Ученица Зерефа

      Лунные блики, отражавшиеся на слабо колыхавшихся волнах, маняще-тёмные воды, сливавшиеся с берегами, сотни маленьких жёлтых огоньков, летающих из стороны в сторону, оказавшиеся светлячками, создавали неописуемую атмосферу, в которую хотелось окунуться с головой. Медленно ступая по прохладному песку, Люси заходила всё глубже, чувствуя, как ласковая тёплая вода обволакивала каждую клеточку её кожи. Ей нисколько не казалось странным, что обычное озеро дарило ей столько неописуемых впечатлений и ощущений — подобное было до жути правильным. Хартфилия заплыла на середину озера, очутившись прямиком под лунным лучом, также благотворно повлиявшим на её состояние — лицо озарила блаженная улыбка, а голова вскинулась вверх, представляя ищущему взору всё великолепие ночного небосвода. Каждый раз, когда она наблюдала по ночам за звёздами, они казались ей совершенно разными. Конечно, на небе сверкали одни и те же светила, но каждый раз они выстраивались совершенно иначе, собираясь в неповторимую картину, отпечатывающуюся в памяти Заклинательницы как нечто волшебное.Взявшиеся из ниоткуда круги на воде разбивались о её тело, отчего девушка невольно вздрагивала, но особого значения этому не придавала, не смея отрывать взгляд от пленительных звёзд. Тёплые потоки воздуха, разительно отличавшиеся от прохладного летнего ветерка, ничуть не тревожили девушку. Pov Люси Голова жутко болела после сегодняшней тренировки. Мне так и не удалось поговорить со Звездой, ведь она опять разозлилась и ударила меня с ноги в живот, теперь там красуется большой синяк. Мы давно уже не замечаем действие голода смерти, это настораживает и пугает.       Сейчас я решила расслабиться и передохнуть от нагрянувших на меня событий. Сейчас меня совершенно не волнует что и где, просто хочу побыть одна. Но вот одно меня очень волнует Хвост Феи, я думала, что я их товарищ, друг, член семьи. Но как оказалось, они избавились от меня при первой возможности просто что бы спасти свои жизни. Они написали на листке последние слова, почему они не сказали всё прямо, прямо в лицо, поступили как жалкие трусы. На моей руке уже давно не красуется герб гильдии ведь он рассыпался на эфирные частицы и исчез в воздухе прошедшего дня. Я начинаю привыкать к новой жизни, к жизни без магии, к жизни, где нет больших городов, к жизни, где каждый день можно встретить рассвет без проблем на душе. Я медленно начинаю забывать о гильдии о ребятах, они стали реже сниться или приходить в галлюцинациях они медленно исчезают из моей жизни. Теперь мои мысли заполняет только Зереф, его глаза чёрные как бездна, я в них увязаю, чёрные как смоль волосы, бледная кожа, мне нравиться в нём всё. Даже его хладнокровность и безэмоциональность вызывают некий румянец. Его касания такие холодные, но я чувствую в них долю нежности и заботы. Пусть я для него лишь ученица, но он для меня нечто больше чем учитель или тёмный маг.       Я обняла себя руками и прижалась спиной к большому прибрежному камню. На лице застыл румянец, щёки горели, я резко выдохнула и опустилась под воду скрывая от мира сего своё смущение. Конец Pov Люси Пока Златовласка нежилась в озере под светом луны, Зереф ходил кругами по поляне и что-то не членораздельное бормотал себе по нос. На его лице можно было увидеть бурю эмоций, то смущение, то грусть, или радость. Никому не известно что сейчас происходило в голове у чернокнижника, но он явно думал о Люси.       Эта девушка может понять его, или развеселить, но каждый день огонёк в её душе угасает, и залтовласка становится менее общительной и жизнерадостной. Тьма наполняет её, и если это не остановить, Звезда может завладеть её телом. Люси словно лучик солнца, что осветил жизнь чернокнижника, она наполнила его сердце, она наполнила его душу, его мысли, убрала тоску и одиночество с дороги. Её румянец и смущение не уходило от тёмных глаз чернокнижника, он хотел улыбнуться, но не мог по какой-то неописуемой причине. Часто по ночам Зереф не спит, думая о Люси, ведь за несколько дней, она стала для него столь важным человеком. Тёмный маг стал улавливать за собой странный повадки своего характера, он изменился, она изменила его. Хоть они мало знакомы, но Драгнила тянет к ней. Её аромат шоколада и ванили сводит сума, карие глаза, в которые можно смотреть вечно, как плавленное золото волосы, и улыбка, что дарит тепло и заботу. Зереф понимал, что влюбился в неё, но никак не мог признать этого, ведь один раз он уже лишился любви.