Никогда меня не захочешь, Шастун?

      Арсений откровенно скучал за уютным столиком кафе, потягивая отвратительный кофе, но ради Антона он готов был на любые жертвы. Шастун же опаздывал, заставляя мужчину время от времени нервно покусывать нижнюю губу, от чего та уже нещадно саднила. Наконец длинная фигура парня мелькнула в проходе, заставляя сердце Арсения трепетать, словно птица в клетке. Впрочем, мужчина не был удивлен. Вот совсем. Близость Шастуна всегда творила с ним необъяснимые вещи. Он хотел этого мелкого засранца, до боли в сбитых костяшках и искусанной губе. Хотел так сильно, что просто уже с ума сходил. И с этим пора было что-то делать. — Арс, ты хотел поговорить? — раздалось над ухом и мужчина вздрогнул, начиная заваливаться назад, но сильные руки, от прикосновения которых кожа в миг покрылась мурашками, не дали упасть. — Да, хотел, — почти прошептал Арсений, все еще чувствуя горячие пальцы на своем плече. — Садись. — Ну? Я спешу, — Антон присел напротив и внимательно уставился на Арсения, нетерпеливо ерзая на стуле. — Ты мне нравишься, — резко выпалил Арсений, зажмуривая глаза. Он — красавец, мечта сотен женщин и мужчин и просто охуенный человек — боялся. Он боялся ответа какого-то невзрачного лопоухого мальчишки. — Арсений. Мне конечно приятно и все дела, но я самый натуральный натурал и нам с тобой явно не по пути. Я никогда не хотел мужчину. Тебя. И сомневаюсь, что когда-нибудь захочу, — с этими словами Антон встал и покинул кафе.       Арсений наблюдал за удаляющейся фигурой парня своей мечты и предвкушающе улыбался. У Арсения никогда не было проблем с фантазией, а еще он никогда не сдавался, поэтому план уже был готов. Оставалось все тщательно продумать и подготовить, но это детали. В одном Арсений не сомневался точно — уже через пару дней Антон будет его.

***

      Арсений восхищенно присвистнул, глянув на себя в зеркало. Синие глаза были непривычно яркими и большими из-за наложенных теней, густо накрашенных ресниц и подводки, скулы стали острее благодаря румянам и тональному крему, длинные темные волосы водопадом спадали по плечам, а ярко-красные губы, которые он то и дело облизывал, выглядели безумно сексуально. Из Арсения получилась потрясающая женщина. Определенно. Оставалось завершить образ одеждой. Мужчина надел кружевное белье, купленное в ближайшем магазине «жене в подарок». В чашечки лифчика он предусмотрительно засунул два детских мячика средних размеров. Короткое красное платье выгодно подчеркивало пышную «грудь» и стройные длинные ноги. Туфли на не очень высоких каблуках завершили образ. Можно начинать.       В дверь позвонили, когда Арсений складывал в сумочку ключи, телефон и деньги. На пороге стоял его лучший друг, челюсть которого находилась сейчас где-то в районе пола, а из уголка рта медленно стекала струйка слюны. — Истинный даун, — усмехнулся Арсений, захлопывая другу рот. — А-а-арс… Это реально ты? — Матвиенко все еще не мог прийти в себя. — Как видишь. Охуенная из меня девушка вышла, а? — спросил Арсений, эротично проведя рукой по бедру. — Шутишь?! Прямо сейчас бы завалил и трахнул. Арс, выходи за меня, а? — Я бы сам сейчас себя трахнул, друг мой, — рассмеялся Арсений, приобнимая Серого за плечи. — Ну что, идем? — Ага…

***

      Клуб призывно сверкал огнями. Очередь у дверей столпилась километровая, но суровые охранники пропускали далеко не всех. Арсений уверенно пробрался сквозь толпу, где каждый пялился на него как на восьмое чудо света, и обворожительно улыбнулся двум шкафам у входа. Шкафы поплыли, их лица приобрели то же выражение, с которым Матвиенко пялился на него совсем недавно. Арсений ухмыльнулся и подмигнул, закрепляя эффект. В клуб их с Серым пропустили без вопросов и возражений.       Только оказавшись внутри, Арсений тут же стал выискивать цель глазами. Шастун нашелся у барной стойки, бухающим с Позовым и Макаром. — Никогда, значит, меня не захочешь, Шастун? — прошипел Арсений, поправляя «грудь» и делая платье максимально коротким. — Сейчас проверим.       Мужчина решительно направился прямиком к Антону, коварно улыбаясь. Подошел непозволительно близко и красноречиво посмотрел на Позова, который тут же уступил ему место. — Красавчик, угостишь девушку выпивкой? — обратился Арсений к парню своей мечты. Антон подавился коньяком и удивленно вытаращился на него. — Это Вы мне? — спросил шокировано. — Конечно тебе, — улыбнулся Арсений и придвинулся ближе.

