Глава 3. Прости
22 мая 2017 г., 16:32
Лев подхватил на себя обессиленного короля, а затем сменил своё обличье на человеческое. Он аккуратно взял мужчину на руки и отнёс в покои.
Когда король пришёл в себя, он почувствовал, что голова его утыкается во что-то мягкое и теплое, и это «что-то мягкое» мерно вздымалось и опускалось. Мужчина шевельнул правой рукой и почувствовал, как возле неё дернулся длинный мягкий хвост. На огромном королевском ложе разместился лев; его передние лапы свисали с левого края кровати, задние — с другого , а сам же он, гордо подняв голову, устремил свой взор на короля. Когда мужчина шевельнул рукой, лев дёрнул хвостом, а затем накрыл им талию короля.
— Так значит, мне это не почудилось, — мужчина скорее констатировал, чем спросил, на что зверь легонько дернул хвостом. — Твои глаза… Они удивительны, кажется, будто бы в ночное небо смотрю, — еле слышно произнёс мужчина.
— Наверное, это наша особенность, — ответил лев. — С помощью этих глаз, мы можем увидеть другие вселенные и миры.
— Поразительно.… До недавнего времени я и представить не мог, что существуют подобные создания, как ты, — восхищенно прозвучали слова. — Скажи, почему ты тогда сражался? Создатели вселенных тоже устраивают завоевательные походы?
— Завоевательные походы? — чуть рассмеявшись, переспросил лев, на что король подумал, что он спросил нечто очень странное. — Нет, мы не стремимся завоевать другие вселенные, нам и своей хватает. Просто… Мы живём уже очень долго, настолько долго, что даже не помним того, как мы появились. И со временем нам становится скучно, как бы это странно не звучало. Жизнь для нас становится неинтересной, предсказуемой и очень рутинной. Некоторые просят других Создателей, чтобы те уничтожили их, другие же ищут отраду в сражениях, и им неважно, хотят того другие Создатели или нет, главное — почувствовать себя живым… А некоторые могут устроить войну в своей собственной вселенной, — пояснило животное.
— Звучит невероятно и одновременно грустно, — произнёс мужчина, медленно поглаживая гриву льва. — А тебе, тебе не наскучила жизнь? Тебя тоже посещали мысли о том, чтобы умереть? — обеспокоенно поинтересовался король.
Лев прикрыл глаза и наслаждался поглаживаниями:
— Я солгу, если скажу, что таких мыслей у меня не было. Но на нас лежит очень большая ответственность, и я пока не готов ею пренебрегать. Наша жизнь — это жизнь самой вселенной: мы следим, чтобы вселенная и миры, что в ней находятся, процветали и развивались, мы следим за общим потоком душ, даже у Создателей миров есть души, душа есть и у меня. Но и у душ есть свои различия. Если кто-то, подобный мне, умирает, вселенная начинает угасать, а за ней и миры. Нет, они со смертью своего хранителя не исчезают, не прекращают своего существования, но начинается хаос, некому следить за порядком. Душ одолевают сомнения. Если же нас вовсе не волнуют другие вселенные, то Создателей миров очень даже привлекают другие миры, которые превосходят их собственные. И тогда начинаются сражения между «Богами», так вы здесь называете Создателей миров, от чего страдают обычные души, от чего страдают и миры, созданные этими Богами, и ничем хорошим это не заканчивается. И так вселенная начинает постепенно изживать себя и в итоге образуются «чёрные пустоты» — там нет ничего: ни миров, ни Богов, ни обычных душ, это мёртвая вселенная, — создание открыло свои глаза и взглянуло на мужчину. — Теперь ты понимаешь: чью жизнь ты спас?
— Даже сейчас мне трудно во всё это поверить.… Но разве ты сам не мог исцелить себя, неужели тебе нужна была чья-то помощь?
— Пониманию твои сомнения, — лев уложил свое голову вдоль тела мужчины. — Но мои раны были непростые, мне нужен был толчок, чтобы я начал лечить сам себя. И его дал мне маг, которого ты позвал, дабы он исцелил меня. Кстати, его силы впечатляют, раз он смог дать мне этот самый толчок.
