Ее глаза

      По длинному коридору медленным шагом шёл привлекательный молодой человек. На данный момент все его мысли были заняты одной юной особой женского пола, с которой он сегодня познакомился. «Хоть сейчас она и отказала мне, но в следующий раз точно не сможет. Я же видел, как она покраснела. В состоянии смущения она ещё красивее. Черт, давно я не хотел так кем-то владеть. Сказать честно, я вообще никого так не хотел. Обычно, мне доставалось все без особых усилий, даже иногда без моего же желания. Но она — другая. Словно первые моменты тепла весной, которые так ждал всю осень и зиму. Она радует, но и заставляет расслабляться. Хотя ты знаешь, что впереди ещё будут заморозки, а может даже морозы, но все-равно поддаешься такому желаемому чувству и соблазну, осознавая, что потом будет ещё теплее, а это — лишь первые признаки того самого, ради чего стараешься прожить год. И от этого становится ещё теплее на душе, и ты не можешь перестать мечтать и ждать прекрасных дней». Мужчина даже не заметил, как дошёл до палаты своего друга. Без стука парень прошёл в комнату, наблюдая, как друг копается в телефоне, усердно что-то печатая. — Друг, ты хоть жив тут? — голос черноволосого оторвал больного от занятия. — Как видишь, — усмехнулся было Наруто, как вдруг его лицо стало резко задумчивым. — Ты же видел моего врача? Черт, она мне очень знакома, но я не могу вспомнить, где мог видеть её. — опять начав тыкать в телефон, светловолосый заметно загрустил. — Ну, знакомой мне она не показалась, но заинтересовала точно, — усмехнулся брюнет, быстро глянув на друга. Тот на него. Они понял друг друга. Тут Наруто громко засмеялся, и даже нельзя было предположить, что этот человек болен — настолько искренней и беззаботной была его улыбка. Так всегда. Этот парень — лучик солнца, от которого светит только теплом и позитивом. — Я тебя понял, брат. Удачи. Только прошу, не играй с ней. Она хорошая девушка. — Откуда тебе-то знать? — немного озлоблено, но все же с любовью сказал Саске. — Я её вспомнил. Она училась со мной в одной старшей школе. Сказать, что хорошо общались, нельзя, но и врагами не были. Раньше она была тихой и незаметной, волосы доходили лишь до плеч, фигура не выделяющаяся, но взгляд был добрее и искреннее, чем сейчас. Она сильно изменилась. — Вот как, — сказать, что парню было неинтересно, будет ошибкой. Ведь она ему и правда понравилась, а значит, он захочет узнать, как кто она сейчас, так и её прошлое. Но пока Саске не мог или просто не хотел признавать сей факт, так что оставил лицо равнодушным, что у него очень хорошо получалось. — Не знаю, как раньше, но сейчас характер у неё тот ещё. Будет трудно. — Ты уже успел ей нагрубить? — премного рассержено спросил Наруто. Он все же переживал за Сакуру, ведь она много раз выручала его в школьные годы, а он её забыл. Как так можно? — Тихо, тихо, Наруто. Все нормально. Она просто отшила меня, — хоть парень и говорил все это безразлично, но в душе зарылась небольшая обида за данный поступок на девушку. — А она не промах, — опять смеясь, ответил голубоглазый, уже простив друга. — Мало кто способен отшить самого Учиху Саске. — Да, да. Я понял, — парировал молодой человек, лишь немного приподняв уголки губ. Он был рад, что с Наруто все порядке. Авария была сильной. Сам он почти не пострадал, но лучшему другу досталось. Ещё недолго посидев, Учиха вышел из палаты, оповестив больного, что заглянет завтра. Блуждая по тихим коридорам, черноволосый направлялся к выходу из пятиэтажного здания, надеясь встретить розоволосую девушку, которая, кажется, надолго засела у него в голове.

