Одни против всех

В один из последующих дней Драко и Гермиона посетили собрание Ордена, на котором принимали решение по самому важному вопросу – переправка Гарри из дома, т.к. в его день рождения спадут защитные чары, и он будет очень уязвим. Все участники собрания выдвигали идеи, спорили, ругались, обсуждали варианты, но в итоге пришли к единственному приемлемому решению – сделать двойников. Чтобы не было понятно, кто именно настоящий. Хоть Гермиона и говорила, что Гарри будет против, но это был самый разумный способ защитить его. И вот, когда этот день настал, в дом на Тисовой аллее наведалось пятнадцать человек. Семерым из них предстояло обернуться Поттером, остальные восемь должны были защищать их, в том числе и настоящего. Когда Гарри узнал об этом, то был решительно против. Однако язвительные комментарии близнецов Уизли и Драко, заявившего, что ему меньше всего хочется менять свой оттенок волос, хоть все должны и дальше полагать, что он мертв, примирили Гарри с ситуацией. И он отдал свои волоски, чтобы оборотное зелье было закончено. И вот, восемь Поттеров было готово, и они взмыли вверх. Для каждого тот вечер стал кошмаром наяву. Пожиратели ждали их, преследовали каждого, кидались проклятиями, заклинаниями, старались убить. Каждый из двойников боялся за себя, за своего сопровождающего, за настоящего Гарри. Гермиона и Драко, которые были вынуждены разделиться, умирали от страха еще и друг за друга. Ни в коем случае нельзя было выдать себя настоящих. Но все, рано или поздно, заканчивается, и это нападение не стало исключением. Измотанные и израненные, они наконец появились в доме Уизли. Каждый уже был в своем обличии. Драко появился одним из первых, и он нервно расхаживал из угла в угол по кухне миссис Уизли. Он хмурился, кусал губы и нервно теребил рукава рубашки, в которую Молли его заставила переодеться. Готовя ужин, она все время следила за молодым человеком и тихо недоумевала, как он так смог измениться. Когда Гермиона наконец появилась, то Драко чуть не снес половину мебели – с такой скоростью он понесся к своей гриффиндорке. - Любимая! – Выдохнул он. – Ты цела! - Драко! Все хорошо, я справилась. – Успокаивала она его. Они бы продолжили свои признания и дальше, но были грубо прерваны и растасканы в стороны старшими Орденцами, которые требовали от них подтверждения их личностей. Не понимая, почему на них напали, они пытались подозревать друг друга и разгорелась бы драка, если бы не появился израненный Джордж, у которого зияла дыра в голове вместо уха. В течение оставшейся ночи подтягивались остальные участники операции. Выяснилось, что не стало Букли, которая попала под смертельный луч, и Грозного Глаза. Мужчины отправились искать его тело, но ничего не смогли обнаружить – видимо его или растерзали или забрали с собой, как трофей. Было мерзко. А еще очень горько. Эту потерю все переживали очень остро. Из Норы никто из молодежи никуда не выходил – Молли запрещала под страхом немыслимой кары – избавляться от садовых гномов. Это был серьезный аргумент. А еще она никак не давала ребятам собраться вместе, постоянно занимая их любой работой по подготовке к свадьбе. Это злило абсолютно всех, особенно Драко, не привыкшего работать. К тому же, он себя очень неуютно чувствовал в этом доме. И удивлялся, как это чета Уизли его принимает, как родного сына. Однако, в один из вечеров ребята все же смогли встретиться, благодаря помощи Артура Уизли. Ненадолго, ибо Молли их все же увидела. Однако и того времени было достаточно, чтобы они договорились о своих действиях. А заодно получили от Драко с Гермионой зачарованные мешки и список того, что им предстояло положить. В один из дней у Норы появился Министр Магии собственной персоной. Он хотел видеть Золотое Трио. И поэтому увел их на задний двор, где собирался поговорить с ними. Драко, видевший это, последовал за ними, накинув на себя мантию-невидимку, с которой не расставался никогда. Пройдя за своими друзьями, он удивился