call me

-Сколько за час? – Юнги опускает окно и смотрит на паренька, что стоит рядом со столбом. Невысокого роста. Возможно даже, как сам Мин. Рыжие волосы – первое, что бросается в глаза и отличает его от других стоящих рядом парней. -Это вы мне? – незнакомец нагибается и заглядывает внутрь машины. Кожаные сиденья. Салон явно стоил много денег. Да и с виду машина не самая дешёвая. Паренёк себе такую точно не может позволить. -Да, тебе, рыжий, - Мин наклоняется и упирается рукой в пассажирское сиденье. Так он лучше видит лицо паренька, которое оказывается слишком миловидным для такой профессии. – Ну так что? Сколько? Губы рыжего растягиваются в похотливой улыбке, предвкушая неплохой заработок. Он называет цену, слегка завышая. Потому что паренёк точно знает, что человеку на такой машине ничего не стоит заплатить побольше. Для него – это копейки, для рыжего – средство к существованию. -Хорошо, - Юнги кивает и открывает дверь. – Садись. Парень послушно присаживается, отмечая, что никогда в жизни не сидел в такой дорогой машине. Он кажется себе совсем неуместным в этой атмосфере роскоши и богатства. Потому что одежда на нём рваная местами, чётко характеризующая его работу, да и смердит от рыжего алкоголем, табачным дымом и чем-то ещё неприятным. Уж точно не духами от Gucci. -Как тебя зовут? – педаль в пол, и машина срывается с места. -Чимин, - паренёк высовывает руку в так и не закрытое окно и раскрывает ладонь. Ветер горячими потоками проходит между пальцев, и Чимин от наслаждения закрывает глаза. – Можно узнать ваше имя? -Юнги. -Вы не местный? – Чимин открывает глаза и смотрит на Мина. Лицо, хоть и уставшее, но очень красивое. Чимин бы даже сказал, что Юнги идут его синяки под глазами и они отлично сочетаются с острыми скулами и тонкими губами. Юнги похож на персонажа комиксов. Весь такой идеальный в белой рубашке с расстегнутой первой пуговицей. -С чего ты взял? – спрашивает Юнги, искоса глядя на Чимина с подозрением. -Раньше я вас не видел, - Чимин, как профессионал своего дела, запомнил бы эту машину и уж тем более лицо. -Может, это мой первый раз? – машина резко поворачивает, и Чимин инстинктивно затягивает руку и хватается за поручень. Воздушный поток, ворвавшийся внутрь на крутом повороте, треплет его рыжие волосы и лёгкую майку. А Юнги довольно усмехается. -Не похоже на то. Новых у нас мало. Да и те, кто в первый раз, обычно ведут себя не так уверенно. Они поначалу стесняются и словно пытаются спрятаться ото всех. -Ты давно так живёшь? – неожиданно спрашивает Юнги. Из праздного любопытства, знает Чимин. Но вопрос всё-таки задевает за больное. -Второй год. Как только школу закончил, - Пак отворачивается к окну. Обычно его не спрашивают напрямую о работе. То ли стесняются, то ли просто дела нет. Кому какая разница, как Чимин дошёл до такой жизни. -Ну, хорошо хотя бы, что совершеннолетний. Машина останавливается у многоэтажки в центре города. Чимин в курсе, что квартиры здесь могут позволить себе исключительно богатые люди. Он выходит за Юнги из машины, предварительно закрыв окно. Грех, если такую машину украдут. Мин кивком зовёт его за собой в подъезд и заводит в лифт. Пока они поднимаются на девятый этаж, Чимин смотрит в зеркало, поправляет волосы и подтирает смазавшуюся подводку в уголках глаз. -Успокойся, ты и так красивый, - Юнги усмехается, наблюдая за Чимином. А Пак, смотря через зеркало на Мина, закусывает губу и развязно поворачивается к тому лицом. Он трёт шею и подходит к Юнги совсем близко, заглядывая в его глаза. Чимин готов провалиться в этом насмешливом, слегка высокомерном взгляде. Потому что мало кто так смотрит. Так, что мурашки по коже. -Может, будут какие-то пожелания? – Чимин проводит рукой по бледной щеке Юнги и задерживается на линии челюсти. -Не люблю планировать секс. Но трахать буду я, - Юнги перехватывает руку Чимина как раз в тот момент, когда открываются двери лифта. Он спокойно обходит рыжего и подходит