W.C.K.D.

       Утро выдалось не особо приятным: я случайно грохнулась на пол прямо с койки, на которую вчера улеглась, чтобы заснуть рядом с умилённо спящим Ньютом, потому что спать на полу мне не улыбалось. Юношу мой шум и скромный вскрик, а затем последовавший стон, не заставили и клюнуть носом, он продолжал беззаботно спать. Я поднялась, потерев пострадавшее плечо и почувствовала, что пока я спала с Ньютом на узкой койке, успела отлежать себе шею, и любое движение в правую сторону отзывалось неприятной тягучестью.        Я оглянулась на спящего парня, и взгляд мельком прошелся по его забинтованной ноге. За ночь она не поменяла своего положения, но ясно было видно по лицу Ньюта, что спать ему было непривычно и крайне неудобно, так как ногу специально зафиксировали ремнями, чтобы он во сне ненароком не сделал себе ещё хуже. Поэтому, погладив юношу по небритой уже который день щеке, я решила сделать ему приятное и принести завтрак прямо в постель. А потом уже поговорить о насущных проблемах в его голове и оных последствиях для окружения и меня в частности.        Слегка прикрыв дверь, я сбежала по лестнице и мигом вылетела навстречу предрассветной прохладе: солнце ещё не встало, в лицо ударил свежий прохладный воздух, а по телу разнёсся ознобом ветерок, кусающий любые оголённые участки кожи. Я вдохнула побольше воздуха и улыбнулась - всё как я люблю. На удивление, рассветная пора вдохнула в меня второе дыхание, мне не хотелось начинать этот день с ссор, обид, криков, матов и драк. Вчерашнего мозгового траходрома мне вполне хватило. Да и нервные клетки потрепало прилично.        Пока я шла по направлению к Кухне, то заметила, что вся поляна была усеяна спящими мальчишками, что жутко мне напомнили звёзды на ночном небе, беспорядочные и разноразмерные.        Не встретив ни одной бодрой души на пути и на Кухне, что странно, так как бегуны в такое время уже поглощают наспех приготовленный мной завтрак, я спокойно поджарила глазунью с сосиской, любимое блюдо Ньюта из моего ассортимента, налила горячий чай с сахаром и широкими дольками лимона и положила это всё на деревянный широкий поднос. Смотря на всё это, я задумалась, что бы положить к чаю.        Фрай мне один раз рассказывал, что им редко присылают шоколад, но присылают и несколько плиток он хранит в крайней угловой полочке кухонной мебели. Я спросила, почему они скрывают это ото всех, на что юноша поднял тёмные брови и весело ответил мне, что если все захотят плитку шоколада, вместо трёх-четырёх кусочков, то тут начнутся нешуточные драки. Я, конечно, не особо поверила, что шоколад может стать поводом для серьезного изувечия своего сотоварища по горю, но демонстративно кивнула и согласилась. Поэтому я полезла в тот шкафчик со сладким, которое может приятно порадовать блондина, воровато обернулась на мирно стоящую дверь, мало ли. Взяла плитку, слегка постучала по одному её краю и резко разделила пополам. Одну половину положила под чашку с чаем, а другую вернула обратно – потом объяснюсь перед Фраем, я думаю, он меня поймёт, всё-таки Ньют ему не чужой человек.        Кое-как дойдя до нужной комнаты, захотела уже с ноги пнуть оную, чтобы открыть, потому что нести поднос было тяжело, но с той стороны двери я услышала шорохи и голоса. Я недовольно поджала губы, всё еще стоя перед дверью: значит к Ньюту уже успел кто-то забежать и разбудить его раньше меня.        А через секунду понимаю, что это не кто-то, а недовольный Минхо.