***

Сакура если не бежала, то, по крайней мере, очень быстро шла по белой плитке. Она думала, что никогда не сможет скрыться от такого прожигающего взгляда мужчины, от которого мысли девушки скакали ходуном. Возможно, она поступила некрасиво и невежливо по отношению к черноволосому, но так нагло допрашивать незнакомого человека тоже нельзя. Подойдя к стойке информации, девушка отдала бумаги персоналу, стараясь успокоиться и привести дыхание в норму от такого ускоренного шага. Сейчас хорошо бы прийти домой, лечь в тёплую ванну, расслабиться, почитать любимый роман девушки и спокойно лечь спать, забыв о сегодняшнем дне. Но, видимо, Сакура не удостоена такого простого, но желанного счастья спокойной размеренной жизни. Девушка хотела уже выйти покурить и таким образом хоть как-то собраться с мыслями. Ведь это занятие — единственное, что успокаивало юную особу и приводило в чувство. Даже если Сакура понимала весь вред данной привычки, деться от неё никуда не могла. Обернувшись, врач опять впала в ступор. Снова он! Быстро спохватившись, розоволосая спряталась за стойку, довольно удивив этим действием как работников, так и обычных посетителей больницы. Подумав, что молодёжь совсем уж нынче с ума посходила, старушки, часто посещающие сие заведение, разошлись, а за ними и остальные, вспомнив про неотложные дела. Сакура перевела дыхание. Жалко, конечно, что ей пришлось отложить планы в виде выхода на свежий воздух, но попадаться на глаза этому мужчине девушка больше не хотела, хотя глубоко в душе понимала неизбежность сего момента. — Все хорошо, Сакура-сан? — взволновано спросила медсестра, наблюдавшая за происходящим. — Да, Хината, все нормально. Просто приходится кое-кого избегать, чтобы не попасть в неловкую ситуацию, — устало ответила врач девушке, взгляд которой стал намного спокойнее. Она была невысокого роста, с длинными волосами синеватого оттенка и бледно-сиреневым цветом глаз, который показался бы странным обычному прохожему. Хината была примерно ровесницей Сакуры и вместе училась с ней в универе, поэтому можно называть её хорошей подругой врача. — И, пожалуйста, без этих суффиксов. Мы же с тобой знакомы не первый год, Хината. — Все же, ты моя начальница, и на работе я не могу назвать тебя по-другому, — улыбнувшись мягкой и доброй улыбкой, ответила брюнетка. — Может, кофе? — Я не против. Взбодриться не помешает. Девушки направились к автомату, сделав себе два черных кофе и усевшись на небольшой диванчик рядом с окном. — Так что все же произошло? — не могла угомониться подруга Сакуры, устремив свои необычного цвета глаза на собеседницу. — Да ничего. Просто один парень жутко меня доставал. Его друг поступил сегодня утром, а я, увидев ссадины и на его лице, решила обработать их. Дура. Лучше бы этого не делала. — Почему же? Неужели он настолько некрасивый? — спросила Хината, медленно размешивая сахар в своём стаканчике. — Ну нет конечно. Он очень даже привлекательный, но слишком навязчивый: спрашивал, свободна ли я сегодня, и телефон. Хотя он явно заметил, что я была раздражена, но все-равно продолжал. Меня бесят такие люди. — Ты же ему всего-то понравилась, Сакура. А ты на него сразу так. — Не могла я ему понравиться. Во мне нет ничего примечательно — обычная серая девушка, у которой толком серьезных отношений никогда не было. А он — красавчик и, сразу видно, что отбоя от девушек нет. — Боже мой. Ты всегда такая. Нет, чтобы найти себе кого-нибудь и отдохнуть, сходив на свидания. А ты постоянно ищешь во всем подвох. Просто дай ему шанс. — Даже если и так, не думаю, что он ещё раз захочет со мной поговорить, а уж тем более пригласить на свидание, — Сакура была уже бес сил. Хината всегда умела находить нужные доводы ко всему и уговорить любого человека. Это была одна из сильных сторон девушки. — Обещай, что если он ещё раз пригласит тебя, то ты согласишься. — брюнетка не хотела отступать, потому что видела блеск в глазах подруги и хотела помочь ей, избавить от одиночества, от которого сама девушка не могла отгородить врача. — Ладно. Только ради тебя, — сдалась розоволосая, улыбнувшись любимой подруге. — Отлично. А теперь за роботу! — радостно произнесла медсестра, выбрасывая стакан из-под выпитого кофе. — Хорошего дня, Сакура-сан, — улыбнувшись, попрощалась девушка, вновь добавляя такой нелюбимый для врача суффикс. — Так я чувствую себя слишком старой, Хината! — ответила девушка другой, уже скрывающейся от взора зеленоглазой. Проводив подругу взглядом до конца, девушка тоже выбросила свой кофе, принявшись за работу. Нужно было составить и затем отдать отчёт Цунаде, а после зайти к новому пациенту девушки. Помимо этого были ещё мелкие дела, которые не требовали полного погружения в работу.