***

      Антон хотел ее. Такую распутную, но такую невинную. Зажать в ближайшем темном углу и оттрахать до звездочек в глазах, слушая, как она выстанывает его имя в предоргазменной дымке. И, кажется, она не очень-то против. Смотрит прямо в глаза, проводя юрким язычком по губам, незаметно приподнимает подол платья, обнажая стройное бедро. Нарывается. И Антон не выдерживает. Посылает все к чертям и, схватив девушку за запястье, ведет за собой сквозь танцующую толпу. Прочь из клуба, провонявшего потом и безумием, которым он, видимо, уже и сам заразился. Иначе как объяснить то, что он сейчас делает?       Вжимает в стену ближайшей подворотни девушку, имени которой даже не знает, впивается в ярко-красные губы, чувствуя вкус помады и недавно выпитого мартини, проникает языком глубже в рот, вылизывая десны, лаская чужой язык своим, глотая ее хриплые стоны. Ведет ладонью вниз по высокой груди, она странная на ощупь, силиконовая, кажется, и Антон даже слегка разочарован, но девушка под ним все еще возбуждает, поэтому он продолжает.       Проводит пальцами по плоскому животу, продолжая целовать, покусывая нижнюю губу. Она такая. Такая… Боже. Хочется раствориться в ней, впитать в себя ее запах. Навсегда. О да, он окончательно потерял голову и нисколько об этом не жалеет. Не тогда, когда под пальцами ее упругие ягодицы, которые он яростно сминает, задирая мешающую юбку. Опускает взгляд вниз, чтобы полюбоваться самым сокровенным. И так и застывает, впившись пальцами в ее бедра. У нее стояк. У нее, блять, стояк. И это последнее что он ожидал увидеть. Вцепившись ладонью в парик, тянет на себя. Арсений. — Никогда не захочешь меня, Шастун? — с безумным смехом, с болью и горечью в охрипшем голосе. — Иди нахуй, — бесцветным голосом.       Кулак впечатывается в скулу почти сам собой. Антон сжимает зубы и уходит, не оборачиваясь.       Арсений надломлено смеется, срываясь на всхлипы. Сползает по стене и застывает на долгие секунды. Он окончательно все проебал.

***

      Антон не думает об Арсение, когда белесые капли выстреливают в кулак. Антон не вспоминает о том, при каких обстоятельствах это произошло, когда видит Попова с синяком на скуле и засосом на ключице. Антон не думает об Арсение, когда бесстыдно дрочит. Уже третий раз за день. Антон. Не. Хочет. Арсения. И то, что он сейчас вновь вжимает его в стену, целуя в раскрытые губы, совсем ничего не доказывает.       Арсений стонет под ним, совсем как тогда, нетерпеливо сдирая мешающую футболку, но Антон грубо останавливает, схватив за запястья и скрепляя их где-то над головой мужчины и вновь целуя искусанные губы. Опускается поцелуями ниже, вбирая в рот кадык, отчего Арсений начинает стонать так громко, что сейчас сбежится вся съемочная группа. Антон затыкает его очередным поцелуем, отстраняется, когда не хватает воздуха, и ощутимо давит на плечи мужчины, вынуждая сесть.       Вжикает молния на ширинке и в приоткрытые губы Арсения утыкается розовая головка, по которой тот тут же медленно проводит языком, слегка вбирая в рот. Отстраняется с чмокающим звуком, а после бездумно начинает водить языком по стволу, обводя выпирающие вены. Антон думает, что мужчина действительно хорош в этом, особенно когда тот заглатывает целиком, касаясь алыми губами твердых темных волосков на лобке. Арсений сосет, сладко причмокивая, и Антон, не выдержав этой пытки, начинает буквально трахать его рот, вскоре кончая с утробным рыком.       Мужчина глотает все до последней капли и улыбается, словно сытый кот. Антон застегивает брюки и быстро исчезает за поворотом. Арсений провожает его взглядом, краем сознания отмечая, что стоит позаботиться и о собственном болезненном возбуждении.

***

      Антон не думает о потрясающей заднице Арсения, когда снимает номер в гостинице и отправляет мужчине короткое сообщение с адресом и временем. Антон не хочет Арсения, когда тот, запыхавшийся и радостный появляется на пороге.       Антон не хочет Арсения, когда заваливает его на кровать, сдирая одежду. Губы Арсения сладкие как первый снег, который Антон пригоршнями любил в детстве отправлять в рот. Кожа Арсения мягкая, как постель по утрам, когда не можешь найти в себе сил оторваться от нее.       Антон целует мужчину, на этот раз почти нежно. Оставляет засос на ключице поверх почти сошедшего, а рядом еще и еще один. Он готов покрыть Арсения своими отметками, чтобы никто не смел и близко подойти. Его. И больше ничей.       Вбирает в рот сосок, слегка посасывая, после второй, покрывает поцелуями грудь и живот, проводит рукой по паху, отчего Арсений стонет, приподнимая вверх бедра, будто прося повторить прикосновение, но Антон не повторяет. Стягивает боксеры и отбрасывает в неизвестном направлении, следом летят его собственные.        Достает смазку, увидев которую, мужчина под ним широко раздвигает бедра, доверчиво открывая доступ к розовому колечку мышц. Антон ласково проводит рукой по внутренней стороне его бедра, а после обильно смачивает палец в смазке и медленно вводит в Арсения. Палец движется слишком свободно. Мужчина растягивал себя для него. От этой мысли Антон улыбается, размазывая смазку по стволу члена и медленно входя. Узко, горячо, потрясающе. Антон тонет в ощущениях, двигаясь медленно и тягуче, постепенно ускоряя темп. Понимает, что задел простату, когда Арсений вдруг кричит, впиваясь пальцами в его плечи и начинает подмахивать бедрами, громко постанывая. Антон обхватывает пальцами член Арсения, рвано водя по стволу. Мужчина захлебывается стонами, сильнее впиваясь ногтями в широкие плечи Антона, дергается и кончает, забрызгав спермой свой живот и ладонь парня. Через несколько толчков Антон следует за ним, падая сверху на разгоряченное тело.       Бездумно перебирая мягкие темные пряди Антон не думает об Арсении. Антон не любит Арсения. А эта щемящая нежность в груди при одном только взгляде на мирно сопящего мужчину — просто последствие потрясающего секса. Антон. Не. Любит. Арсения. Не любит Арсения… Любит Арсения… Да, блять, он любит. И пусть весь мир подождет. Антон мягко целует мужчину в висок и засыпает, крепко прижав его к себе.