— Я непременно отблагодарю его и вознагражу, он это заслужил, — произнёс король, в мыслях отмечая, что сделать это нужно как можно скорее. — Позволь поинтересоваться, что за силу ты мне дал? Я будто заново родился, вся усталость ушла, и ощущается какой-то странный прилив сил… И… Как мне теперь тебя называть, у тебя есть имя? — поинтересовался Раэль. Пальцы, ласково поглаживающие гриву льва, застыли на месте.
— Хммм, считай, твоя сила не уступает силам Илоания и любому из его верховных магов, даже может и превосходит. Позже я научу тебя ею управлять. А имя… У меня много имён, но мне больше по душе то, что дал мне ты.
— Я рад, что оно тебе понравилось, — улыбнулся мужчина, вновь продолжая гладить гриву льва. — Позже я сообщу придворным и жителям королевства, что теперь у Эсталии есть хранитель. Возможно, давать людям надежду неправильно, но так они хотя бы не будут жить в вечном страхе.
— В первую очередь, я твой хранитель, — уточнил лев.
— Ха-ха-ха, хорошо, — улыбнулся король. Он в последний раз взъерошил гриву создания, а затем встал. — Это, конечно, хорошо — вот так вот лежать, но дела ждать не любят.
***
На следующей неделе король сообщил своему народу, что теперь у их королевства есть хранитель. И когда он сообщил эту весть, к нему вышел зверь, что поразил всех присутствующих, издав внушительный рык и распахнув свои крылья. Люди с восхищением смотрели на это создание, а затем стали что-то выкрикивать. Теперь у них появилась надежда, надежда на то, что, возможно, они будут жить. И весть о хранителе разлетелась по всему королевству и за его пределы, дойдя и до Илоания. Время шло, и теперь все придворные привыкли видеть короля в компании не чёрного кота, а в компании дивного существа. Агаций учил своего короля тому, как пользоваться силой, что приобрёл мужчина, теперь это было первостепенной задачей, отодвинув на второй план дела бумажные. И с каждым днём король становился всё сильнее. Как-то одним утром, король проснулся не в компании льва, а какого-то мужчины. Голова Раэля лежала на чьей-то широкой груди, и её владелец обнимал его за талию. Король уже хотел применить какое-нибудь заклинание, так как его меч находился далеко, но стоило мужчине открыть глаза, как Раэль сразу понял, кто это. И пусть они уже не были такими чёрными и мерцание звёзд заменила луна, закрывая свечение солнца, что сверкающим ореолом окутывало её. Эти глаза оставались такими же загадочными и невообразимо красивыми. — Вы проснулись, мой король? — улыбнулся мужчина. Хранителю нравилось обращаться к нему со словами «мой король», чему мужчина удивлялся, он не мог понять, почему такое могущественное создание выказывает ему такое уважение. — Д-да, — оторопело ответил Раэль. Хранитель встал с кровати и подошёл к графину с водой. Он налил её в стакан, а затем подал королю. Мужчина же внимательно следил за хранителем. Обличье, что на сей раз принял Агаций, было великолепным и завораживающим. Пред королём предстал высокий мужчина: кожа его светла, почти бела; волосы же его были также черны, как грива льва, они шелковистым водопадом ниспадали на плечи, опускаясь ниже, до самого пола; его вытянутое овальное лицо украшала полуулыбка, что была адресована королю. Раэль же не мог оторвать взгляда, внимательно изучая каждую деталь в новом лике Агация. — Мне давно хотелось прикоснуться к тебе, — сказал хранитель. — Я предпочитал не вмешиваться в миры, поэтому лишь следил за ними с помощью своих глаз, но никогда не ступал на земли ни одного из них. Думаю, это решение было опрометчивым, — он рассмеялся. — Ведь, оказывается, чувствовать чьё-то тепло это так потрясающе. Теперь я понимаю, почему некоторые Создатели, познав чьё-то тепло и потеряв его, искали смерти. — Ты восхитителен, Агаций, — произнёс мужчина, не отводя взгляда. — Но, пожалуйста, никогда не ищи смерти, я прошу тебя, даже не думай о таком, — с грустью и тревогой просил мужчина. Время шло, Агаций и Раэль сблизились ещё больше. Человеческое обличье хранителя видел только король, и он не позволял ему показывать его другим. Несколько раз Эсталия вступала