к одной из дверей этажа. Порывшись в карманах, Юнги извлекает ключи и отпирает замок. Позволяет Чимину пройти первым и закрывает за ними двери. Мин входит в обуви, Пак разувается. Потому что его кеды слишком грязные для таких идеально вымытых полов. Чимин вновь чувствует свою неуместность, потому что всё слишком красиво и чисто. Словно жизнь ещё не успела оставить тут своих пятен. А вот по Чимину она потопталась с удовольствием. Юнги заводит его в спальню и только сейчас скидывает обувь. Черные лаковые туфли. Они хорошо вписываются в обстановку. -Час пошёл, - Чимин достаёт старенький телефон и ставит таймер. -Просто запомни время. Я могу и продлить, - Юнги выхватывает телефон из рук Чимина, который только и годится для того, чтобы на нём время смотреть. Пак кивает, мысленно благодаря всевышнего за удачу. А Мин тем временем ставит ладонь на затылок Чимина и тянет на себя. Он целует рыжего. Без всяких прелюдий. Сразу грубо и настойчиво. Мгновенно проникая в рот языком и кусая пухлые губы. Настолько сильно, что прокусывает нижнюю. Казалось бы, не должно быть так, но губы Чимина оказываются на удивление мягкими и нежными. Пак шипит от боли, но Юнги просто слизывает проступившую кровь, разделяя привкус ржавчины между ними обоими. Расстегнув ремень Юнги, Чимин толкает того на кровать и садится перед ним на колени. Он смотрит из-под ресниц на невозмутимое, но всё же слегка разгоряченное лицо Юнги и снимает боксеры. Ртом обхватывает уже возбужденный член и заглатывает его наполовину. Мин упирается локтями в слишком мягкую кровать и откидывает голову назад. Чимин старается изо всех сил, потому что надбавку отрабатывать надо. Пак Чимин работает честно. А это значит, что сосёт он усердно и зубами старается не задевать. Лишь изредка отстраняется на передышку, но тут же заполняет промежутки рукой. Только Чимин совсем не смотрит на Юнги. Потому что пусть и работает он так второй год, всё равно немного неловко в такие моменты. Хоть Чимин и пытается создавать иллюзию обратного. -Достаточно, - Мин хватает Чимина за плечо и заставляет подняться. Пак выглядит уже потрёпанным, и подводка снова смазалась. Юнги сам вытирает Чимину губы, за что рыжий очень благодарен. Потому что Мина хочется целовать, а вытирать губы самому – дурной тон. -Не нравится? – Чимин накрывает рукой член Юнги и начинает медленно водить, не отрывая между тем взгляда от лица Мина. -Нет. Просто если ты продолжишь и дальше так сосать, то всё на минете и закончится. Мин Юнги заставляет руку парня остановиться и стягивает с себя одежду, то же самое делает Чимин. Пак залезает на кровать, поворачивается к Юнги спиной, становится на колени и упирается руками в стену. Он не любит первые несколько минут, когда в него входят. Потому что смазки на презервативе мало, чтобы войти безболезненно. Что уж говорить о том, чтобы растягивать Пака. Редко кто позволяет делать Чимину это хотя бы самому. У большинства время поджимает: необходимо скорее закончить, пока не истёк час. Но Мин Юнги целует в шею и входит в Чимина не только со смазкой, но и используя сначала два пальца. Рыжий позволяет себе расслабиться, но, когда Мин вводит третий и задевает простату, с губ Чимина срывается стон. Он и забыл уже, что такое нормальный секс. А может и не знал никогда, думает Чим, когда Юнги тихо шепчет на ухо «Я вхожу» и делает это медленно и аккуратно. Чимину приходится сжимать губы и ногтями впиваться в ладонь. Потому что как только Мин начинает ускоряться, Паку сносит крышу. Огромных усилий стоит, чтобы не перейти с приглушенного рычания на откровенные стоны. Особенно когда Мин Юнги сжимает его бока и замедляет темп. Он играется, продлевает удовольствие. Чимин ненавидит это. Потому что так слишком хорошо. Поэтому, когда Юнги специально останавливается, Пак начинает двигаться сам. Юнги обхватывает торс Чимина, пройдясь по накаченному прессу тонкими пальцами, и заставляет рыжего выпрямиться и прижаться спиной к своей