Trouble

На следующий день НамДжуна, уныло хромающего по подъездным ступенькам, ждал сюрприз в виде новенькой Короллы и выглядывающего из нее альфы. — Такси для упертых вызывали? Омега демонстративно отвернулся, но красиво и гордо уйти помешала забинтованная нога. — Да ладно тебе, я уже понял, что ты гордый и независимый! А теперь садись. Бросив хмурый взгляд на откровенно веселящегося альфу, НамДжун подошел к машине и уселся на сиденье рядом с водителем, тайком вдохнув приятный сладкий аромат. — Как нога? — А… терпимо. Синяк огромный только, и наступать не очень приятно, — у него не получалось язвить. Ким НамДжун начал нормально разговаривать. Еще и заикается. Приехали. Он опустил взгляд и неловко обхватил рукой левое предплечье, пытаясь закрыть ладонью татуировку и жалея, что, соблазнившись на теплую погоду, надел футболку с рукавами до локтя. Спрятаться не вышло. А мгновение спустя, его руку перехватила рука альфы, мягко сжимая. — Перестань. Я видел ее в первую нашу встречу. Мельком, но да, заметил. — Разочарованы? «Зачем портить свою кожу», как-то так? Джун зачарованно смотрел на свою тонкую ладонь в широкой ладони альфы, напоминая себе, что надо бы дышать. — Нет, с чего бы? Это твоя жизнь, зачем ты так волнуешься о мнении кого-то еще? — О мнении Истинного… СокДжин только хмыкнул, напоследок провел большим пальцем по коже младшего и отпустил его руку, заводя машину и трогаясь с места. Вечером омегу снова ждал «личный водитель». И на следующий день тоже. — Вас уволили? — Не удержался он на третий день, поворачиваясь к старшему и встречаясь с ним взглядом. Джин опешил. — Это почему? — Ну, вы приезжаете сюда днем. А потом еще вечером… — Смех альфы его прервал. — Просто я на хорошем счету и могу позволить себе работать на дому. Омега задумчиво кивнул и снова откинулся на спинку сиденья. Больше он ни о чем не спрашивал, каждый день благодарно улыбаясь альфе за рулем. И так три недели — Джин не думал о том, что младший уже совершенно здоров и может снова ходить пешком. Но зато думал о том, что ему нравится легкий винный шлейф в машине, который, казалось, впитался в пассажирское сиденье. А НамДжун просто наконец смирился с Истинным, и наслаждался близостью и разговорами, которые теперь текли без проблем и почти без грубостей со стороны омеги. Но это же НамДжун. И СокДжин. Все должно было, нет, обязано было пойти не так. В тот день Джин приехал к университету раньше, и, устав сидеть в машине, пошел бродить по территории учебного заведения, гадая, откуда выйдет его омега. Спустя минут десять, он заметил НамДжуна, медленно шагающего мимо него к выходу — альфа сидел довольно далеко, и шансов, что тот его заметит, было мало. Собравшись было подняться и пойти навстречу паре, СокДжин выругался. К его омеге подбежал какой-то парень и… поцеловал его. И не было похоже, что НамДжун очень против. Джин не стал подглядывать. Он просто развернулся и пошел к машине, задумчиво прислоняясь к капоту — он совершенно не понимал, что происходит. *** Весело попрощавшись с охранником в дверях универа, Джун зашагал по дорожке к выходу, с улыбкой высматривая на парковке знакомую машину. Внезапно он почувствовал, как его дергают, разворачивая назад, и в следующий момент к его губам прижались чужие — со слабым, но очень знакомым привкусом розмарина. Попытка вырваться обернулась ничем, в конце концов, он всего лишь омега — ЧонГук был значительно сильнее, а руки омеги оказались крепко сжаты в его руках, мешающих отстраниться или оттолкнуть. НамДжун мстительно прикусил губу альфы, с удовольствием вслушиваясь в злое шипение. Чон отстранился и, не отпуская Джуна, проговорил: — Сзади ЧиМин, подыграй мне, а? НамДжун кивнул и высвободил руки, приобняв альфу за шею и слегка поворачиваясь чтобы мельком заметить маленького омежку с рыжими волосами, который тут же отвел глаза и пошел в другую сторону — к библиотеке. ЧонГук же приобнял Джуна за талию и подтолкнул его к выходу, притворно