в схватки с Аскандрией, и всегда битвы заканчивались победой Эсталии. Илоаний был в бешенстве, он не мог понять: откуда у короля людей столько силы, а затем он понял, что каким-то образом нужно разделить короля и раздражающего Илоания хранителя Раэля, непонятно откуда-то взявшегося. И тогда он начал разрабатывать план, на время оставив Эсталию в покое. Народ любил своего короля и его хранителя, народ восхищался ими, их чуть ли не боготворили, чему король не был рад. Он хотел быть просто королём для своего народа, но никак не божеством. Так прошли несколько десятков лет. За это время король Эсталии пытался помочь другим королевствам и городам, но его одного на всех не хватало, хранитель же не хотел оставлять короля, сколько бы он не просил, чтобы Агаций направился в другое королевство, хранитель был непоколебим. Тогда Раэль принял решение, что в скором времени они сами нападут на Аскандрию и положат конец их кровавым походам. Но аскандрийцы опередили. Одним утром, королю сообщили, что на их королевство напали, и вражеское войско очень велико, вдобавок напали на королевство с двух сторон — севера и юга; аскандрийцам понадобилось много времени, чтобы захватить королевства вокруг Эсталии, заключая их в кольцо, как бы Раэль и хранитель не мешали этому, аскандрийцы были хитры. — Ты не пойдешь на север! — возражал хранитель. — У меня нет выбора, я не могу оставить своих людей одних перед лицом такой опасности, — не уступал король. — Но на севере слишком большое войско, даже с твоими силами это опасно, — не отступал Агаций. — Почему ты не хочешь идти на юг? Я даже согласился с тем, что мне придётся оставить тебя. — Это очень важная битва, людям нужна будет опора в таком сражении. Ты невообразимо силён, не спорю — было бы разумнее отправить туда тебя, но гораздо разумнее, чтобы ты быстро разобрался с врагами на юге, а затем пришёл на север, и тогда мы нанесём решающий удар! — возражал король. — Мой король, пожалуйста, позволь мне сражаться на севере, там я также быстро разберусь с врагами, как и на юге, для меня это не составит труда, — мужчина впился в губы короля поцелуем, это был умоляющий поцелуй, король чувствовал, как хранитель просил, чтобы тот согласился на его просьбу. — Так я буду спокоен, я буду знать, что тебе ничего не угрожает. А затем, когда мы отразим нападение, мы отправимся в Аскандрию и положим этому конец. Король смотрел в эти умоляющие глаза, и он не мог дальше продолжать возражать хранителю: — Хорошо, Агаций, я согласен, — выдохнул король. — Выдвигаемся немедленно, надеюсь, мы скоро встретимся вновь. — Обязательно, — облегченно выдохнул мужчина. — Помни о своём обещании, — напомнил хранитель. И вот король возглавил своё огромное войско, и они направились на юг королевства, а хранитель же с небольшим войском — на север. Но как только лев прибыл на север, он понял: какую же ошибку совершил, как же ловко попался в ловушку. «Нет! Нет! Невозможно! Только не это!» — проносилось в голове у хранителя, когда с помощью своих глаз он увидел, что большая часть этого многочисленного войска лишь иллюзия, а другая половина люди. Он с ужасом понял, что его король сейчас в очень большой опасности. «Как я мог этого не предвидеть!» — корил себя Создатель, срываясь со всей скорости на юг, оставляя позади себя своё войско. «Уж больно очевидно — они хотели нас разделить!» — продолжал сокрушаться лев. На юге же король поздно понял, какая западня его ожидала. Некоторые эйлеане, что были в его армии, предали его, — это он, конечно, мог предугадать, но почему-то было до боли обидно. Ведь он переживал за каждого жителя своего королевства: будь то человек или эйлеанен, а это предательство было не хуже ножа в спину. Но за одной напастью последовала другая: вражеское войско, что секунду назад было малочисленным, вдруг начало увеличиваться со скоростью, равной скорости снятия невидимого покрова. — Посмотрим, на что ты способен, Раэль Ландеграс, без своего хранителя! — выкрикнул Илоаний. Король понял, что ситуация развернулась крайне прискорбная. Но отступать было уже некуда. Крикнув