Благородство

- Я обещаю тебе, - его крепкая рука скользнула по волосам, прижимая меня к своей груди, скрытой за идеальной белоснежной рубашкой. Он обещал, а значит сделает все для того чтобы сдержать свое слово. В этом был весь он. Благороден. Красив. С чистыми ботинками и в дорогом костюме. Самоотверженный. С легкой небритостью и идеальным парфюмом, перебивающий запах крови и алкоголя. Прижимаясь к теплой груди, я ощущала стену, за которой можно укрыться от всех бед. Я вдыхала запах. Его запах, который исходил только от него. И когда он пропадал на несколько долгих дней, я всегда оборачивалась на похожие ароматы в толпе, старалась уловить его в любом месте, но потом он появлялся за моей спиной, уверенно покрывая мои плечи от холода своим дорогим пиджаком. Но за всей его идеальной оболочкой сидел монстр, чудовище… Чудовище куда страшнее и кровожаднее, нежели сам Никлаус Майклсон. За его благородностью стояла непреодолимая жажда крови и безжалостный убийца. Все знали, что он пойдет на все ради защиты семьи и моей девочки, меня. Но он всегда тщательно скрывает это за манерами, благородностью и выглаженной рубашкой, к слову гладит он их сам. Он куда хуже и страшнее Клауса, которого ужасаются все, но угроза куда больше исходила именно от него. В нем сложно рассмотреть плохое, когда едва знаком, но затем ты все пытаешься найти в нем что-то хорошее… И с каждым днем это становиться все труднее. Он держит свои слова, когда дело касается защиты семьи, вот только всегда отрицает и скрывает это, чего Клаус никогда не стыдился. Прижимаясь к его груди, я всегда ощущала защиту и укрытие. В этом состоянии можно было позволить себе стать беззащитной хрупкой девочкой, он порвет глотку любому, кто попытается навредить его близким. Он был идеален всегда. Мне казалось, что таких мужчин давно не существует. В его дорогом пиджаке всегда лежат белоснежные платки, испачканные кровью с его рук и клыков. Прежде, чем вырвать кому-то сердце всегда снимет пиджак, завернет рукава своей рубашки, а затем вытрет свои руки о тот самый платок, аккуратно сложив его и сунув в карман. От него исходил аромат мужчины, опасности, убийств. Если бы они с Никлаусом вели список убитых жертв, то его список был бы на пару тысяч имен длиннее. Угрозу он предпочитал уничтожать собственными руками. Я не видела его слез. Он всегда скрывал их, считая это признаком слабости. Для меня же это всегда были следы остатков его души, о наличие которой очень многие сомневались. Его хладнокровностью можно было пугать непослушных детей. Ему не составило труда убить четверых девушек, чьих-то дочек. Но он ведь старался просто спасти весь этот мир. Если бы это сделали ведьмы со всем ритуалом никто бы и слова не сказал, когда это оказалось на его руках, то вслед лишь слышалось: «Убийца», «Мразь». Нет, он просто Майклсон. Идеален. Красив. Статный. В дорогом костюме с дорогим парфюмом. Платком в крови. Благороден и старший брат, который всегда спасает младшего. Он тот, кто всегда держит свое слово, в отличие от остальных членов своей семьи. Но его последнее обещание было пустым… - Не давай обещаний, которых не сможешь сдержать, - от своих слез, вздрагиваю в его руках. - Нас, Майклсонов, не так просто убить, Хэйли, - он отстраняется и заправляет мои волосы за ухо. – Тебе ли не знать, - мои слезы скапывают на белую рубашку, где растекается алое пятно. - Я люблю тебя, - кусаю свои губы, чтоб не показать ему, как все печально на самом деле. Из его груди торчит кол с шипами из куста. Того самого куста, который был отравлен ядом Марселя. И мы оба знали, что это конец. И он знал это не хуже меня. Просто пытался оставаться при своем лице, не теряя его даже в преддверье собственной кончины. Он не хотел делать мне еще больнее, стараясь вселить надежду. - Позаботься о Хоуп и моем нерадивом брате. Он всегда защищал свою семью. Всегда спасал ее. Всегда был столпом надежды, опоры и благородства. Был примером того, как люди исправляют собственные ужасные ошибки, вставая раз за разом с коленей и продолжая идти вперед. Заходиться кашлем и прикрывает глаза. - Нет, - провожу рукой по его, идеально уложенным, волосам. – Пожалуйста. Я позабочусь о них. Приношу тебе клятву всегда и навечно заботиться о семье. Нашей семье. - Прощай, Элайджа Майклсон.