W.C.K.D.

Ох. Голова. Я начинаю привыкать просыпаться в неизвестных местах с паршивым ноющим чувством во всем затылке и резкими волнами боли в висках. Протянуть руку для расслабляющего массажа эпицентра разливающейся боли кажется невозможным: чувствую, что руки крепко завязаны по швам тугой верёвкой. Открываю глаза и вижу деревянный потолок, слышу сквозь открытое окно гул ребяческого хохота, стук молотка по поверхности и равномерное дыхание рядом. Поворачиваю голову, так как это единственная часть моего тела, которая в состоянии двигаться, осматриваю себя, связанную по рукам и ногам, лежащую на какой-то узкой койке; вижу чумазого, потрёпанного парня, совсем подростка, с шикарной чёрной кудрявой шевелюрой, худым, щупленьким телосложением, в бежевой грязной майке и такого же цвета штанах. Парень спит, сидя на стуле рядом с моей койкой, мило приоткрыв широкий рот с пухлыми губами. Терзаемая любопытством, я не могу понять, что происходит вокруг и где я. Открываю рот, чтобы издать громкий звук, направленный на пробуждение спящего, но вместо этого из моего горла вырывается хриплый стон боли из-за приподнятой головы. Резкая боль потупила сознание, виски запульсировали кипящей кровью, разнося судороги по всей поверхности головы. — А, что? О, Шнурок, ты проснулась! Жди здесь, приведу начальство, — парень зашевелился, потянулся, его сонный взор мигом стал собранным и нетерпеливым. Он рывком встал со стула, чуть не повалив оный на такой же деревянный пол и выбежал из небольшой комнатушки. Я же успокаивалась от неожиданной вспышки боли в голове, глубоко вдохнула и выдохнула. — Наконец-то! Новичок, у нас с тобой будет разговор короткий! Джеф, вышел! — Грубый мужской бас ворвался в мою голову громким оркестром, бившим прямо в мозг. Я открыла глаза и увидела чернокожего парня, лидера, Алби, кажется, если память, которая раскрывается с каждой секундой словно ящик Пандоры, покидывая всё больше фактов из моей жизни до и после попадания в Глэйд, мне не изменяет. Юноша пылал яростью, его могучая грудь в светлой рубашке вздымалась в такт прерывистому дыханию, кулаки сжаты. Алби сел на прежний стул, где спокойно почивал вышедший парень Джеф и посмотрел на меня. Я ответила ему тем же: — Развяжи меня, пожалуйста, верёвки натёрли запястья, — попросила и подвигала конечностями в доказательство. — Потерпишь. Что ты вспомнила? — Что? То есть, что я вспомнила? Ничего я не помню! Где я? — Всё там же. Ты ведь прошла Метаморфозу? — Что? Алби моментально полетел ко мне и схватил меня за ворот рубашки, заставляя приподняться и висеть на его руке. — Мля, Шнурок, не буди во мне зверя! Я спрашиваю, тебе снилась прошлая жизнь или нет? — Нет! Я ничего не помню, Алби, отпусти меня! — Алби. — Спокойный, уверенный голос будто успокоил лидера и тот просто отпустил мою тушку на койку, отошёл, открыв вид на говорившего - это был Ньют, весь потрёпанный и уставший, майка-алкоголичка пропиталась потом, волосы взбились и закрывали глаза, рюкзак висел на одном плече, где сквозь открытый рот оного торчала 2-литровая, наполовину выпитая бутылка. — Ньют, — я прохрипела и умоляюще посмотрела на него. Я знала, что он поможет, ибо он не может не помочь. — Развяжи меня, пожалуйста, — мой шепот подействовал на юношу: тот скинул рюкзак на пол, подошел к кровати, начав развязывать мои руки. — Алби, что случилось? Давно она проснулась? — Нет, только что. — Почему ты не развязал её? — Зачем? Ей не место среди нас, повалялась бы тут, подумала бы башкой и пришла бы к выводу, что правила существуют, чтобы все их соблюдали и порядок был везде. Слышь, девка, везде! Мля, ты хоть понимаешь, что ты наделала, дура! Ты вышла за