Я люблю его, Он любит меня, но Она беременна

Киллиан Джонс отлично смотрится в своей кожаной куртке с пиратскими прибабахами и с маленькой розовой коляской, что он толкает впереди себя. Мила Штильцхен же буквально расцвела с ребёнком на руках. Это удивительная идиллия двоих человек, которые и не надеялись однажды простить друг друга. — Прекрасная компания, — раздаётся голос мистера Голда за моей спиной. Я разворачиваюсь. Чета Голд в полном составе, с новорожденным сыном. — Здравствуй, Белль, — я искренне улыбаюсь. — Рада встрече, Эмма, — Белль переводит взгляд на Киллиана и Милу, за которыми я наблюдала со стороны. — Семья в полном составе? Я перевожу взгляд на карусель, где Нил катает Генри, чуть поодаль Селина с моей мамой обсуждают секреты материнства, у фонтана Реджина и Роланд кормят голубей. Да, семья в сборе. — Вижу, что даже писака сегодня здесь, — Голд кивает в сторону скамейки, на которой работает над своей сказкой Август. — Те, кто не на работе — все здесь, — честно говорю я, заправляя пальцы за шлейки брюк. — Кому мороженого? — Бреннан подходит ближе с двумя набитыми доверху пакетами. — Мне два! — Генри спрыгивает с карусели, стремглав подбегает к деду, хватает две порции и бежит обратно, протягивает одно мороженое какой-то девочке. — Вот пострел, — смеётся мистер Голд. — Останетесь с нами? — предлагаю я. — Да нет, слишком много «бывших» на один квадратный метр получается, так что мы пойдём, — он забирает из рук молодой жены сына, и они, держась за руки, уходят прочь. — Миссис Кинг, — Бреннан протягивает Миле мороженое. — Нет, благодарю. И я всё ещё мисс Штильцхен. Предложения не было… — А ты возьми мороженое, — из-за автомата со жвачкой выходит Артур. — Возможно предложение отыщется где-то между слоем вишни и абрикоса? Он довольно ухмыляется. Мила бросается ему в объятия. — Моя прекрасная незнакомка, выйдешь ли ты за меня замуж? — Выйду ли я замуж за отца нашего сына? За того, кто настойчиво добивался меня целый год? Да, конечно да! Запасы мороженого постепенно улетучиваются. — Миссис Джонс, — Киллиан протягивает мне порцию. — Благодарю, мистер Джонс, но я среди прочих сладостей выберу ваши губы. Я тянусь, чтобы поцеловать мужа, но у нашей маленькой принцессы, которая родилась, как и напророчествовала Реджина, ровно через полтора года после Робин, совсем иные планы. Я наклоняюсь над коляской, чтобы успокоить плачущую дочь, а Киллиан склоняется рядом и шепчет: — Как ты прекрасна… И каждая из нас принимает это на свой счёт. А Август на своем лэптопе тем временем набивает одно слово: «Конец».