Hush, it's okay

— Может, мы потерпим до его рождения? — Не хочу. Мне безумно интересно, я не могу уже терпеть! Пожалуйста, Кристиан! — Хорошо. Я попрошу Тейлора нам помочь, договорились? — Кристиан осторожно вытирает мою щеку, там пенка от моего кислородного коктейля, и еле заметно касается своим носом моего. — Сладкая девочка. — Я разошлю всем приглашение на субботу. Только близким! — Ох, малышка… Я вернусь пораньше, обещаю. Кристиан чмокает меня в лоб и выходит из кухни, помахав мне. Мой красавчик со следами моей помады на его ягодице. Что?! Он сам виноват, что чистил зубы в одном полотенце, когда я пробовала новую помаду! Я не хотела, но скорее папа, нежели подружки, уговорил меня устроить «baby shower». Я сдалась, потому что больше не могу ждать до родов, безумно хочу знать, мальчик ли это или девочка, поэтому объединим две вечеринки в одну. Я хочу девочку! Но мистер Грей так мило фантазирует о том, как он будет воспитывать мистера Грея-младшего, что и мальчишке я буду безумно рада. Я люблю этого шалуна, не дающего мне спать по ночам. Мой ребёнок. Мой дорогой Персик. Ещё месяц, и я крепко прижму его к себе. Кристиан не отказывает мне. И это был вопрос времени, уговорить его… Или же поставить перед фактом. Во втором случае он громко хлопает дверью, ничего мне не говоря, а потом называет невыносимой, целуя в губы. Люблю его. Люблю его за то, что он терпит меня и мои истерики по пять раз в день. Терпит мои заскоки. Терпит то, что у меня выпала половина волос, и я больше не распускаю волосы, хочу подстричься под карэ после родов. Терпит мой лишний вес, и даже сам помогает набрать его. Люблю его за то, что он любит меня.

***

— Ты такая смешная на этом фото, — Миа показывает мне очередное моё изображение, где мы с Кристианом выходим из кофейни, и я не могу с ней не согласиться. Я такая хрупкая, тонкие ножки, но с таким большим животом. — И Кристиан такой счастливый. Он смотрит на тебя с обожанием. — Конечно. Там его дочь, мог бы он — он бы меня на руках носил, — осторожно стучу по животу пальчиками, и Миа сжимает мою ладошку. За эти несколько месяцев мы не просто подружились, мы сблизились. Я обрела сестру, которой у меня никогда не было. — Он говорит, у вас будет сын. — Возможно… В субботу узнаем. Я уговорила нашего будущего папочку на вечеринку. Поэтому я и позвонила тебе! Всё будет у папы дома. Гости оповещены, будет маленький семейный праздник, не девичник. Тейлор обещал помочь с тортом… Я хочу знать пол нашего Персика, нет сил больше спорить с Кристианом. В принципе, у меня всё готово, но я хочу, чтобы ты посмотрела список и что-то исправила, пока не поздно, — откидываюсь на диван, вытянув ноги на столик, и эта негодяйка снова смеется надо мной. — Прекрати! Они отекают, я не могу больше… — Мой племянник получит лучший праздник на свете. И обязательно запишем для него видео-открытку. Я жду его рождения не меньше вас! — подруга счастливо улыбается, мягко разминая мои икры, она в восторге от мысли, что она совсем скоро станет тётей. — Это уж вряд ли, Миа… — тихо пищу, прижав ладони к печени, и Миа не может сдержать смешков. Малыш толкается, очень сильно и больно. Видимо, я слишком хрупкая для наследника семейства Грей, потому что малыш тянет из меня все жизненные силы. Я почти не выхожу из дома. Нет сил. Был долгий токсикоз. И я до сих пор очень много плачу. — Иногда мне кажется, что малыш убьёт меня во время родов. Он большой и он делает мне так больно. А ведь потом месяцы восстановления… Если твой брат бросит меня, вини его во всём. Это ведь он хотел и сделал мне ребёнка. — Бедная малышка Ана. Я вместе с Рэем приготовлю для вас праздник, я обещаю. Ты должна отдыхать и терпеть все выходки маленького Персика, хорошо? Расслабься. Осталось полтора месяца. Полтора месяца — это даже быстрее, чем те бесконечные месяцы, пока мы ждали, чтобы сделать безопасный ДНК-тест. — Я так боюсь, что я не справлюсь с ролью мамы… — Ты будешь лучшей мамочкой для моего племянника, Анастейша. Кристиан мир для тебя готов перевернуть… А еще кресло в нашей спальне, от злости. Его приступы агрессии пугают меня, но они никогда не направлены на меня. И он никогда не кричит… Это от недостатка секса и проблем в бизнесе. Я всё понимаю. — Я рассчитываю на тебя. — Еще пончик, миссис Грей? — О, пожалуйста, мисс Грей. И вон тот каталог… Я так хочу те ползунки от Gucci! — Для себя или малыша, Ана? — Я не уверена… Господи, дай мне сил. Я не могу выйти даже за костюмчиками для моего ребёнка… И мне плевать. Лишь дай мне сил на заботу о моём малыше, когда он появится на свет. И благослови интернет за онлайн-покупки.

