Море безудержной тишины

Последнее, что я помню — это противный звук скорой помощи и женский голос, кричавший мне что-то. Я не мог да и не хотел разбирать слова. Все мои мысли заняла боль. Всепоглощающая и разливающаяся по всему телу. Как бы ни старался, я не мог ее пересилить. Неожиданно все прекратилось. Я перестал слышать отчаянный женский голос, противный, завывающий звук сирены, но главное — я перестал чувствовать боль. Все прошло в одно мгновение, будто ничего и не было. В этот момент я умер. Как забавно: всю жизнь думать о смерти, но бояться боли, что может она причинить. А потом в один момент лишиться всего. Один неверный шаг, всего лишь капелька сострадания — и вот я в луже собственной крови. Уверен, что уже на следующий день все СМИ будут болтать о героической смерти семнадцатилетнего парня. Вам, наверное, интересно, как я до этого докатился? Хотя, кому я вру, вам совсем не интересно. Но я все же расскажу. Все началось в одиннадцать лет. Тогда, в ужасной аварии, погибли мои бабушка и дедушка. Автобус, на котором они ехали домой, выехал на встречную полосу и угодил под колеса многотонной фуры. Удар пришелся на ту сторону, где сидели бабушка и дедушка. Думаю, с этого все и началось. Вечные ссоры родителей, во время которых я часто попадал под руку. Мне везло, если удавалась уйти оттуда без синяков или красного следа от пощечины. Со временем я замкнулся в себе. Перестал общаться с людьми и все реже стал выходить на улицу. Все люди стали для меня вдруг враждебными, в каждом втором я видел врага. Единственными, кто выслушивал все мои проблемы и страх, стали черный кот, тетрадка со стихами и пустые стены моей комнаты. Мне не с кем было поговорить. Я остался один в этом мире. Именно тогда я принял решение не открывать никому свое сердце и не подпускать близко к себе людей. Я озлобился на весь мир. Я стал ненавидеть их, потому что у них есть то, чего нет у меня. Семьи, друзей и просто близких людей. Родителям не было до меня дела, а единственные люди, кто меня по настоящему любили, умерли. И со временем, смотря на их фото, где они радостно улыбались мне, я все чаще стал задумываться о смерти. Но я боялся. Боялся боли и осуждения. Ведь сколько бы ни противился, я стал зависим от мнения окружающих, хоть и умело это скрывал. С каждым днем я все больше погружался в море безмолвной тишины. После трех лет нескончаемых ссор, родители развелись. По решению суда, я остался с матерью. Хотя, по моему мнению, это решение не имело большой разницы. Ни отец, ни мать меня никогда не любили. Я был их ошибкой молодости. Но так как моя мама верила в бога, в смертные грехи и прочее, то не стала делать аборт. А отец… отцу было наплевать. Ему было главное отвязаться от родителей да перед друзьями похвастаться: мол, смотрите, какая у меня жена красавица и сын лапочка. После того, как все разбирательства по бракоразводному процессу были завершены, мать забыла про мое существование. Она завела себе нового ухажера и проводила все дни напролет вне дома. Лишь под вечер она приходила домой и сразу ложилась спать. А на утро оставляла мне деньги и опять уходила. Отец, после окончания суда, не звонил мне ни разу. А буквально через полтора года я увидел его в парке с ребенком и новой женой. Когда я подошел к нему поговорить, он сделал вид, что не знает меня, и ушел. Только вечером, после того как моя мать вернулась, мне удалось ее немного разговорить. Как оказалось, у него была другая женщина и ребенок от нее, и моя мать все это знала. После такого мысли о суициде стали посещать меня еще чаще. Но смотря на лезвие или стоя у моста, меня всегда что-то останавливало. Какое-то чувство в душе не позволяло мне это сделать. И вот однажды, сидя на крыше нашей многоэтажки, до меня дошло. Тем, что меня всегда останавливало, были мысли об одном маленьком и беззащитном существе. О моей младшей сестренке. И пусть она для меня не родная, а двоюродная, пусть ей всего двенадцать лет, она — самое дорогое, что осталось у меня. Всю жизнь я был рядом с ней, поддерживал, не давал грустить и плакать, жестоко наказывал тех, кто посмел ее обидеть. А в ответ она дарила мне свою чистую и нежную улыбку, звонкий смех и теплые объятия. Я безумно испугался, когда ее сбила машина. Но придя к ней в больницу и увидев ее улыбку, успокоился. Я понял, что когда меня посещали мысли о суициде, меня останавливала мысль о моей озорной обезьянке. О том, что я оставлю ее одну в этом жестоком мире. Но сегодня судьба решила сыграть со мной злую шутку. Стоило мне проявить капельку сочувствия к людям, которых я так сильно ненавижу, и вытолкнуть коляску с ребенком с проезжей части, как судьба исполнила мое давнее желание. В итоге, я оказался под колесами фуры в луже собственной крови. Но мне все равно, я сам хотел в этот день умереть. Ведь все, ради чего я жил, умерло двумя часами раньше от страшного диагноза — лейкоза. Она боролась с ним год, не хотела умереть, а я так быстро сдался перед своей смертью. Но я не жалею. Ни о чем не жалею. Лишь надеюсь, что рай или ад действительно существует, и я встречусь там со всеми, кого любил, но потерял. Вот и все. Затихают все звуки и заглушаются все чувства. И я погружаюсь в темноту, в которой прожил всю свою никчемную жизнь. Но я не боюсь смерти. Она напоминает мне море. Море безудержной тишины и покоя.