ободряющие слова, король повёл свой войско на верную смерть. И хотя Раэль и сражался со всей своей яростью и силой, что даровал ему хранитель, но этого всё равно не хватало: уж очень велика была разница, и уж очень хорошо Илоаний подготовился со своими верховными магами, да и обычные маги тоже стоили, если не его внимания, то внимания его воинов. «Ещё чуть-чуть, продержаться совсем чуть-чуть! Нужно всего лишь дождаться его!» — приносилось в голове у короля, в то время как он колдовал лишь ему известное заклятие, которое впоследствии уничтожило трёх верховных магов, но этого было мало. Он не мог сконцентрироваться, уж больно много всего требовало его внимания. И он даже не заметил, как попал в ловушку, что некоторое время колдовали Илоаний и его верховные маги. Тело короля вдруг сковало цепями, и он никак не мог избавиться от этих цепей, они были какими-то странными — непросто магическими цепями. Раэль почувствовал, что что-то с его телом не так, казалось, что оно вот-вот рассыплется. Он повернул голову вправо и увидел своего хранителя, он улыбнулся и успел сказать ему лишь еле слышное «прости», а затем его тело мелкими крупицами разлетелось по полю боя. Перед глазами хранителя пролетали крупицы его короля, а в ушах звенело это неслышное для других, но такое звонкое для хранителя «прости». Прямо на глазах хранителя его король сделал свой последний вдох, а его душа испустила свой последний свет — она исчезла навсегда. Агация одолела ярость, которую он некогда прежде не испытывал. Хранитель принял свой истинный облик, небеса содрогнулись, земля задрожала; эйлеанцы с ужасом наблюдали за тем, как из тела льва выходит невообразимых размеров существо. Волосы этого создания скорее напоминали темную вуаль, которая накрыла некогда голубое небо, погрузив его во тьму; в глазах горели звёзды, лицо же существа скривилось в гримасе боли; торс плавно переходил в тёмную материю, под которой скрывались его ноги; уши обрамляли перья, что горели красным. Существо хлопнуло своими ладонями и вознесло руки к небу. В один миг все те, кто желал использовать свою магию ради войны и крови, обратились в прах. А душа Илоания была навсегда обречена перерождаться жалким насекомым. Ярость существа была невообразимой, впервые за всё время своего существования, он изничтожил столько существ за раз. Ему хотелось уничтожить и эти души, но всё же не смог, — порядок потока душ был превыше его собственных желаний и чувств. Создатель вселенной оставался до последнего верен своему обязательству, но душа его горела в нестерпимой агонии от боли утраты такой полюбившейся ему души. С грустью взглянув на землю возле своих ног, он издал рев, полный бездонной скорби, и в яркой вспышке исчез, будто бы его никогда и не было в этом мире. По миру же распространилась легенда о великом короле и его хранителе. Оставшиеся маги — это будущие целители и провидцы. А Создатель вселенной в будущем лишь изредка будет с помощью своих глаз заглядывать в этот мир, чтобы однажды вновь ступить на эту землю.***
Закончив свой рассказ, кот спрыгнул с рук Зейла и пошел в направлении, которое лишь ему было известно. Душа остановилась и с тоской сказала: — Как грустно… Я не хочу, чтобы тебя ожидала такая же участь, ведь когда-нибудь и ты встретишь ту душу, которую возлюбишь. Зейл лишь взглянул на этот маленький светящийся шарик, на эту душу, что он уже полюбил. И ему впервые за всё время своего существования стало горько от того, что тогда, во время той битвы, он не помог королю Эсталии. Он впервые почувствовал вину перед Создателем, когда сам же Создатель винил только себя. — Такого не произойдёт… — еле слышно сказал мужчина, так тихо, что душа даже не услышала его. И необычная парочка вновь продолжила своё путешествие. Душа узнала ещё одну маленькую крупицу жизни Зейла, но от этого он стал ещё таинственнее. И хотя ей и было интересно узнать: кто же он, но она решила, что подождет, когда он сам откроется ей.
Примечания:
Ну, вот и закончилась история кота, надеюсь, Вам понравилось. Отдельное спасибо Illian Z, которая подтолкнула меня на эту идею.