пределы Глэйда и чухнула в Лабиринт! Это запрещено правилами, такое у нас жестоко карается, Шнурок, тебе светит Изгнание. Сегодня вечером состоится Сбор кураторов, от тебя потребуется рассказать всё, о чём ты думала, когда сиганула в сторону стен, да ещё и успела получить дозу гриверовской срамоты, провалявшись в Метаморфозе 3 недели! Как только Ньют развязал мои руки, я потянулась к нему и обвила руки вокруг его шеи - я так по нему соскучилась! Казалось, его не было рядом целую вечность. Блондин же пораженно застыл, не зная куда деть руки, но вскоре положил их мне на талию, не делая попытки ответить мне крепкими объятиями. А я не вовремя встрепенулась: Ньют и Минхо же наверняка не помнят того, что помню я. Не помнят те отношения, которые связывали нас крепкими узами друг с другом. Кстати: — А где Минхо? И как я здесь оказалась? — Отпрянув от стеснённого блондина, я заглянула оному в глаза. — Минхо в душе. Он тебя принёс без сознания из Лабиринта с проткнутой рукой и сотрясением мозга. Твоя голова прилично пострадала, к тому же, ты пролежала необычайно долго в Метаморфозе. Многие начали думать, что ты вообще не проснёшься. — Что, уже и могилу выкопали? — Взгляд Ньюта резко потемнел и озлобился: — Чтобы я такого больше не слышал, Ками. — Блондин вздохнул, — ты как, ходить можешь? — Я вижу вам хорошо вдвоём, поэтому… Ньют! — Пробасил Алби. — Да. — В ответе за доставку Шнурка на Сбор. Без опозданий чтоб. — Понял. Они переглянулись и Алби, бросив на меня полный ненависти взгляд, скрылся за дверью. А я поднялась на кровати, стараясь не делать резких движений, чтобы головная боль не возобновилась. Блондин стоял прямо напротив моей кровати, и я невольно обвила свои конечности вокруг его бедер, тем самым прижав его ближе ко мне даже без мысли о том, что возможно могу смутить ничего не помнящего парня. Посмотрела на Ньюта, который так же смотрел мне в глаза, как бы спрашивая «Ты чего делаешь-то?» и решила рассказать ему то, о чём здешние парни наверняка не догадываются. — Я вспомнила всё, Ньют. Всё, — прошептала я, всё также глядя в любимые шоколады. — Расскажешь? — Прошептал парень, поставив руки по бокам от моих ног, за неимением другого места, куда можно было бы облокотиться. — Расскажу. Только сначала ты ответь мне на вопрос: что за Сбор? Я так поняла, что мне придётся рассказать почему я вошла в… — Ньют, еб твою ногу, ты блин где? — Раздражённые нотки хриплого баса Минхо не возможно было не узнать, а ор с первого этажа доносился, будто он стоял прямо рядом с нами. — Я тут! — Отошел от меня блондин и открыл дверь, высматривая Минхо. — О, ты какого тут... — брюнет, поздоровавшись с Ньютом крепким рукопожатием, перевёл взгляд блистящей смолы на меня. Минхо был в одних синих джинсах, на верхней части мокрого после душа тела поперёк плеч висело бежевое полотенце, куда из мокрых чёрных волос капала вода. Я вздохнула и отвела взгляд. Не в первый раз, но всё же. — делаешь? Опа, дохлая красотка оказалась не совсем дохлой? Ты в курсе, что тебе грозит за пересечение границы Глэйда? Возомнила себя бегуном, а? Я покачала головой и поняла, что Минхо даже потеря памяти не грозит никакими последствиями для головного мозга. Брюнет уселся на медицинский столик, отодвинув хрупкие колбочки неряшливым движением руки в сторону. Минхо выглядел свежим и бодрым в отличии от Ньюта. — Кем? — Неважно, — отчеканил Ньют и вернулся к вопросу: — насчёт Сбора, да, ты правильно поняла. Но там мне тоже надо замолвить словцо за тебя. Так что ты хотела нам рассказать? — Да, что у тебя за секретики от нас? — Минхо облокотился на стоящий шкаф и расслаблено посмотрел на меня. — Мне нужно вам рассказать всё.