теме, поднятой Скримджером – завещание покойного директора. И удивился наследству – первый снитч и меч Гриффиндора для Гарри, деиллюминатор собственного изготовления для Рона и две книги из собственной библиотеки для Гермионы – одна книга сказок, а другая – о волшебных палочках, в которой рассказывалось о материалах изготовления, сердцевинах, свойствах, историй. Речь Министра его раздражала, но он был горд за тот отпор, что дала ему Гермиона. И тот ушел ни с чем. А Драко, равно как и все остальные, сокрушался, что меч не у них – реликвии нельзя дарить, к тому же потерянные. День свадьбы был крайне суматошным. Каждый встречал какого-нибудь гостя, который был каким-нибудь из многочисленных родственников Уизли. Драко начало казаться, что он в осеннем лесу – столько много рыжего было вокруг. Когда церемония началась, он встал рядом со своей женой и тихо прошептал ей, что очень даже рад, что их свадьбой занимался Хогвартс – такого нашествия Уизли на своей свадьбе он бы не пережил. Гермиона тихо прыснула в кулак и слегка пнула своего несносного слизеринца. По другую сторону от нее стоял Гарри, у которого внешность была изменена во избежание. И теперь он также был одним из Уизли. Когда речь зашла об изменении Драко, то он устроил скандал – становиться одним из рыжеволосых он не хотел категорически, и потому стал брюнетом. Скрепя сердце и сцепив челюсти, он прошипел, что один раз уже стал Поттером. Переживет черную шевелюру и на это раз. Церемония была восхитительна и считалась бы удачной, если бы не ее окончание. Во-первых, Драко был в бешенстве, что к его жене приставал появившийся Виктор Крам. Во-вторых, к нему пристала тетка Мюриэль, которая бесила его одним своим видом, уж не говоря о темах беседы. В-третьих, к нему приставала добрая часть Уизли, решившая, что это их долг охмурить нового члена их общества, да еще ни разу не родственника. Драко взвыл и отправился искать Гермиону. Последняя неприятность, произошедшая на празднике, - невесть откуда взявшийся патронус, провозгласивший, что Министр убит, а Министерство пало. Приглашенные начали немедленно аппарировать кто куда, Драко же бросился искать Гермиону, которая оказалась рядом с Поттером и Уизли. Едва он приблизился к ним, как рядом появился патронус его матери, которая сообщила, что отец дома. Это означало, что из Азкабана были выкрадены ранее арестованные Пожиратели. Драко обуревали двоякие чувства. С одной стороны, он был рад, что отец не в тюрьме, а с другой, он понимал, что ему наверняка придется драться с ним. И что вообще отец знает о нем, неизвестно. Мысли пролетали одна за другой со скоростью снитча. Но были прерваны воронкой аппарации. Гермиона утащила их в маггловский Лондон, в какое-то кафе. Им требовалось все обсудить и подумать. Вот только времени им не дали совсем. Только они сделали заказ, чтобы не вызывать подозрений и приступили к обсуждению, как были прерваны вошедшими. Гарри и Рон, сидевшие лицом ко входу среагировали мгновенно. Они достали палочки и начали защищаться. Гермиона с Драко, как по команде, упали на пол и откатились, и тоже выхватили свои палочки. Бой закончился за минуту. Во-первых, четверо против двоих, а во-вторых Пожиратели оказались какими-то неуклюжими. Обездвижить их не представляло проблемы. Когда с них сняли капюшоны, то четверка увидела лица Крэбба и Гойла, когда-то младших, а теперь единственных. Драко стоял в шоке от увиденного. - Надо стереть им память. – Сказала Гермиона, глядя, как расширились от удивления глаза одного из бывших телохранителей ее мужа. – Пусть они не помнят, что ты жив. Драко, с которого уже слетели чары, маскирующие внешность, лишь кивнул, и Гермиона подняла свою палочку. Вот уже второй раз за последние пару недель она применяла это заклинание. Вот только родителям она стирала память о себе капитально, а этим двоим надо было подправить лишь пару минут. Когда все было кончено, то она почувствовала, как Гарри взял ее за руку, и воронка аппарации закрутила их.