирает шляпу... Единственное фото в дорогой рамке было перетянуто широкой чёрной лентой. Все тот же Осаму Дазай. Смеётся. Но на фото он не один. Осаму держит на руках кота, который выпрыгнул в окно на следующий же день после смерти хозяина. Прыжок с двадцатого этажа не мог обойтись. А Чуя лишился последнего живого существа, которому мог довериться. Наверное, потому он и подобрал на улице маленького неко, заботливо заворачивая его в плащ и прижимая к себе. - Ты дома, малыш… — скрипнула дверь. Обладатель волнистых рыжих волос швырнул шляпу на полку, разуваясь и все еще прижимая неко к себе. -Не плачь. - Спасибо вам...— прошептал шатен и лишь крепче обнял Чую, прижимаясь к нему плотнее, подрагивая от страха и всё ещё плача. Как только они зашли в квартиру, неко ещё сильнее вцепился в Накахару, буквально душа рыжего спасителя в объятиях и заливая его рубашку слезами. - Огромное спасибо...Как я могу…вас отблагодарить? — сквозь всхлипы прошептал шатен,- я сделаю все, правда... - Оно того не стоит, малыш, — Чуя хрипло рассмеялся, обнимая кроху в ответ и кутая в свой плащ, — ну-ну, не плачь. Тебя больше никто не станет обижать. Обещаю, — Накахара ласково гладил неко по голове, заходя в свой кабинет и усаживая котика в кресло. - Посиди пока тут. Я быстро, — парень выпрямился, подходя к столу и быстрым движением собирая все фотографии. Все, кроме той, что была перетянута лентой, полетели в ящик стола. - Не плачь, малыш. Я рядом, — Чуя присел перед Осаму, ладонью вытирая его слёзы. - Вы правда никуда не уйдете? — полу-кот всхлипнул, вытирая слезы старой порванной рубашкой, — я не хочу оставаться один… — малыш виновато опустил глаза, столько проблем на рыжую голову из-за него. Парень выглядел совсем как напарник Накахары, только когда тот был в возрасте 6-8 лет. Кстати, по росту Осаму доходил примерно до середины бедра Чуи, ну и из одежды -огромная, когда-то белая рубашка, да и нечто похожее на шорты. - Правда. Обещаю, я не уйду-, — Чуя подхватил неко на руки, садясь в кресло и усаживая котика к себе на колени. — Не стоит плакать, малыш, — он вновь вытер слёзы Дазая ладонью, закутывая шатена в плед и прижимая к себе. Ласково поглаживая кроху по голове, Накахара сдавленно всхлипнул. - Я тоже не хочу оставаться один. - Я вас не оставлю, обещаю,— шатен с удовольствием обнимал рыжика, хотя для него это было ново,— меня Дазай зовут, а вас? — парень вытер остатки слез рукавом и улыбнулся сквозь всхлипы - Я Чуя. Можешь называть меня просто Чу. — рыжик потрепал котика по голове, взъерошив пушистые волосы и почесывая его за милейшими ушками. Часы печально отбили три часа ночи. Чуя едва ощутимо вздрогнул. - Ладно, малыш, думаю, тебе стоит немного поспать. Ну и хоть немного привести себя в порядок. — подхватив Дазая на руки, Накахара встал, — сможешь сам помыться или тебе помочь? — по пути взяв из шкафа чистую белую рубашку, Чуя поставил Осаму рядом с ванной, открывая горячую воду и отложив рубашку, присел перед шатеном, заглядывая в большие карие глаза. Дазай покраснел. Под бинтами много ран, а показывать их новому другу не хотелось. Он все еще боялся, что он может не понравится Чуе, и тот вышвырнет его. Дазай краснел, сминая в руках конец его рубашки и опуская взгляд в пол. - Значит, помочь,— Чуя поцеловал кроху в лоб, криво улыбаясь и ободряюще поглаживая шатена по макушке. - Не стоит меня бояться, — Накахара осторожно расстегивал пуговицы рубашки Осаму, чуть задевая аккуратным ногтями бинты. Сняв с неко бинты, рыжик закусил губу, вглядываясь во все раны малыша. Хотелось вылечить его, спрятать, скрыть ото всех и крепко-крепко обнимать. - Не бойся, — повторил Чуя, подхватывая Дазая на руки и опуская его в горячую воду, — потерпи, пожалуйста. Сперва будет немного больно, но ты, пожалуйста, не плачь. Я обязательно тебе помогу. Спустя полчаса Чуя закончил обрабатывать раны Дазая и, заклеив котику пластырем порез на носу, застегнул на шатене одну из своих рубашек, что все равно была велика для неко. - Вот видишь, не стоило бояться. Думаю, тебе стоит поспать, — подхватив шатена на руки, Накахара отнес его в спальню, опуская Осаму на просторную кровать и укладывая неко на подушку. - Я рядом. Обещаю, я не уйду. А теперь спи. — накрыв малыша одеялом, рыжик вновь поцеловал его в лоб. Дазай вытерпел все, ни одной слезы не проронил, только смотрел на Накахару огромными шоколадными глазами - Спасибо…только не уходи… не оставляй меня… — Дазай вцепился в рыжика и заснул, ослабляя хватку и мило сопя Чего боится Осаму? Одиночества. Сейчас Дазай решил, что, если станет не нужен и Чуе, то лучше сбросится с крыши, чем будет кому-то обузой - Не уйду. Ты главное не плачь, — Чуя отцепил от себя кроху, поправляя одеяло и уходя в соседнюю комнату. Позвонив Мори, рыжик кое-как договорился с ним, что завтра у него будет выходной, и уже с чистой совестью швырнул телефон в ящик стола. Подойдя к шкафу, Накахара открыл его, задумчиво проводя ладонью по стопке вещей своего умершего напарника и смотря в сторону комнаты, где мирно спал неко. Тяжело вздохнув, Чуя закрыл шкаф, возвращаясь в спальню.