***

— Привет, сладкая маленькая мамочка и мой непоседа, — Кристиан целует меня в животик, где только-только была ножка нашего ребёнка, и осторожно гладит меня там же. — Как ты? — Всё так же. Толстая и избитая. — Персик! Разве можно мамочке делать больно? — Можно. Я бы куда больше переживала, если бы он не шевелился. А так всё хорошо… Осталось совсем немного. — Тебе нравятся какие-нибудь имена? — Пока нет. Миа говорит, что я принцесса. — Ты моя королева, малышка… — Кристиан нежно целует меня, тут же получив ответ, естественно, но я успеваю поймать его руку, пока он не начал ласкать меня, и медленно отстраняюсь. — Уйди, пожалуйста, пока я не возбудилась и не расплакалась. — Ладно. Покажешь мне, что вы выбрали сегодня с будущей тётушкой? — О, я в восторге! Ты переоденешься, а я как раз схожу за планшетом. Когда у меня второй раз было кровотечение, доктор Грин не сказала ничего, лишь снова добродушно предупредила, что нужно быть осторожнее. В третий раз она просто молчала, недовольно смотря на меня. А в последний раз она отхлестала меня и Кристиана такими словами, что у нас уже больше месяца нет секса. Никакого. Кристиан ведь действительно был очень осторожен, никаких резких движений, и всё равно кровь… Орально мы не удовлетворяем друг друга. Мне не нравится, что я не вижу его из-за живота, из-за этого не могу получить удовольствие. От минета он отказался из солидарности. Да и я не мастер… — Ай! Проклятие! — случайно выпускаю планшет из рук, из-за резкой боли где-то в районе печени, и с трудом сдерживаю слёзы. — Малыш, ну зачем ты так со мной… Эй, я люблю тебя, слышишь? Люблю тебя больше всех на свете, хоть ты ещё и не рождён на этот свет, мой комочек. Хоть ты и лишаешь меня всех жизненных сил… Не могу перестать думать о его крохотных ручках и ножках, о его случайных улыбках, о том, как от него будет пахнуть… Моя куколка. — Ана, ты в порядке?! — Кристиан тут же залетает в зал, хватая меня в свои объятия, и я крепко хватаюсь за его руки, позволяя помочь мне сесть на диван. — Да! Просто выронила планшет… — помогаю мужу до конца натянуть футболку, лишний раз касаюсь его, но Кристиан пресекает меня. — Я сейчас подниму. Он даже не разбился, всё хорошо. — Смотри какой милый! Персик будет самым модным ребёнком с самого рождения. — Это Armani?.. Зачем новорождённому костюм от Armani, Ана? — Это не костюм, а ромпер. — Что такое «ромпер»? — Это как фути, только не такой… Кристиан громко хохочет надо мной, но крепко прижимает к себе, снова и снова целуя в животик, который отвечает ему не такими уж сильными толчками. Сговорились, Греи! — Просто мне хотелось… — Я ни в коем случае не возражаю. Если тебя это радует — можешь даже заказать индивидуальный пошив, я только «за». Лишь бы ты улыбалась. Я люблю вас… — Мы любим тебя, Кристиан Грей. Кстати, ещё там есть комбинезон от Gucci… — Закажи? — Уже… — Анастейша Роуз Грей, я верну тебя твоему отцу. — За что?! — Чтобы вернул мне взрослую девушку, а не эту несносную девчонку-шопоголика. — Это единственное, что меня радует сейчас. В последний раз была на улице позавчера, с тобой. А до этого? Почти неделю дома! — Я обещаю, что это первый и последний раз. Хорошо? Мне не нравится мысль, что у нас будет только один ребёнок. И даже быть беременной так приятно, когда малыш касается тебя, а не пинает, когда ты чувствуешь его внутри, когда вы с ним — одно целое, и твой голос может его успокоить. Да, куча минусов как лишний вес, выпадение волос и отбитые внутренние органы, плюс я ещё не знаю, насколько же это большое «удовольствие» — рожать, но… Но этот мир достоин как минимум двоих «бриллиантовых малышей». — Этот и ещё раз. А дальше как получится… Поцелуй меня. Пожалуйста. — Детка, не стоит. Мы можем не остановится… — Всё будет нормально. Просто поцелуй. И я готова пищать от восторга, наслаждаясь лаской моего мужа. Божечки, Кристиан, пожалуйста, пожалуйста, будь же смелее… Ты мне так нужен сейчас. Проклятие! Нет! У Грея в кармане вибрирует телефон, и я недовольно пихаю его, зная, что он обязательно ответит. Грёбаный трудоголик! — Не бросай меня! — Я на три минуты. Тише, детка, — Кристиан мягко целует меня в губы и тут же отвечает на звонок своим фирменным, ледяным тоном. — Грей. Слушаю. Нельзя так издеваться над беременной женой!