нежно наклоняясь к его макушке. — Хватит, Чон ЧонГук. Он ушел. Омега чувствовал себя… не очень хорошо, понимая, что его просто использовали в этих брачных играх. — Ты дебил, Куки, за что ты так с несчастным? — Я хотел подтолкнуть, чтобы он перестал шугаться от меня, как только услышит мой запах. — Молодец, теперь он и на километр к тебе не приблизится. И я, кстати, тоже. — Он отстранился. — Правда, ЧонГук, выбери другой способ сблизиться с омегой. — Стой! Ты обиделся? Прости. Я не подумал… — Да нет… в конце концов, я тебя укусил, и мы в расчете, — НамДжун насмешливо провел пальцем по припухшей нижней губе альфы. — Просто это, действительно, не самый удачный план. Я пойду. Не забудь приложить лед! — Стерва! — Омега рассмеялся, услышав за спиной шутливое оскорбление, но не стал оборачиваться, заметив своего Истинного, который стоял возле машины, уставившись в никуда. — Привет! Вы долго ждали? Извините, меня задержали из-за… — Ничего, — омега опешил от брошенного на него холодного взгляда. — Поехали? На кивок НамДжуна альфа внимания не обратил, он молча обошел машину и сел за руль, смотря на застывшего в растерянности младшего. Наконец, тот бросил попытки объяснить для себя поведение пары и молча сел на привычное сиденье. Разговор не клеился — альфа молча смотрел строго на дорогу, бросая односложные ответы на редкие вопросы, и, казалось бы, совсем не прислушиваясь к монологу Джуна. К концу пути тот тоже сдался и замолчал, чувствуя закипающую злость — на себя или на альфу, он еще не понял. — Приехали. — Хен. — Он привык во всем разбираться. Особенно в том, что касалось его, и в том, чего он совсем не понимал. В глазах напротив не было приятной теплоты. — Почему ты такой сегодня? У тебя из-за меня что-то случилось? Джин не знал, что ответить. Не знал он, и что думать о том, что он увидел полчаса назад. — НамДжун, почему ты продолжаешь использовать формальную речь? Держишь меня на расстоянии. Как будто… водишь за нос. Омега обиженно заморгал, борясь со слезами. — Это называется вежливость, хен. Просто напросто. И за этот месяц вы могли бы понять, что не в моих привычках водить кого-либо за нос — я скорее прямо скажу, чем морочить человеку голову. Но если я произвел на вас столь плохое впечатление — что ж, простите, значит, вам попался херовый омега. НамДжун распахнул дверь и быстро выбрался из машины, чувствуя, как подступают слезы. Но плакать на людях не хотелось, и он поспешил к подъезду, с обидой слыша, как уехала машина СокДжина. Джин чувствовал себя отвратительно. Он только что обидел своего Истинного. — Но он целовался с каким-то другим альфой. И тут же радостный прибежал ко мне. Какой омега, найдя свою пару, будет кидаться на шеи другим? Только мой, видимо. Альфа раздраженно ударил по рулю, не понимая, почему, не смотря на логичные доводы, у него осталось ощущение чего-то неразрешенного, ощущение, что он напрасно ранил человека, который успел стать для него близким за время тех коротких поездок и чьи глаза и боль в них до сих пор не выходили из головы? На следующее утро НамДжун проснулся и побоялся смотреть на себя в зеркало. Глаза щипало из-за того, что он проплакал до полуночи. Омега никогда не думал, что всего один человек может так больно его задеть. Но он заставил себя умыться холодной водой, привести в порядок волосы и занялся припухшим лицом. На макияж ушло в два раза больше времени, однако выглядеть он стал значительно лучше. Конечно же, машины перед подъездом не было. И перед универом после пар тоже. И через неделю альфу он так и не встретил. Джина же ломало. Каждый день он, не обращая внимания на обеспокоенные взгляды ТэХёна и остальных коллег без отдыха работал в офисе положенные ему шесть часов и уходил. Ему было наплевать на все. Инстинкты кричали бежать к своему омеге, однако СокДжин не привык думать сердцем. И потому мучился сам, и мучил Истинного, понимая, однако, с каждым днем все яснее, что долго так продолжаться не может.