груди. Чимин откидывает голову назад и кладёт рыжую макушку на плечо Юнги. Он смотрит на сосредоточенное лицо Мина и блаженно улыбается, одновременно надрачивая себе рукой, чтобы кончить с Юнги одновременно. -Ты точно проституцией занимаешься? – как только Мин изливается, он валится на подушку, тяжело дыша. Но воздух слишком горячий, поэтому приходится встать и открыть окно. -В смысле? – Пак ерошит взмокшие волосы и приглаживает челку к глазам, подводка на которых совсем уже смазалась. -Обычно секс вам столько удовольствия не приносит, - Юнги подходит к Чимину, чтобы большим пальцем стереть черные разводы под глазами паренька. -Обычно секс нам вообще удовольствия не приносит, - получается какая-то совсем грустная усмешка. -Будешь? – Юнги берёт с тумбы пачку сигарет и предлагает Чимину. Пак отрицательно машет головой. Потому что табачного дыма с детства не выносит. Он даже не пробовал ни разу. – Ты всё меньше походишь на проститутку, - Юнги смеётся и ерошит волосы Чимина. Они оказываются жесткими и сухими. Наверняка последствия перекраски в рыжий, думает Юнги и отходит к окну, закуривая. Пак тем временем тянется к телефону, чтобы посмотреть время. Юнги оборачивается и тушит сигарету. -Оставь. Я тебя ещё не отпускал, - он подходит к Чимину и целует его. А рыжему впервые нравится привкус табака. Чимин совершенно вымотан после нескольких часов, проведённых с Мин Юнги. Но эта усталость ни в какое сравнение не идёт с той, какую Пак обычно испытывает. Эта усталость приятная, пьянящая. Эйфория – вот как Чимин охарактеризовал это состояние. Но Пак Чимин знает, что так вечно продолжаться не может. И когда наступает время одеваться и прощаться с Юнги, Чимин заметно падает духом. -Я завтра уезжаю, - Юнги достаёт кошелек и протягивает несколько купюр. -У меня не будет сдачи, - Чимин обнаруживает, что Юнги даёт в два раза больше, чем надо. -Считай это чаевыми, - Мин улыбается и суёт Чимину в карман какую-то бумажку. – Это моя визитка. Теперь я буду часто в Пусане, так что, если понадобится помощь – звони. Чимин кивает, благодарит и уходит. Не оборачиваясь. Потому что знает, что они больше не встретятся. И что Чимин никогда не позвонит по номеру, напечатанному на визитке у него в кармане. Чимин знает, что и Мин Юнги тоже знает это.

*3 месяца спустя*

Глаз заплыл, и Чимин слишком плохо видит, что происходит вокруг. Губы разбиты, из них сочится кровь, и уголки, кажется, разорваны. Всё тело ноет от боли, и Паку больно двигаться. Ощущение, словно весь Пак Чимин – одна сплошная гематома. Но парень превозмогает боль и, цепляясь за стены, плетётся к телефонной будке. Его несчастный сотовый раздавлен чужим ботинком и теперь уже ничем не поможет. Да и телефонная будка вряд ли окажется полезной, потому что звонить особо некому. И номеров Чимин не помнит. Но он всё-таки лезет в карман джинсов за монетой. Только вот обнаруживается, что в кармане есть ещё что-то. Чимин выуживает застиранный клочок бумаги и пытается разглядеть цифры. Осознание, кому принадлежит визитка, приходит не сразу. Но когда Чимин вспоминает, надежда, на секунду обретённая, бухает вниз валуном. Шанс – один на миллион, что этот человек окажется в Пусане. Ещё меньше шансов, что он поможет. -Алло, - Чимин слышит знакомый голос и мгновенно в памяти вырисовывается лицо. Худое, бледное, но очень красивое. -Юнги? – хрипит в трубку Чимин, скользя по стенке телефонной кабинки вниз. -Я. Кто это? -Чимин. Пак Чимин. Вы меня… около трёх месяцев назад… дали визитку… сказали позвонить, если… -Чимин? Рыжий? Помню, - Пак облегченно выдыхает. Хотя бы помнит. – Я как раз в Пусане. Что-то случилось? Чимин готов плакать от счастья. Он сжимает трубку в руках, запястья которых покрыты синяками. -Можете за мной приехать? - Пак старается говорить спокойнее. Но голос предательски дрожит. Чимин обхватывает колени и утыкается в них лбом. С губ кровь капает прямо на телефонную трубку. -Конечно. Скажи, где ты. Я выезжаю.