***

С минуты на минуту будут первые гости, и я с нетерпением жду их, развалившись на диване в зале в доме отца… Я так скучала по веселью! И я уверена, мне хватит сил на ближайшие три-четыре часа. Всё будет хорошо. Жаль только, что Кристиан опаздывает… — Какая ты красавица, — Грейс тепло мне улыбается, усаживаясь рядом со мной на диване в гостиной, и крепко сжимает мои ладошки. Я не слышала как она приехала. Но знаю, что и её мистер Грей опаздывает. — Как ты чувствуешь себя? — Как боксерская груша, — отставляю свой сок на столик, приличнее усаживаясь перед мамой Грей. — Но доктор Грин сказала, что все анализы хорошие. Это уже характер ребёнка. — Маленькая балерина. Ты очень хорошо выглядишь, и я с нетерпением жду, когда вы пригласите меня посмотреть на неё… — Для вас наш дом открыт всегда, Грейс. Вы мама Кристиана, вы бабушка, и я действительно доверяю вам… — С тобой мой сын снова открылся. Я рада, что тебе хватило сил на маленький семейный праздник. — Ну, им занимались Миа и мой папа, так что я не думаю, что он будет маленький и семейный, как я и хотела… — Я рядом, детка. «Я люблю тебя». «Я люблю тебя, маленькая. Ты хорошо себя чувствуешь?» «Замечательно! Гости начинают собираться. Но больше всего я жду тебя, что естественно. А пока со мной нянчится твоя мама, и всё хорошо». «Я скоро буду». Объятия Кристиана — тепло, уют и безопасность. Ощущение, что я дома, где бы я ни была. Именно поэтому я так по нему скучаю… Потому что мой дом для меня уже не дом, если тут нет Кристиана. И как бы я не делала вид, что всё хорошо, и я рада гостям, мои мысли только о Грее, которого носит чёрт знает где! Хочу открыть подарки, хочу торт и моего мужа. Можно вместе. И внизу живота слишком ярко ноет, лишь только я думаю об обнажённом Грее и сливках на нём. Проклятие! — Привет, детка, — оказываюсь в крепких объятиях со спины, но я безошибочно могу определить, что это Элиот. Он чмокает меня в висок, вставая передо мной, и внимательно рассматривает. — Мистер Грей растёт? Его голос вызывает у меня мурашки по спине, и я не могу понять, страх ли это перед ним, перед Кристианом, или стыд… Или желание. Элиот чертовски хорош собой. Абсолютно не похож на Кристиана. Но даже мысли о нём пугают меня. — Растёт и избивает меня. Но всё отлично. Как твои дела? — Хорошо. Но не хочу обо мне, это твой день. — Это день нашей семьи. Мы с Кристианом решили раскрыть пол ребёнка сегодня. — Я буду немного расстроен, если мой племянник окажется девочкой. — Тогда мне придётся родить ещё одного племянника для тебя. И в следующий раз я буду лучше стараться. — Договорились. Может, тебе принести что-нибудь? Воды? — Спасибо, не нужно, Элиот. Отойди от меня, пожалуйста, пока, по закону подлости, нас не увидел вместе мой муж. Мой муж, который опаздывает на час! Набираю номер Кристиана, отходя к выходу из дома, и прямо перед моим носом возникает этот бесстыдник, закрывая за собой дверь. — Привет, маленькая. Скучала? — Слишком. Привет! — зацеловываю счастливое лицо Кристиана, пока он осторожно обнимает меня. Злость на него тут же испарилась… — Не опаздывай больше, мне были так нужны твои объятия! — Прости, детка. Пойдём к гостям? — Гости сгорают от нетерпения не меньше, чем я… И теперь мир не кажется таким уж ужасным, а время течёт ровно так, как и должно, не бесконечно. И ещё мне чертовски тепло и уютно, ведь одна ладонь Кристиана на моей пояснице, а другая на животике. Я больше всего на свете боюсь, что Кристиан сделает мне больно.