***

В течении двух часов я предельно точно пересказывала парням всё, что я вспомнила за то время, что пребывала в… Метаморфозе? Да, кажется так называется это коматозное состояние, в котором тебя каждый третий имеет право связать, а потом нападать, брызгать слюнями и, дрыгая руками, выпрашивать, что же тебе снилось. Но естественно я упустила детали очень туманного отношения между мной, Ньютом и Минхо. Я посчитала, что парни просто не поймут, к чему я клоню и, нет, это не то, чтобы я считала их недоразвитыми, просто… незачем им знать, что в нашем трио поселились конфликты… из-за меня. Парни ведь всё равно ничего не помнят. Значит не обязаны ничем ни мне, ни друг перед другом. Ньют молча сидел на стуле, который занимали все предыдущие парни, вытянув свои длинные ноги, положив одну руку на живот, а другой задумчиво потирая подбородок. Минхо не менял своего местоположения. Я уже замолкла и ждала, что скажут юноши по поводу всего окружающего дерьма. Первым проснулся Минхо: — Так значит, это всё игра правительства? ПОРОКа, так я понимаю? Я кивнула. Ньют подхватил версию товарища и продолжил, рассеянно глядя в пол: — Солдаты ПОРОКа собирали отовсюду подростков для экспериментального нахождения лекарства от Вспышки, вируса, который поглотил сожжённую Солнцем планету? — Кивок. — И нас ПОРОК тоже повязал? — Кивок. — В итоге мы с Минхо оказались тут. А ты что? — Я сама себя сюда отправила. У меня был особый договор с Авой Пэйдж. — Канцлер? — Ньют перевёл взгляд в пол. — Да, она всем там руководит. — Что за договор, Милла? — Минхо повернулся ко мне всем телом и сощурил свои и без того узкие глаза. — Это… секрет, извини, Минхо. Брюнет на удивление промолчал, и он с Ньютом вместе вытаращились на меня. Я же почувствовав себя неловко, постаралась замять разговор: — Так, когда Сбор? — Сейчас. Погнали, Шнурок. — Минхо спрыгнул со стола и подтянулся всем телом. — Блин Минхо, моё имя тебе уже давно известно — Камилла, ну, это не так сложно, повтори: Ка-ми-лла. — Шнурок, ближайший месяц ты Шну-рок, детка. Мы с парнями вышли на свежий воздух, я вздохнула и почувствовала себя лучше, потому что в том душном помещении местного стационара моя голова сводила с ума хозяйку. — Ками, хочу напомнить тебе, что ты сильно приложилась головой об бетон, поэтому если тебе станет хуже, сразу говори мне или Минхо, тебя уведут со Сбора прямо в медотсек. — Да, Шнурок, если голова бо-бо, то не боись, мы с Ньютом на подстраховке. Я остановилась и крепко обняла парней, щедро поблагодарив за всю оказанную мне помощь: — Минхо, спасибо, что спас меня от лап этих чудовищ, я теперь твоя должница. — Ты поосторожней со словами, детка, они имеют свойство сбываться, — Минхо наклонился ко мне и подмигнул. Я улыбнулась, моё внутреннее состояние наконец-то нашло долгожданный покой, радость мигом затопила каждый орган, тая в кипящем океане удовольствия от жизни, в которой присутствуют милые сердцу люди. Посмотрела в спины удаляющихся парней - всё-таки хорошо, что я пошла на риск и оказалась рядом с ними; хорошо, что эти два контрастирующих между собой парня появились в моей жизни; хорошо, что сердце бьется теперь только благодаря им двоим.