***

— Давай? — Давай! Миа чмокает меня в щеку, поспешив раздать последние указания и привлечь внимание гостей. Какое счастье, что пришли действительно только наши близкие. Боже… кажется, у меня дрожат руки. Мой Персик перестанет быть безымянным. Если бы Кристиан не принёс мне тогда бумаги из медицинского центра, я не представляю, что бы со мной было. Я настолько боюсь этого всего… Это же так важно. — Миа, он восхитительный! Какая прелесть! — верещу от восторга, фотографируя произведение кондитерского искусства, буквально предвкушая, какой он на вкус… — Мы с Тейлором старались. Торт такой большой и такой красивый! Трёхуровневый, белая глазурь с серебристыми бантиками, средний ярус украшен разноцветными шариками, которыми сделана и надпись на самом верху «baby», той же серебристой мастикой написано «Grey» красивым шрифтом, и я в полном восторге! — Мой крошка Грей… Мы так хотели дотерпеть до конца, но я просто не могла больше. И сейчас я больше не могу терпеть! И торт, и подарки, и малыш на удивление спокоен… Кристиан осторожно сжимает мою руку, вручив мне нож, и вместе мы немного отрезаем от нижнего яруса торта. Боже! Ана, открой глаза и посмотри, что там! Люди хлопают! — Я люблю тебя, — Кристиан тихо шепчет, громко выдохнув, и целует меня в щеку. Медленно открываю глаза, смотрю на начинку, и… громко верещу от радости! Я так и знала! Я так рада! — Мальчик… О, господи, я буду мамой маленького мистера Грея! И мы, мы можем назвать его Джонни, или… — Или вы можете назвать его в честь своего старика, детишки, — отец Грейс кашляет, но ослепительно улыбается, ни капли не смущаясь. Я обожаю проводить время с дедушкой и бабушкой Тревельян, они любят меня как родную внучку, и я тоже их очень сильно люблю… Кристиан рассказывал, что он обожал проводить свободное время с ним, и до сих пор очень ценит своего деда и бабушку. — Дедушка Тео! Мне нравится ваше имя. У нас будет наш Тедди… — Никакого сокращения до «Тед» на американский манер, Ана! Греческое имя — греческое произношение! — Я обещаю, дедушка. Мой самый дорогой и самый любимый мальчишка на свете. Теодор Рэймонд Грей. — Мы так ждём тебя, мой Персик. Малыш Тедди… И как бы я не старалась быть сильной, громко плачу от счастья, позволяя нашей немногочисленной родне обнять меня. Малыш, тебя тут очень любят. Нас любят. И не только я безумно жду тебя, Тедди. — Прекращай реветь, Анастейша Грей! Мы ещё не записали пожелания для малыша, и ты должна открыть хоть часть подарков при нас! — Я счастлива… Дай мне пять минут, Миа. Начни запись с будущего папочки. А мне действительно нужно проплакаться. Господи, спасибо за мою семью. Она небольшая, но она — самая лучшая на свете… И всё благодаря Кристиану.